0 subscribers

Я представить не мог причины

Я представить не мог причины неполадок. Если дело в механике, это еще можно пережить. Но если накроется реактор, или нарушится ритмика импульсных микровзрывов, тогда вездеходу конец. Его смогут реанимировать лишь на Земле. А это далеко, так что «Муравей» так и останется грудой металла на поверхности Марса.


Потом двигатель начинал работать ровно. Мы прошли еще пару десятков километров. И опять шли сбои.


— Да что же ты, родной, подводишь нас! — похлопал я по приборной панели.


Когда мы спускались с холма, «Муравей» вообще заглох, скатился вниз по инерции. И больше не реагировал.


— Ну, вот и все. Станция конечная, поезд дальше не пойдет, — горько произнес я.


— Кажется, я догадываюсь, что произошло, — сказал поляк. — С двигателем нормально. Дефект в системе передачи. От песка мог образоваться электрический пробой. Это устранимо. Надо просто открыть впереди кожух и переустановить передаточный блок с положения «А» в положение «Б». И включить подстройку.


В его словах был смысл. И, главное, виделся вариант починить машину.


— Тут нужна тонкая настройка, — показал поляк на клавиатуру бортовой ЭВМ. — Нельзя ошибиться. Сделаешь? А я подправлю программу.


Дело и, правда, было тонкое. Но вдвоем мы могли справиться. А Гжеляк отлично разбирался в бортовой ЭВМ.


— Работаем, — кивнул я.


Надев скафандр, я полез наружу.


Вышел в бурю. Покачиваясь под порывами ветра, разложил на песке инструмент. И начал отвинчивать кожух на капоте.


Тут вездеход и рванулся с места вперед. Прямо на меня, как бык на тореадора.


Мысли промелькнули с невероятной скоростью. Одним пакетом. Врубилась автоматика? Двигатель сам завелся? Поляк случайно нажал на педаль хода? И ругательная тирада по его поводу. И все эти мысли и мыслишки были