123 115 subscribers

Некуда бежать

112k full reads

12 — Ничего не говори! Я вижу и так - ты беременна. Но не переживай, я честный человек и женюсь на тебе.

От такой прозорливости Виктория чуть не упала на порог, который только что переступила. Тем временем Данил, виртуозно повесив её куртку, возвращался с распростёртыми объятuями. Сияя, он положил руку на её живот:

— Не обещаю, что смогу noлюбuть твою старшую дочь, да и большая она, скоро поступит и - вшууух! - вылетит из гнезда. А тебя с малышом я буду носить только на руках. Вот так.

Виктория не успела опомниться, как оказалась над полом. Когда прошли первые признаки эмоциональной контyзии, она спросила:

— Ты что, пьян?

— Нет, - щедро мотнул головой Данил.

— Тогда ненopмальный, что-ли?

— А зачем грубить?

— Поставь меня, будь любезен.

Ощутив под ногами твёрдую землю, Виктория тщательно поправила кофту.

— С чего ты взял, что я беременна?

В отсветах советского абажура ей показалось, что Данил смахивает на мaн.ьяка: глаза горят и в них какой-то умысел пугающий, тайный.

— Я заметил, что когда ты от калитки шла, то остановилась и погладила живот. И он будто подрос у тебя, стал круглее... Да всё нормально, Вик! Я, конечно, был не готов, что стану отцом, но счастлив! - он попытался притянуть к себе Викторию, но она не поддалась. Брови женщины заползли далеко под чёлку. Данил подозрительно сощурился, впрочем, не переставая улыбаться, - Это же мой ребёнок, Вик?

— Я не беременна! Ты что, последний...

Виктория осеклась. У неё чуть не вырвалось слово "oċёл".

—... я хотела сказать, последний человек на земле, который до этого дня ничего не слышал о том, как протекает беременность?

— А что там знать?

— Хотя бы то, что живот не может вырасти так быстро! Мы с тобой встречались всего месяц, а заметно становится через три-четыре, не раньше! Господи! - Вика не удержалась и закатила глаза.

Мирный настрой был вдребезги разбит. Данил почесал затылок, как недогоняющий школьник.

— Но зачем ты тогда останавливалась во дворе?

— Потому что у меня проблемы с желудком, ясно? К врачу надо. Даже не знаю, имею ли я право, как не гражданка...

— Но он стал больше...

Данил был разочарован, что упустил шанс проявить благородство.

— Говорю же, у меня обострение! Если тебя так смущает мой живот, я могу уйти. Настроение всё равно испорчено.

— Нет, Вика, нет. Давай присядем?

Он с наигранной мольбой заглянул ей в глаза. Вика вздохнула. Зря красилась. Всё равно обозвали толстой. На душе противно...

— Что ж, давай, Данил. Только разговор у нас будет серьёзным.

Слышно было, как прямо за стенкой потрескивали в печке дрова. Весь домик, старенький, зелёный, посапывал от тепла и словно расправлял промёрзшие стены. Данил откупорил бутылку вuна и протянул Виктории бокал.

— Нет, Данил, давай сначала поговорим.

— Глотни хоть немного, чтобы успокоиться. Ты какая-то взвинченная.

— Не хочу.

— Ну, пожалуйста... Бутылка уже открыта.

Данил настойчиво пихал ей бокал. Вот опять он начинает! Всё только по его... Но Вика решила не нагнетать обстановку и сделала глоток. Данил расплылся в удовлетворённой улыбке.

— Доволен, что я послушалась, да?

— Да. Люблю, когда ты хорошая девочка.

Ну, вот! Прям замаслился от её мизерной покорности.

— Понимаешь... Я боюсь, что таким макаром у нас с тобой дело не пойдёт. Давай начистоту. Мне хватает начальников на работе. В отношениях я не хочу быть подчинённой.

Данил сдвинул брови и отпил красную жидкость.

— Или я ошибаюсь? Просто мне показалось, что ты из тех, которые считают, что женщина должна знать своё место и безоговорочно исполнять команды муж... ээм... партнёра.

— Но, Вика, так было испокон веков. Мужчина в доме главный. Он защитник, добытчик и слово его - закон. Мужчина твёрд, женщина мягка - разве это не идеальный союз?

— Боюсь, что я слишком испорчена реалиями современности. Может, каким-то женщинам и везло больше, но конкретно меня жизнь научила, что в первую очередь стоит надеяться только на себя. А мужчина сегодня есть, завтра нет. Этот урок был преподан мне дважды. И нужно быть полной дyҏой, чтобы опять...

— А если бы ты была изначально милой и послушной и в рот мужу заглядывала, никто б тебя не бросал! - Данил подскочил и широкими шагами заходил по комнате. Потом голос его из добродушного обратился в стальной: - Вот и распадается столько браков! Бабьё вконец оборзело: то равные права им, то рожать не хотят, мужuками командуют... Крутые стали дальше некуда. Какой нормальный человек будет такое терпеть?

— Прости, а с какого перепуга ты решил, что мы ниже вас и априори должны тихо барахтаться исключительно за вашими спинами? Это где-то сверху прописано?

— Вообще-то да! В Библии! - далее он процитировал священные строки с видом академика, открывшего сакральные тайны вселенной: - "Также и вы, жёны, повинуйтесь своим мужьям..."

— Ну, что ж, Данил... Стало быть, в рай мне дорога закрыта. Будешь сидеть там сам, с такими же венцами творения. - Вика решительно встала. - А я пошла.

Чудный вечер. Мелкий белый снег опускался на село, как в замедленной съёмк: словно ангелы ворочали в высотах небес огромное сито. Из печных труб поднимается в воздух дым. "Вииикааа! Постой!" - услышала она позади Данилов голос и увидела его быстро шагающую фигуру. Догоняет.

Фото автора Victoria Borodinova: Pexels
Фото автора Victoria Borodinova: Pexels

Он честный человек и клянётся, что будет обожать их общего ребёнка, но не знает, сможет ли принять её дочь! Предлагает ей сидеть в клетке на коротком поводке и заглядывать хозяину в рот! Очень нужно!

Бежать от такого. Бежать, бежать! И Вика побежала. Сначала рысью. Снег под ногами поскрипывал и искрился. Виктория сама не заметила, как перешла на бодрый галоп. Громко хлопнула калитка. Спасена! Что дальше? А дальше она как-нибудь сама. Сама!

П р о д о л ж е н и е

Н а ч а л о