0 subscribers

Скорость ветра доходила до десяти метров в секунду, или, если по-морскому, то до пяти баллов

Параллельно с изготовлением новой винтовки я занимался испытаниями своего крейсера "Аврора", то есть катамарана. Честно скажу, перед первым выходом под парусами меня пробирал небольшой мандраж - мало ли?

И от экипажа толку немного, тетки видели парусный корабль впервые в жизни. Разумеется, они не раз тренировались сначала на берегу, а потом на пляже при минимальном ветре, но сейчас-то мы собираемся в океан!

Скорость ветра доходила до десяти метров в секунду, или, если по-морскому, то до пяти баллов. Не дай бог перевернемся, и унесет нас к чертям, да и акулы тут иногда встречаются. Я даже заранее завел генератор, оставив его вертеться на холостомходу, чтобы в случае чего не тратить времени. Что, как вскоре выяснилось, было очень правильным решением.


   Мы вышли в океан от западного края пляжа. Ветер как раз и дул с запада, так что в случае потери управляемости катамаран вынесло бы на северо-восточный мыс, где были пещеры островитян.
   Поначалу "Аврора" вела себя вполне прилично. Идя боковым галсом, она почти не кренилась, нормально слушалась рулей и вскоре разогналась почти до двадцати километров в час.


   Мы шли поперек волн, в высоту немного превышающих два метра, но пологих, от одной до другой было метров тридцать-сорок. Когда расстояние до берега превысило полкилометра, я скомандовал теткам поворот оверштаг. На берегу они уже выполняли подобные действия, но ведь то на берегу!


   Тонга стояла на гроте, а вторая морячка, Маи-Уни или Манюня, на стакселе. И они все сделали правильно, как только я начал поворачивать штурвал. Однако корабль повел себя безобразно. Повернувшись носом к ветру и, соответственно, к волнам, он, скатившись с одной, буквально поднырнул под следующую!

То есть капитально зарылся носом. Правда, инерция еще оставалось, "Аврора" слушалась рулей и продолжала поворачивать. Но это привело к тому, что в следующую волну зарылся только правый поплавок. Катамаран потянуло вправо, и он снова развернулся носом к волнам.


   Мысль "ох и ни хрена же себе" не помешала мне рвануть на себя рукоятки подключения ходовых движков и перекинуть тумблеры обмоток возбуждения в положение "самый полный". Генератор сзади натужно закряхтел, послышалось слабое подвывание электромоторов, и "Аврора" вновь начала слушаться руля.


   Кое-как, зарывшись носами еще в три волны, катамаран завершил поворот и на всех парусах, которым теперь помогали двигатели, устремился к пляжу. Ух, хорошо, а то тонуть как-то не очень хотелось.


   - Отпускай! - скомандовал я, когда до берега оставалось метров тридцать.


   Тетки до предела вытравили тросы, грот со стакселем развернулись по ветру и заполоскались. Я отключил движки, и катамаран по инерции выполз носом на песок. К нему уже бежала причальная команда во главе с Мариком, тащившим крюк от лебедки. За рычагами сидел Поль.