1 subscriber

— Они собирались идти сюда без меня, если б я и не пошел. Ну на что это было бы похоже

видывали, чтобы кто-нибудь из живущих под солнцем оказывал какое бы то ни было неповиновение.

Фритти, отуманенный болью, разочарованием и гневом, все же заметил необычное: не было рабов, не видно было подневольных рабочих бригад, угрюмо ползущих по дорогам Закота. По всей видимости, их работа была окончена. Ничего удивительного, что его обнаружили.

Раскусяк толкал Фритти сквозь толпы равнодушных Когтестражей и шипящих морщинистых Клыкостражей. Вниз, из яруса в ярус, минуя Большие Ворота, — и наконец в сводчатое помещение перед Пещерой-Пропастью.

Перед входом в Тронную Живоглота, споря, стояла группа Когтестражей. Тот, кто, видимо, был предводителем — приземистое плотное существо с обрубком вместо хвоста, — казалось, пытался навести порядок Он клацал зубами на одного из своих подчиненных который, рыча, отступил, но через миг снова подполз опустив голову.

— Хо, Топтун! — окликнул бесхвостого Раскусяк. — Ты что здесь делаешь со своей стаей мышецапов?

Топтун повернулся и взглянул на вновь прибывших:

— А, это ты, ты, Раскусяк! Очень скверно, все это очень скверно.

— О чем ты там ноешь? — высунув в усмешке язык, спросил Раскусяк.

— Да все Скрежетун, — обеспокоенно сказал Топтун. — Он и еще кое-кто из моих ребяток слышали странные вещи в Верхних Катакомбах.

— Похоже на царапанье, — нахмурившись, угрюмо пояснил Скрежетун. — Это неправильно.

Раскусяк зашелся грубым смехом:

— Чего твоим ребяткам не хватает, так это острыми зубками по спинке. Тебе надо хорошенько держать под лапой своих лодырей, Топтун. — Он снова захохотал. — Так что ж ты здесь-то делаешь в таком разе? — продолжал Раскусяк. — Да Хозяин вам зенки вынет!

Топтун вздрогнул:

— Они собирались идти сюда без меня, если б я и не пошел. Ну на что это было бы похоже?

— На мятеж. А теперь это мятеж, который ты сам же и возглавляешь, любезный мой дурошлеп. Царапанье! Ха! Каменная кровь и пламя! Скоро ты поймешь, что Хозяин пострашней всякого там «царапанья»!

— Ну а тебя-то кто сюда звал, коли на то пошло? — омерзительно зашипел Скрежетун.

Раскусяк без всякого предупреждения вскочил на него, прижал к земле и разорвал ухо.

— Можешь этак говорить со своим начальничком, благо он у тебя вроде писклявого кисенка, а со мной не смей! — угрожающе понизив голос, проскрипел Раскусяк прямо в окровавленное ухо Скрежетуну и обратился к остальным, которые жадно наблюдали происходящее: — Так уж вышло, что я привел к лорду-Всевластителю важного заключенного. Ежели вам повезет. Хозяин будет так доволен, что, может, и позабудет кишки вам выпустить.