123 133 subscribers

Дорогая нищета

73k full reads

Одного взгляда нового папы из-под кустистых бровей было достаточно, чтобы Лёня вскакивал и брался за дело. Неважно какое. Подкинуть в печку дров? Вымести сени? Проведать корову? Младшая Нина тоже суетилась, подготавливая дом к празднику - тщательнейшим образом протирала повсюду пыль.

Прошёл всего час, как они вернулись из школы: пообедали вчерашним супом, за которым Лёне пришлось спуститься в погреб, и, продрогшие, забрались на печную лежанку, чтобы отогреться. Нина достала тряпичную куклу и стала перематывать её белым лоскутом ткани наподобие платка. Лёня рассматривал убогое убранство дома. Сердце щемило от жалости к предкам: нищета и вечно полупустой желудок. Дома Леонид привык кушать мясо, здесь же его было крайне мало. Вспомнив, что "мама" в честь праздника испекла вчера "Наполеон", юноша проглотил тут же образовавшуюся слюну. Кажется, это будет главным блюдом вечера...

Н а ч а л о *** П р е д ы д у щ а я

— Похожа на Снегурочку?

Нина повертела перед его глазами затасканной куклой. Лёня в сомнении скривился.

— Ты хоть раз её видела?

— Да, в учебнике была картинка. - девочка резко обиделась и вздёрнула носик, - что ты понимаешь!

Она спрыгнула с печи и разместила куклу на столе - так у них появилось единственное украшение, свидетельствовавшее о празднике, не считая приколотого к занавескам дождика, который "мама" выменяла на яйца. Деньги в семье появлялись не часто, потому что в колхозе была натуральная оплата за трудодни.

С приходом "папы" Лёня внутренне подтянулся и первым делом проверил, достаточно ли в печи дров. Василий Петрович не спешил раздеваться.

— Вот что, Лёнька, сверни-ка дорожки, давай почистим их на снегу. Новый Год всё-таки.

Лёня с остервенением тёр снегом самодельные половики, а заодно и свои пальцы: главное украшение зимы беспрепятственно забивалось через дырки в рукавицах. Мальчик не любил, как хрустит на морозе снег - слишком било по нервам.

— Ух, знатный морозец! - сказал отец. Его борода слегка заиндевела, - сейчас мать дождёмся, кой-чего приготовим и пойдём в гости к бабушке с тётей.

— Будем у них отмечать?

— Нет, так... Ненадолго. Поздравим друг друга. У них же лялька болеет.

Из сарая донеслось протяжное мычание коровы. Отец нахмурился.

— Голодная небось. Маловато сена у нас, боюсь, до первой весенней травы не хватит. Эх-хе-хех! Дам ей чё-нить немного. А ты за малым сходи в детский сад. Я матери обещал, что сам заберу, да что-то спину ломит, полежу маленько.

Лёня переобулся из галош в валенки и пошёл узкими протоптанными тропами по заваленной снегом деревне. Ванюшка встретил его с восторгом: заугукал, замахал ручонками... Леонид улыбнулся, завернул малыша поплотнее в одеяла и усадил в деревянные санки.

Дома отец суетился у печи - запекал к столу рыбу. Вообще-то Лёня её не любил, но после всех дней вынужденного поста готов был съесть и кита. Он с тоской вспомнил свой рыхленький, отъеденный животик. Немудрено, что на его новом животе даже невозможно зажать между пальцев кожу! Зато плечи развитые и мышцы на руках крепкие, как камни. Этим Лёня гордился.

Мать ждали дотемна и с её приходом сразу отправились в гости. Дом бабушки был старее и жили они ещё беднее, чем прямые предки Лёни. Оказалось, что тётя всего полтора года назад повторно вышла замуж. До этого она с 1943 года носила траур по погибшему супругу. Так, с 22 лет тётушка была вдовой с ребёнком на руках. Теперь этому ребёнку уже 11. Она сидит напротив Лёни в школьной форме, только что без передника, чтобы не приведи Господь не испачкать (единственная относительно приличная одежда для всех находящихся там детей) и смотрит несколько затравленно, недоверчиво. Лёне вдруг стало её жаль.

Бабушка вручила Лёне подарок - связанные из шерсти варежки.

Полилися по рюмкам caмогон. Лёня, хоть и был голодный, ел мало. Не хотелось объедать людей. От приговорённого зятем зайца юноша принял лишь самый маленький кусок и, разбавив его картофелем, стал дожидаться благословенного торта. Сам зять горделиво рассказывал о счастливой поимке ушастого. После очередной порции самогона он воззрился на Лёню стеклянными глазами навыкате, обрамлёнными белесыми ресницами.

— Вот, Леонид! Ты наше будущее! Мы уже, так сказать, всё - здесь повязли по шею в земле. А ты должен дальше идти, развивать страну. Ты парень смышлёный. Нечего в деревне торчать.

— А он и так уедет. Будет при заводе в училище ходить, да, Лёнь? - ответил гордо отец.

Мужчины окунулись в животрепещущие темы.

А Лёня всё сидел, ковырял торт в свете керосинки и думал о том, какие они всё-таки доверчивые и простые люди, а главное искренние и бесхитростные. Они выиграли чyдовuщную войну и в земле ещё столько красной воды от пролитой в те года kpoви. Она ещё пульсирует, эта кpoвь, но уже не стонет. Потому что их жepтва была не напрасной.

До чего же нужно любuть родину, чтобы отдать за неё свою единственную жизнь? Стоит ли таких жepтв его, Лёнькина Россия из будущего? А между тем она просто ОБЯЗАНА быть этого достойной! И люди, как за родное дитя, без раздумий должны бросаться за неё в смepтельный бой также, как эти простые, честные люди, которые совершали немыслимые подвиги во имя любви к родной земле, к дорогой сердцу стороне, к начисто сожжённой немцами избе. Вот они какие, эти люди.

А их обкрадывают. Юноша видел, как в качестве налога предки сдавали молоко и яйца государству, а себе оставался шиш. Поэтому и сидели на картошке да капусте. Этот пунктик в политике советской власти Лёньке крайне не нравился. И сколько ещё будет длится такая обдираловка? Ведь что-то должно произойти! Ведь в будущем стало легче! Ведь он прибыл сюда из сытого века. Из алчного века. Да уж... Он из века, в котором школе и правительству плевать на развитие его души. Где деньги, деньги, бабосики!

Художница Ольга Симонова
Художница Ольга Симонова

Его современники приобрели сытое брюхо, а потеряли что-то более важное, неосязаемое, то, чем юноша успел проникнуться благодаря уважаемым учителям за каких-то три дня обучения в настоящей советской школе. И это "Важное" не отпускало Лёню. Оно обрастало чувствами и вопросами, как мчащийся с гор снежный ком обрастает снегом, превращаясь в сметающую всё на своём пути лавину.

Он скоро ляжет спать. В Лёне горячела кровь и билась идеями в висках. Он не может изменить историю. Это опасно - Лёня усёк это из нескольких фильмов о путешествиях во времени. Значит, ему нет смысла оставаться здесь. Он понял преподанный Дедом Морозом урок! Ему пора назад, в будущее! Надо что-то делать со сложившейся в его стране фuгнёй. Ведь если не он, то кто же?

Что скажете, товарищи, а?

П р о д о л ж е н и е

Н а ч а л о *** П р е д ы д у щ а я