Когда дается задание, то не говорится, что это обязательно избавит от страхов, так как повышенные ожидания | Валентин Хуртин | Яндекс Дзен
1 subscriber

Когда дается задание, то не говорится, что это обязательно избавит от страхов, так как повышенные ожидания

Когда дается задание, то не говорится, что это обязательно избавит от страхов, так как повышенные ожидания

Война рисуется в виде сражения. Страхи крови, уколов, боли — соответственно: течет кровь из пальца, делают укол или бывает достаточно изображения одного шприца, от боли плачет мальчик или девочка и т.д. Страх неожиданных воздействий — что-то падает, разбивается, раздается гудок, сигнал.

Когда дается задание, то не говорится, что это обязательно избавит от страхов, так как повышенные ожидания в отношении результатов могут послужить препятствием для преодоления страхов. Особенно нужно быть осторожным при навязчивых страхах, возникающих на фоне заостренного чувства долга, когда любые неудачи переживаются крайне болезненно и ведут к ухудшению общего состояния.

Лучше всего сказать, что рисование страхов поможет их преодолению и что не важно, как они будут изображены, главное — нарисовать их все без исключения фломастерами, красками или цветными карандашами, каждый страх на отдельном листе. Рисовать лучше совершенно самостоятельно, без помощи взрослых. Сам факт получения задания, таким образом, организует деятельность детей и мобилизует их на борьбу со своими страхами.

Весьма непросто начать рисовать страхи. Нередко проходит несколько дней, пока ребенок решится приступить к выполнению задания. Так преодолевается внутренний психологический барьер — страх страха. Решиться рисовать — это значит непосредственно соприкоснуться со страхом, встретиться с ним лицом к лицу и целенаправленным, волевым усилием удерживать его в памяти до тех пор, пока он не будет изображен на рисунке.

Вместе с тем осознание условности изображения страха на рисунке уже само по себе способствует уменьшению его травмирующего звучания. В процессе рисования объект страха уже не представляет собой застывшее психическое образование, поскольку сознательно подвергается манипуляции и творчески преобразуется как художественный образ.

Проявляющийся при рисовании интерес постепенно гасит эмоцию страха, заменяя ее волевым сосредоточением и удовлетворением от выполненного задания. Незримую поддержку оказывает и сам факт участия взрослого, давшего это задание, которому можно затем доверить свои рисунки и тем самым как бы освободиться от изображенных на них страхов.

Важно не только нарисовать, но и обсудить рисунок. Порядок здесь не имеет особого значения. Однако можно начинать с более легко устранимых страхов — воды (у мальчиков и девочек), открытого пространства и крови (у мальчиков), врачей, болезней, страшных снов и животных (у девочек). Практически мы рассматриваем страхи, предварительно перемешав их, как колоду карт.

Каждый рисунок показывается всем присутствующим, в то время как ребенок рассказывает о том, что изображено на рисунке, то есть конкретизирует свой страх. Раньше это было трудно осуществимо, страх возникал от одного лишь представления и не мог быть обозначен словами. Подобная преграда только повышала внутреннее напряжение и удерживала страх в фиксированном состоянии. Теперь же ребенок достаточно свободно говорит

о страхе, осознанно управляя им в разговоре с человеком, которому он верит и который может понять его переживания. Важно не стесняться и говорить все как есть, страх все равно будет устранен — если не рисунками, то другими способами.

Обсуждая рисунок ребенка, ни в коем случае нельзя пользоваться негативными оценочными словами. Грубейшей ошибкой будет сказать: «Что- то очень темный у тебя получился рисунок! А поярче фломастеров не было?» Принимайте все проявления ребенка как должное, попросите его объяснить, почему он использовал тот или иной цвет, что за персонажи изображены на рисунке, какие у них взаимоотношения. Хорошо будет сначала похвалить рисунок в целом: «Как это сделано интересно, с выдумкой. Взрослый бы не смог так нарисовать. И цвета подобраны как надо, и расположение фигур подходящее» и т.п. Этим немудреным способом удается повысить активность и заинтересованность ребенка в совместном со взрослыми предприятии по устранению страхов. Тем более что после каждого рисунка, вопроса психолога и ответа ребенка выражается одобрение: «так», «хорошо», «что дальше?».

Подытожить обсуждение каждого рисунка надо вопросом: «Ты нарисовал то, чего боялся. Скажи, а теперь ты боишься этого или нет?» Ни в коем случает нельзя подталкивать ребенка к тому или иному ответу. Даже слегка перестроенная фраза («Ну, теперь-то ты не боишься?») может заставить обостренно ответственного ребенка ответить неправду, лишь бы оправдать надежды взрослого. Если положительного эффекта пока нет, то рисунок может быть отложен без комментариев в сторону или сопровождаться словами «ничего», «всему свое время», «идем дальше», «вернемся к нему потом» и т.д.

После окончания обсуждения страхов называются и показываются те рисунки, в отношении которых достигнут положительный эффект. Автора надо похвалить, дружески похлопать по плечу, пожать руку, подарить игрушку. А дальше надо сказать, что рисунки с его бывшими страхами останутся на все времена у взрослого, который, таким образом, «принял» их к себе, освободив от них ребенка. Рисунки, на которых изображены оставшиеся страхи, отдаются обратно со словами: «А теперь нарисуй так, чтобы было видно, что ты не боишься, и принеси мне опять свои рисунки». Это подразумевает, что нужно нарисовать не только объект страха, как в первый раз, но и обязательно себя — не боящимся. Скажем, не ребенок убегает от Бабы-яги, а она от него; он уже не плачет от боли; сражается с Драконом; плывет по воде и летит на самолете.