123 116 subscribers

Недопустимый жених

77k full reads

3. — Что происходит, Илья? Почему тебя стали заваливать по многим предметам? - Соня с беспокойством заглядывала ему в глаза.

— Не бери в голову. Я выкручусь...

Илья пнул примороженные у края лужи листья. На большой перемене половина одноклассников вместе с ними вышла во двор, другие отправились в столовую.

— Нет, скажи! Мне начинает казаться, что это всё из-за меня!

Илья оглянулся по сторонам - не подслушивают ли их? В наличии стукачей Илья не сомневался. Вон, Весёлкина застыла позади, словно прислушивается... Никому нельзя доверять. Они отошли за крыльцо, где во всю стену красовался плакат с уверениями в том, что из их школы, благодаря исключительному составу педагогов и построению учебного процесса, выпускаются сплошь высоконравственные и замечательные люди. Вот где липа! За последние недели Илья в полной мере прочувствовал на себе всю гнuль школьной изнанки.

— Понимаешь... Кое-кто считает, что я здесь лишний.

— Директор? Какое ей дело?

— Не совсем. Боже мой, Соня, я не могу!

Илья закрыл руками лицо и присел на корточки. Разве может он сказать Соне, что оказался неугоден её родителям? Что будет? Ведь она наверняка устроит дома скандал и её мать этого так не оставит. Но главное было в том, что Соня начнёт нервничать, переживать, а у неё больное сердце! Илья не знал насколько всё серьёзно со здоровьем девушки, не решался спросить. Нет, нет, Сонечка так дорога ему! Его солнечная малышка, такая хрупкая и чистая, она то, ради чего стоит дышать...

— Тогда я первая кое в чём тебе признаюсь.

Она тоже присела на корточки и отняла от его лица руки.

— Для меня нет ничего важнее минут, проведённых с тобой. А знаешь почему, знаешь? Потому что я могу уме.реть в любой момент.

Илья похолодел, а Соня продолжила, улыбаясь одновременно и виновато, и счастливо:

— У меня анoмалии в сердце. До старости такие, как я, не доживают.

— Соня...

— Я так боялась, страшилась однажды не проснуться... А потом нашла тебя и стpax пропал. Потому что ты лучшее, что могло со мной случится. Потому что ты то самое настоящее, единственное счастье. И стало неважно, что было до тебя... и что будет после. Потому что если наступит это "после", я буду несказанно рада тому дню, когда пойму, что больше не проснусь.

Они встали. Илье показалось, что он уже теряет её, что уже занесён над нею меч... Соня зарылась в его расстёгнутую куртку.

— Я не могу оторваться от тебя. У меня нет на это сил, - сказал Илья, дотрагиваясь губами до её волос.

— Так и должно быть.

Вдруг она подпрыгнула, как ребёнок.

— А давай убежим с тобой, а? Зачем мне учёба? Больно нужен этот МГУ... Ты пойдёшь учиться там, в Кирове, а я буду печь пироги и варить суп, а если не будет денег, это не страшно. Я грибов насобираю, и малины... У вас же там леса. Только ты и я, и никого больше.

Илья поцеловал её маленький носик, пытаясь не показывать выступившие слёзы.

— Господи, какая же ты у меня глупенькая.

***

В учительской разгорался скандал. Предметники, которые вели уроки в 11-А, разделились на два лагеря: те, что беспрекословно занижали оценки Илье и те, что отказывались это делать. Директор работала со всеми индивидуально, но тут эта выскочка, Валерия Анатольевна, осмелилась поднять скользкую тему при всех! А перед директором Галиной Николаевной стояла ясная задача - вытурить мальчишку из школы! Не хватало ещё рисковать своим креслом из-за какого-то сопляка!

— Надо же! - тыкала Валерия в распахнутый журнал, - У моего Макарова по алгебре, геометрии, физике и, - с ума сойти! - астрономии, после систематических пятёрок вдруг полезли сплошные тройки! Как же так, девочки?

Учителя, которые были не в курсе, с интересом уставились на виновниц.

— Валерия Анатольевна, закройте рот. После планёрки я буду ждать вас в своём кабинете.

— Непременно! - отмахнулась Валерия. - Товарищи, да неужели же в вас нет ничего человеческого? Вы что, роботы? А как же моральные принципы? Совесть по ночам не мучает? Макаров талантливый ученик, а вы... вы... как стая падальщиков! Думаете, к вам это не вернётся? Думаете, вас при надобности точно также не заклюют?

— Подите вон! - зашипела директор и попыталась силой выставить Валерию за дверь, но та вывернулась и переметнулась за другую часть общего стола.

— Поддерживаю! - вышла учитель биологии. - Галина Николаевна, можете уволить меня хоть сегодня, но я ни за что встану на сторону вашей гнuлой политики.

— Моей?! - директор заломила руки. - Вы уверены, что это моя политика?!

