50 subscribers

Берсеневы-1. Глава 8

За столом в ресторане Миша оказался сидящим между Лизой и матерью Вадима. Он взял на себя сразу две роли - Лизиного кавалера и тамады, и справлялся с ними блестяще.

Девушку Михаил окружил таким вниманием и заботой, что она на некоторое время даже забыла свое прозвище "Лиза-крокодил", отбросила мысли о том, почему она оказалась за этим столом, расслабилась и позволила себе удовольствие просто общаться с галантным кавалером и интересным собеседником. Всего через час после знакомства они беседовали так свободно, словно дружили всю жизнь.

От его ласкового взгляда и обворожительно-солнечной улыбки у Лизы сладко сжималось сердце, от звука его голоса оно не менее сладко трепетало. Комплименты кружили девушке голову. Запах его одеколона пьянил ее. Единственным огорчением для Лизы было то, что Миша временами отвлекался от нее ради того, чтобы произнести тост, хотя сам не пил ничего, кроме минеральной воды и сока.

Тосты сыпались из гостей с такой скоростью, что молодые еле успевали что-нибудь проглотить между поцелуями, которые явно не доставляли расстроенному Вадиму никакого удовольствия. При такой интенсивности потребления спиртного приблизительно через пару часов присутствующим перестало хватать крепких напитков и контроля за собственным поведением. Родители молодых, прихватив с подноса часть подарочных денег, отправились договариваться с администрацией ресторана о восполнении нехватки.

В создавшейся паузе крепко поддатым гостям, основательно потерявшим берега, как водится, захотелось петь и танцевать, благо оркестр в соседнем зале играл достаточно громко. Сначала жених и невеста изобразили нечто несуразное, что должно было считаться свадебным вальсом, а потом гости спьяну устроили такие дикие танцы-шманцы-обжиманцы, что оставшаяся за столом Лиза еле сдерживалась, чтобы не расхохотаться.

Михаил пригласил Лизу на медленный танец, но, к своему крайнему неудовольствию, получил отказ. Вместо отказавшей ему девушки он тут же пригласил на танец обаятельную даму Нину Константиновну, сидевшую напротив них, причем сделал это весьма занятно.

Оказавшись между ней и одной из ее соседок по столу, эффектной белокурой женщиной лет сорока восьми-пятидесяти, он скользнул презрительно-надменным взглядом по лицу блондинки, резко повернулся к ней спиной и, подчеркнуто галантно, с обворожительной улыбкой, склонился к Нине Константиновне, помогая ей выйти из-за стола.

Лизе стало интересно и захотелось понаблюдать за этой странной троицей. Она могла поспорить, что молодой человек очень давно и хорошо знаком с обеими женщинами, по возрасту годящимися ему в матери. Девушка видела, как разозлилась и стала напиваться блондинка, вынужденная сидеть при муже, не желавшем танцевать. Лиза машинально отметила, что эта холеная женщина является большой поклонницей зеленого змея, и утратила к ней интерес - ее внимание привлекла танцующая пара.

Михаил вел в танце свою партнершу с такой очаровательной солнечной улыбкой, что у Лизы вновь перехватило дыхание. Она сидела далеко от них, и разговоров слышать не могла, но видела, что они что-то оживленно обсуждали и весело смеялись. Сразу было видно, что эти двое обожают друг друга и ведут себя непринужденно, как близкие родственники или старые друзья.

Миша выглядел таким домашним, теплым и родным, что у Лизы защемило сердце. Вначале она очень пожалела, что совсем не умеет танцевать, но потом сообразила, что ей не сожалеть, а радоваться надо, потому что с ней молодой человек, скорее всего, вел бы себя совершенно иначе, чем с пожилой родственницей, и не факт, что ей понравилось бы его поведение.

Заставив себя успокоиться, Лиза продолжала наблюдать за своим новым знакомым.

Потанцевав с Ниной Константиновной, и, галантно передав ее другому кавалеру, второму другу Вадима, Костику, Миша попытался покинуть импровизированный танцпол, но ему это сделать не удалось. К молодому человеку немедленно прилипла пьяненькая невеста, пожелавшая танцевать со свидетелем жениха. Лиза наблюдала за ним и во время этого танца. Девушка была поражена тем, что увидела совсем другого Михаила. Его галантность и очарование куда-то исчезли. Он вновь был надменен, холоден, и молча смотрел на что-то оживленно говорившую ему партнершу тяжелым взглядом, в котором сквозило презрение пополам с досадой. Чувствовалось, что слова и зазывные улыбки новобрачной его явно раздражали, и только нежелание привлекать внимание присутствующих к происходящему удерживало молодого человека от того, чтобы оттолкнуть ее и уйти.

