Memento mori
40 subscribers

Рубежевичи: восстановленное еврейское кладбище

Рубежевичи - небольшая деревушка в Беларуси с населением в пару сотен человек, известная по записям с 1483 года. Владели ею то Радзвиллы, то Рутынские, то Витгенштейны, в общем из рук в руки. От старых времен почти ничего не сохранилось, даже католический собор - и то относительно молодой, строился в 1907-1911 годах.
Но еще в XIX веке в Рубежевичах проживало более 2000 жителей, преимущественно евреев. Действовали две синагоги, практически все жители занимались какими-либо ремеслами - там жили ткачи, кузнецы, сапожники и т.д. Однако в какой-то момент местечко перестало иметь существенное торговое значение и население стало сокращаться, многие уезжали не просто из деревни, но вообще из страны. В начале ХХ века жителей уже было в 2 раза меньше.

Оно и к лучшему для тех, кто успел уехать...
С июня 1941 года Рубежевичи были оккупированы фашистами, а 1 декабря там создали гетто, куда согнали евреев со всех окрестных деревушек, всего около 2400 человек. В ноябре 1942 года 360 пленников расстреляли в окрестном лесу - тех, кто к тому времени еще оставался в живых. Гетто было полностью уничтожено. Сейчас на месте братской могилы установлен мемориальный памятник.

После войны некого стало хоронить на старинном еврейском кладбище, которое насчитывало не одно столетие. Когда именно оно появилось - сейчас уже и не сказать. Но без должного ухода кладбище быстро заросло бурьяном и превратилось в свалку местного мусора. И мы заехали туда, честно говоря, не ожидая ничего примечательного, кроме сорняков и немногих сохранившихся надгробий. Тем удивительнее было увидеть (в маленькой деревне в глубинке Беларуси, напоминаю!!!) добротную невысокую каменную ограду и табличку на воротах:

Табличка на воротах еврейского кладбища, Рубежевичи
Табличка на воротах еврейского кладбища, Рубежевичи

Уже после я прочитала, что за пару лет до этого было восстановлено еще одно еврейское кладбище, в деревне Вселюб, и вот студенты прилетели во второй раз.
Местные жители неожиданно включились в процесс и расселили гостей у себя в домах. Пару недель восстанавливали частично разобранную ограду, поднимали стоймя упавшие мацевы (надгробия), вывозили и сжигали мусор. После отъезда гостей приглядывать за некрополем стали Ромуальда Игнатьевна и Тадеуш Люцианович Соболевские, они же открыли частный музей традиционного еврейского быта, стремясь сохранить эту часть истории для потомков.
Но давайте уже посмотрим на преображенное кладбище. Мы приехали туда к закату, поэтому свет получился мягкий, красивый. Это место наконец-то обрело мир и покой.

Хочу обратить ваше внимание на эти необычные надгробия.

Они созданы из старых мельничных жерновов. И нет единого мнения среди исследователей, имелся ли в использовании жерновов какой-то сакральный смысл, или банально взять готовый жернов было гораздо дешевле, чем заказывать отдельное надгробие "с нуля".
Диск жернова обычно вкапывался у изголовья так, чтобы отверстие в центре жернова просматривалось на линии надмогильного холма. И важно уточнить, что это не исключительно иудейская традиция.

Такие надгробия можно увидеть и на православных, и на католических кладбищах Беларуси, но мало их осталось к нынешнему времени. При этом самые древние сохранились с XVIII века, но исследователи считают, что традиция устанавливать жернова в качестве надгробий гораздо древнее. И жернова (очень редко) можно встретить и на кладбищах России, Украины, Северного Кавказа. Говорят, что и в Европе встречаются. Но я до сей поры видела лишь в Беларуси.

Генрих Вейсенгоф "Беларускія могілкі. Русаковічы", 1889г.
Генрих Вейсенгоф "Беларускія могілкі. Русаковічы", 1889г.

Да, возможно жернова использовались как надгробия в основном неимущими, и еще под ними хоронили мельников. Это основные версии. Но еще есть версии, например:
- жернов устанавливался на могиле последнего представителя рода (в Осетии даже есть старинное проклятье - "Чтобы твои жернова вертелись вхолостую", значит - "Чтобы исчез твой род");
- жернов помогал перейти душе в иной мир, ведь не случайно он размещался так, чтобы отверстие находилось над землей, - это врата (в пользу версии выступает тот факт, что, например, в Татарстане встречаются надгробия, выполненные не
из жерновов, а в виде жерновов).
Но не будем углубляться в дальнейшие дебри.

Давайте напоследок расскажу об одной прекрасной иудейской традиции. В любом конце света, посещая еврейское кладбище, вы увидите небольшие камешки на мацевах. Это древний символ вечности.

У Александра Городницкого есть прекрасное стихотворение, посвященное этим камешкам. Оно разом рассказывает все теории о происхождении этого старинного обычая. Приведу полностью:

Много раз объясняли мне это, и все же неясно пока мне,-
Почему не цветы на могилы евреи приносят, а камни?
Потому ли, что в жарких песках Аравийской пустыни,
Где в пути они гибли, цветов этих нет и в помине?

Потому ли, что там, где дороги души бесконечны,
Увядают цветы, а вот камни практически вечны?
Или в том здесь причина, что люди стремятся нередко,
Снявши камень с души, передать его умершим предкам?

Потому ли, что Бог, о идущих к нему вспоминая,
Эти камни горячие сыпал со склона Синая,
Где над желтой рудой, в голубой белизне пегматита
Прорастали слюдой непонятные буквы иврита?

Может быть, эти камни - осколки погибшего храма,
Что немало веков сберегают потомки упрямо?
К ним приходят потом, как к стене неизбывного плача,
Вспоминая о том, кто уже невозвратно утрачен.

А скорее, и в этом, возможно, основа идеи,
Эти камушки - часть каменистой земли Иудеи,
Чтобы всюду усопшие, где бы они ни лежали,
Вспоминали Отчизну, откуда их предки бежали.

Много раз объясняли мне это, и все же понять я не в силах,
Почему только камни лежат на еврейских могилах?
Я не знаю причины, но, верный традициям этим,
И холодной зимой, и неласковым питерским летом
На Казанское кладбище, к старой раскидистой ели,
На могилу родителей камни несу я в портфеле.
Никаких не скажу над могилой родительской слов я, -
Принесенные камни у их положу изголовья.

Постою над плитой, над водою невидимой Стикса,
Подчиняясь крутой позабывшейся воле инстинкта.
И когда под плиту эту лягу я с предками рядом,
Под осенним дождем, под весенним прерывистым градом.

Принесите мне камушки тоже - неважно какие,
Но желательно все же, чтобы был среди них рапакиви.
Потому что порвать не могу я связующей нити
С этим городом вечным, стоящим на финском граните,
Где родился когда-то и вновь, вероятно, усну я,
Чужеродную землю наивно приняв за родную.

...
Почему-то вспомнилась концовка фильма "Список Шиндлера". Кадрами оттуда я и завершу этот длинный, но, надеюсь, интересный рассказ.