123 149 subscribers

Не признал

215k full reads

— Вадя, да ты чего? Она ведь кроме тебя ни с кем больше не гуляла, мы все свидетели.

Парни утвердительно загудели. Вадим упрямо хмурил красивое, но хитроватое лицо. Он всё решил.

— Нет, пацаны, не надо. Значит, не местный постарался. Она же в клуб ездила? То-то!

— А почему бы ей не ездить? Тебя не было сколько? Ты на учёбе почти всегда. Тем более она не одна, а с нашей компанией.

— Не мой ребёнок, ясно? Я всё посчитал. Нагẏляла, вот и пусть теперь...

— Галимый счетовод из тебя, Вадя. Вот, смотри...

Самый взрослый, Михаил, растопырил пальцы, приготовившись к счёту, но Вадим, напряжённо глядя за их спины, вдруг отскочил и резко попрощался:

— Всё, пацаны, мне пора!

Он припустил к выезду из села. За ним с криками "Стой, скотuна!" ураганом нёсся старший брат Вероники. Ещё вчера они были друзьями... Атлетичный и сильный Денис против рыхловатого Вадима. Старший брат догнал обидчика сестры и они кубарем покатились в высокую траву.

— Ставлю пятёрку на Дениса, что он сделает из Вадюши отбивную, - предложил хладнокровно Димка.

— Все ставят на Дениса, уймись, - отмахнулся главарь-Михаил. - Ладно, пошли разнимать, не то ẏбьёт эту неженку городскую.

О беременности Вероники узнали только тогда, когда у неё начал расти жuвот. В том числе и родители.

Она была красавицей. Красота её была одной из тех, которой невозможно завидовать - только восхищаться. Когда она проходила мимо меня в своих коротеньких шортах в цветочек и жёлтом топике, я невольно засматривалась на её модельные ноги. А волосы... Они лились до лопаток блестящей волной из чёрного шёлка. Глаза у Вероники большие, бархатные и добрые. А душа простая-простая, как те цветы на деревьях в мае: они так естественны, так прекрасны, хоть и просты... Их нюхаешь с упоением и собственная душа наполняется мимолётной радостью жизни. Ведь она так мимолётна, эта радость... и эта жизнь. Вероника была весной.

Фото автора Алекке Блажин: Pexels
Фото автора Алекке Блажин: Pexels

С Вадимом её познакомил собственный брат. Вероника всегда была девушкой хоть и порядочной, но не робкой. Чувства развивались стремительно. Пара была красивой. Вероника тянулась к Вадиму всем сердцем и когда он был рядом, оплеталась вокруг него, как бесстрашный полевой вьюнок ползёт по декоративной розе, не замечая колючих шипов. Вероника так и светилась от счастья. Вадим, казалось, тоже, но этот взгляд с хитрецой и его ощущение некоего превосходства, ведь он студент института, а Вероника так, деревенская, и учится на медсестру... Моя интуиция настораживалась при виде влюблённой naры.

***

— Что же ты будешь делать, Вероника? Бросишь учёбу?

— Пока возьму академ, а там посмотрим.

Жuвот 19-летней Вероники был уже весьма хорош, вот-вот родuт. Мне 17 и до недавнего времени мы редко общались, гуляя в разных компаниях. Сентябрь сидел на носу и щекотал прохладным пёрышком ноздри - совсем скоро я уеду в областной город на первый курс. Как-то Вероника взглянула на мои ногти и предложила сделать маникюр за небольшую сумму. Она заканчивала какие-то курсы. Мне он, если честно, и не сдался, но хотелось пообщаться с ней поближе, да и вдруг человеку в таком положении просто нужны деньги?

Я пропетляла мимо кучи железного хлама в её дворе (родители Вероники занимались приёмкой металла) и нырнула под оплетённый виноградом навес, где меня с полной обоймой лаков уже ждала красавица Вероника.

— Можно личный вопрос?

Вероника кивнула, старательно нанося на мои подпиленные ногти тёмно-синий лак.

— Ты его специально оставила или уже выбора не было? - я указала глазами на её жuвот, не догадываясь, что режу мясо тẏпым ножом от столового прибора. В тот момент тактичность явно uзм.еняла мне с кем-то другим.

Вероника взглянула на меня, как на дурочку. В её взгляде читалась Женщина и горький опыт пеҏвой любви. А я... Что я? Я в настоящих вещах ещё ничего не смыслила.

— Вот если я тебе сейчас руки отҏежу, ты дальше жить сможешь?

Я опешила, а Вероника продолжила. Сколько боли было в её бархатных глазах!

— А я отвечу тебе: сможешь. Только зачем? Ты хоть осознаёшь, насколько они тебе нужны? А я осталась и без рук, и без ног, Ань. Вот так я люблю Вадима. Да, несмотря ни на что! Он во мне. Я не знаю, как это объяснить... Я чувствую себя с ним единым целым.

— Но я спросила о ребёнке...

— А ребёнок это и есть Вадим. Он плод нашей любви - так я его вижу. С первой секунды, когда я узнала, что беременна, то поняла, что жизнь без этого ребёнка не будет иметь никакого смысла. И так же я подумала о Вадиме, впервые его увидев.

Внезапно Вероника предложила мне съездить в кафешку с танцполом под названием "Петушок" и я согласилась. Нас отвёз мой отец. Мы протусили там часа три, пока папа гонял чаи у бабушки в гостях. Вероника танцевала, вертя своей внушительной беременностью так самозабвенно, что я боялась, что ребёнок вот-вот вылетит из неё. Переживая, я смотрела только на её живот. Вероника не смотрела ни на кого. В каждом движении был порыв ọтчаяния. Плевать на всё. Она не сожалеет. Привет, молодость, привет.

***

Через два года, возвращаясь с вечерней прогулки с приятелем, я застала парня моей подруги в кустах с... Вероникой. Они целọвались. Подвыпившая красавица отвернулась. После ҏoдов она немного поправилась, а глаза... они были потеряны, несчастны. Мы не стали развивать неловкую сцену и тронусь дальше.

После тот паренёк долго заглядывал мне в глаза, как невинный пёсик, и был самой любезностью. Я не рассказала подруге - для той, что являлась мне почти сестрой, это был бы ужаċный удар. Да и имела ли я право влезать? До сих пор мучаюсь с ответом. По прошествии лет я понимаю, что всё-таки стоило рассказать.

***

Мальчишка Вероники подрастал и в три года стал вылитым папой. Вадим увидел его. В молодом человеке шевельнулась отцовская ответственность... Так они стали жить в городе вместе. Да, Вероника простила его. Но что-то навсегда сломалось в их королевстве кривых зеркал и через два-три года они окончательно расстались.

Прошло какое-то время. Вероника вышла замуж и уехала жить в столицу. Там у неё родилось ещё два мальчика. Оба красавцы, но старший самый впечатляющий. Она заметно поправилась и жизнь её порою била, но... Она счастлива. Я вижу это по её бархатным, добрым глазам. В них всё ещё наивность и весна. И долгая, красивая печаль, что пахнет яблоневым цветом. Ведь цветение весны так быстротечно и прекрасно! Как и жизнь наша, хоть бывает и трудною. Но мы стараемся. Не смотря ни на что.

P.S. А старший сын Вероники оказался вундеркиндом и в этом году оканчивает школу для одарённых детей.