Избавившись от навязчивой Ирки, претендовавшей на следующий танец, Миша потанцевал с тремя-четырьмя другими молодыми женщинами, предположительно, подругами или родственницами невесты. Лиза незаметно наблюдала за ним и во время этих танцев. Девушка была поражена тем, что опять увидела совсем другого, уже третьего по счету, Михаила. Его поведение опять изменилось. Теперь он вел себя, как ловелас и дамский угодник, этакий "врун, болтун и хохотун" местного разлива, "знаток бабских струн", пользующийся бешеным успехом у женщин, не обезображенных интеллектом.

В какой-то момент девушка поймала себя на том, что ревнует Мишу к партнершам. Она была достаточно взрослой, чтобы понимать, что один и тот же человек с разными людьми ведет себя по-разному, в зависимости от своего собственного отношения к ним и складывающейся ситуации. Ей было безразлично, как он обошелся с записной стервой Родионовой, но его обращение с другими молодыми женщинами ее раздражало. Хорошо, что танцы были быстрыми, и молодой человек до своих партнерш не дотрагивался.

Лизу напугали свои собственные эмоции. Не имея на то абсолютно никаких оснований, она относилась к молодому человеку, как к своей собственности, которой не желала делиться ни с кем. Она ревновала!

- Почему я ревную? – стала задавать себе вопросы Лиза, - Почему Миша кажется мне таким родным и давно знакомым? Почему я так разволновалась? Неужели я в него влюбилась?

Девушка страшно испугалась своего открытия.

- Нет... - думала Лиза. - Не может быть... Нельзя влюбиться вот так, с первого взгляда. Почему нельзя? Потому, что так показывают в фильмах? Оказывается, там показывают правду - любовь с первого взгляда бывает и в жизни... Что я делаю? Зачем я так расслабилась от его внимания? Почему не задумалась о том, что он так ведет себя из вежливости? Положение обязывает его следовать традициям. Он делает то, что должен, и более ничего... Мне необходимо отвлечься от Миши и успокоиться. Нельзя мне в него влюбляться. Лизе-крокодилице такой красавец не положен по определению... Мужчина, который может просто так, за влажный взгляд лучистых глаз, солнечную улыбку и хорошо подвешенный язык, легко получить любую женщину, которую пожелает, на Лизу-замухрышку добровольно внимания обратить не может. Нечего и мечтать. Надо мной такой красавец может только посмеяться или поиздеваться...

Тут Лиза сообразила, что с ней Михаил обращался совсем иначе, чем с остальными молодыми женщинами - почти так же тепло, как с обаятельной дамой и другой ее соседкой по столу, пожилой, но тоже очень обаятельной дамой, даже более обаятельной, чем Нина Константиновна...

Как только девушка задалась вопросом, почему с ней он ведет себя более галантно, чем требуется для соблюдения приличий, и без этого испуганной девушке пришла в голову такая страшная для нее мысль, что от ужаса ее мгновенно прошиб холодный пот:

- А если они оба используют меня, как пешку, в своих игрищах? С Иркой и так все ясно. Ее задача – не дать любовнику поближе познакомиться со своими красивыми подругами, подсунув ему на весь вечер, как громоотвод, Лизу-крокодилицу.

Лиза грустно вздохнула.

- Теперь Мишка. - стала размышлять девушка. - Для чего я могу понадобиться ему? Ну, конечно... Он зол на Ирку за это нелепое замужество и, наверняка, хочет ей отомстить, закрутив у нее на глазах бурный роман с другой женщиной. В этом случае моя внешность ему может быть даже полезна. Чем большую страхолюдину он выберет, тем сильнее разозлится Ирка, а он этого и добивается.

Лиза грустно улыбнулась, не замечая того, что за ней внимательно наблюдают старая дама и ее сосед по столу - высокий, красивый немолодой мужчина, приглашавший свою даму на танец, но получивший отказ ради наблюдений за Мишиной девушкой...