— Что происходит? - спросила учитель труда у девочек.

— Макарова пытаются вытурить из школы. Он не угоден родителям одной из учениц. - с вызом ответила учитель биологии.

— Ореховой?

— Воооот! - схватилась директор за невинный вопрос, как за спасательный круг. - Уже все знают о беспределе, который устроила Валерия Анатольевна.

— Вы не в себе! - тонким голосом отразила удар Валерия.

— Я тоже не собираюсь в этом участвовать! - сделала шаг вперёд физрук.

— И я! Это низость! - встала следом за ней учитель русского языка.

— И я!

— И я!

Все, кто был против, вставали по бокам от Валерии и воинственно взирали на остальных, как белые маги на грязных троллей. Учитель математики тоже переметнулась на сторону протестующих. Остальные из тех, кто ставил Макарову тройки и двойки, отводили глаза.

— Ну что ж, Галина Николаевна, похоже вам придётся уволить существенную часть педсостава, - победоносно сказала Валерия подрагивающим от волнения голосом.

— Уж вас я уволю точно! - рыкнула директор.

Прозвенел звонок и взволнованные учителя разошлись по классам.

***

Всё было напрасно. Илью отчислили. "Недопустимое поведение", "меры педагогического воздействия не приносят результатов"... Директор вывалила перед Ильёй и его тётей целую кипу докладных с жалобами от родителей и учителей. Спор был горячим и долгим. Тетя Люда намеревалась идти в комитет образования, но Илья махнул на всё рукой.

— Не поможет, тёть Люд. Не надо. Аквариумным рыбкам не тягаться с акулами. Помните, как она сказала: "В другие школы можете и не пытаться..." В общем, поеду я домой.

— А как же та девочка?..

— Я уже поговорил с ней. - ответил Илья, подавляя горечь.

Они обменялись адресами, чтобы писать друг другу письма, и Соня дала ему свой домашний телефон.

— Я не понимаю, Илья, это какой-то бред, чья-то шутка! Как такое может быть? Я поеду с тобой! С тобой! С тобой!

— Нет, Сонечка, послушай...

Они прятались между раздевалкой и спортивным залом. Эхо от голоса физрука и звон мячей гулко отбивались о потолок.

— Тебе сейчас никто не даст. За каждым твоим шагом следят, ты же сама говорила. - Илья с отчаянием схватил её за узкие плечи. - Ты окончишь школу... А до этого мы будем переписываться... я буду звонить... А потом... Потом мы что-нибудь придумаем. Я заберу тебя! Мы сбежим! Да! Пусть только всё немного уляжется, хорошо?

— Это бред, бред... - повторяла Соня и плакала, а Илья до ужаса боялся её слёз, её физически ненадёжного сердца.

Губы Сони, полудетские, кукольные, замирали от трепета на его губах. Маленькая, нежная девочка, которую так хочется беречь и защищать от всех напастей и невзгод.

Вместе с Ильёй ушла со школы и Валерия Анатольевна.

— Вас выгнали из-за меня? - виновато спросил её Илья.

— Нет, Илюш, я сама ухожу. Просто не могу подчиняться свuньям, - она похлопала юношу по плечу, поддерживая рукой забранные с работы папки, - а вы держитесь, ладно?

Илья крепко обнял её на прощанье.

Фото автора Demeter Attila: Pexels
Фото автора Demeter Attila: Pexels

Прошёл месяц. От Сони не было ни одного письма. Илья писал и писал и не мог побороть подозрений насчёт её родителей - наверняка что-то мутят с почтой! Её телефон был постоянно занят или отключён, а дома обстановка бывала и получше - отсутствие денег никому ещё не прибавляло настроения. И вдруг отцу неожиданно предложили работу в другом городе! Родители намеревались переезжать... Соня! Соня! Где же ты!

— Да?

От холодного голоса из трубки Илья вздрогнул. Это была её мать. Он уже отчаялся получить ответ на звонок.

— З-здравствуйте. Я хотел поговорить с Соней...

— С Сонечкой?! - спросили удивлённо и с придыханием из трубки. - Кто это?

— Друг.

— Илья?

Юноша замешкался.

— Да. Я лишь хотел... прошу вас...

— Ах, ты не знаешь... - голос женщины словно пытался заплакать.- Сонечки больше нет. Месяц назад она yмe.pла.

— К.. как...

— Я предупреждала тебя, говорила, что у неё больное сердце! - зарыдала женщина, - И теперь её нет! Алло? Алло?

Илья не мог слушать дальше. Он сполз на пол телефонной будки. Трубка безжизненно повисла на проводе. На другом конце женщина довольно хмыкнула и отключила звонок.

— Да. Сонечка умe.pла. Но только для тебя!

П р о д о л ж е н и е.

Н а ч а л о *** П р е д ы д у щ а я