Разумеется, основательно вымотав друг другу нервы, они, в конце концов, помирятся, и Мишка меня бросит. - подумала Лиза. - Мне будет очень больно, но эта боль будет не самым страшным из того, что со мной может случиться. Самое "интересное" начнется потом... Мишке моя дальнейшая судьба будет безразлична, а вот Ирке – нет. Для начала, она вытряхнет из своего любовника рассказ о наших отношениях, над которым оба весело посмеются. А потом она расскажет о наглости Лизы-крокодилицы своей матери и всем нашим одноклассникам. Языки у людей длинные, и впоследствии обо мне будет судачить весь район. А если учесть, что Ирка расскажет не только то, что узнает от Мишки, но и те гадости, которые приплетет сама, то сплетни будут такими, что петля покажется мне избавлением. Зря я приняла ее приглашение... Сидела бы спокойно дома, и не вляпалась бы в очередную передрягу. Как мне надоели интриги!

Неожиданно для себя, Лиза страшно разозлилась на Ирку и ее хахаля. Ей захотелось не просто успешно обороняться, а преподать такой урок поганцам, чтобы они потом размазывали по своим физиономиям не простые, а кровавые сопли. Как это сделать, для девушки было предельно ясно.

- Осталось только продумать стратегию и тактику, - подумала Лиза, - но делать это нужно очень быстро, пока Мишка танцует, поскольку в моем распоряжении есть только сегодняшний вечер.

Чтобы противники не заметили, что она сосредоточилась на своих мыслях, Лиза сделала вид, что наблюдает за той обаятельной немолодой дамой, которая сидела напротив нее и ее старшей соседкой и явно близкой подругой...

С немалым удивлением девушка обнаружила, что они обе тоже внимательно наблюдают за Мишкой и явно ждут, когда он освободится. Когда закончился его танец с очередной партнершей, Нина Константиновна встала и направилась к нему с самым решительным видом в сопровождении кавалера старой дамы.

Оркестр в соседнем зале заиграл следующую мелодию. Увидев, кто к нему идет, молодой человек обрадовался, обнял даму, расцеловал ее в обе щеки, отдал свою молодую партнершу спутнику Нины Константиновны, а сам повел ее в соответствующем ее возрасту медленном танце...

Перед Лизой опять был очаровательный молодой мужчина, теплый и домашний...

Лиза видела, как Нина Константиновна начала ему что-то торопливо говорить, как улыбка Михаила погасла, лицо стало серьезным, озабоченным и совсем взрослым. Он внимательно слушал собеседницу и что-то отвечал, а потом вдруг в ответ на какие-то ее слова улыбнулся счастливой улыбкой, кивнул и что-то сказал. Дама расслабилась и тоже улыбнулась. Они тут же, не дожидаясь, когда умолкнет оркестр, завершили танец и направились к столу. Подведя Нину Константиновну к ее месту за столом, молодой человек галантно поцеловал ей руку, усадил поудобнее, поцеловал в щеку старую даму, пожал руку ее кавалеру и вернулся на свое место, к Лизе.

Миша вернулся за стол гораздо более спокойным, чем был, когда уходил танцевать, но совсем успокоившимся он себя назвать не мог. У него в голове не укладывалось то, что Лиза отказалась от его приглашения на танец. Этого не могло быть потому, что не могло быть никогда...

Женщины были от него без ума и охотно соглашались на все – от танца до койки, лишь бы позвал... Избалованный их вниманием, Миша к отказам, прямо скажем, не привык. Он всегда был хозяином положения, играл в любовные игры только по своим правилам и смотрел на баб свысока. Только он решал, кто с ним будет (или не будет) спать, как будут складываться (или не складываться) отношения, когда они начнутся и когда закончатся.

А тут вдруг эта нахальная пигалица Лиза посмела отказать ему в такой безобидной мелочи, как танец, даже не задумываясь о том, что ее отказ может быть расценен, как личное оскорбление несостоявшемуся партнеру…

Правда, она не пошла танцевать ни с кем другим, и это неожиданно очень порадовало Михаила, почему-то относившегося к незнакомой девушке, как к своей собственности, и не желавшего делить ее внимание с кем-либо еще. Это было для него новым ощущением, одновременно и приятным, и странным...

Молодой человек был обескуражен и раздражен отказом, но его заинтриговала независимость Лизы, и, соответственно, проснулся охотничий инстинкт. Он захотел познакомиться с девушкой поближе, очаровать ее и влюбить в себя. Миша хотел ее так, как никогда не желал еще ни одну женщину. Вернувшись за стол и найдя там Лизу, он решил сразу взять быка за рога.

Продолжение следует...