123 115 subscribers

Замуж за американца

25k full reads

Это легко, Алёна. Просто скажи: "Я отпускаю тебя."

Посмотри, как бесконечен пустынный хайвэй, как безжалостно обжигает эти земли солнце. Посмотри на Джошуа, как элегантны его тонкие пальцы, сжимающие руль. Он так нежен, так задумчиво возвышен... Где его мысли? С кем? Он уже не твой!

Алёна, хватит! Рейчел уже исполнилось три. Он слишком уважает тебя и слишком любит дочь. Скажи ему эти слова, ведь ты и сама уже давно готова уйти. Не надо искать повод. Он не такой, как все. Не сдерживай огонь его свечи, а просто вдохни поглубже и скажи, наконец:

"Я отпускаю тебя."

Н а ч а л о

Ты всё поняла ещё там, на выставке современного искусства в доме Мэлвуда, когда Джошуа терялся и робел от наглых взглядов организатора, а потом жадно, исподтишка поглядывал на его горбатый профиль. Помнишь, какое глубочайшее отвращение захлестнуло тебя? Так что хватит себя обманывать.

Отпусти!

— Примерно в двух милях отсюда должна быть закусочная. Давай свернём?

— Хорошо, - согласился Джошуа.

Они путешествовали на машине в сторону западного побережья. Бескрайние равнины Канзаса сменялись скалистыми горами Колорадо, потом выжженная до красноты Юта и вот они рассекают сухие пустыни Невады, приближаясь к заветной Калифорнии.

Рейчел никогда не оставалась так надолго у бабушки и дедушки, но согласилась без проблем. Там она была всеми обожаемой принцессой. К тому же, у бабушки можно чуть ли не целый день проводить на улице!

Вокруг выцветшей вывески с лаконичной надписью "У тётушки Полли" средь бела дня горела иллюминация. Они заняли столик в центре зала и сделали заказ. Грузная официантка первым делом принесла им кофе. Джошуа задумчиво мешал в своём сахар, Алёне казалось, что его ложка тарахтит слишком громко. Их глаза встретились и Джошуа отставил чашку.

— Алёна, нам нужно поговорить.

— Согласна.

— Ты разве знаешь?

— Кажется, да.

— Откуда?

— Это же очевидно.

— Неужели?! - Джошуа был поражён. - Постой! Ты что, читала мою почту? Опять за старое?

— Это я-то за старое? Или всё-таки ты?

— Ты о чём вообще?

Алёна молчала, пытаясь сформулировать более мягкую фразу насчёт нетрадиционных замашек Джошуа.

— Так ты читала?

— Слава Богу, нет!

— Тогда ты не можешь ничего знать!

— Ну, конечно! Я же идuотка!

— Алёна, у меня сейчас голова треснет! Не знаю, к чему ты клонишь, но я хотел поговорить с тобой о моей карьере.

Теперь изумилась Алёна.

— А что с ней? Тебя уволили из издательства?

— Нет. Мне предлагают работу в Нью-Йорке.

В животе у Алёны ёкнуло.

— Это как?

— Ты же знаешь, что помимо нашего местного журнала я был внештатным сотрудником и в других издательствах. Последние полгода, помимо всего прочего, моими эссе заинтересовался Нью-Йоркер.

— Ты мне не рассказывал...

— Ну, это были так... Мелочи. Месяц назад мне позвонил их главный редактор, мы поболтали... И вот, буквально перед отъездом на мою почту пришло письмо. Они приглашают меня в качестве штатного корреспондента для его литературной части.

— Ух ты... Я даже не знаю, что сказать... Это так здорово, Джошуа! Поздравляю тебя!

Джошуа взял её руку.

— Так ты рада? Нью-Йорк, Алёна! А я почему-то боялся тебе рассказывать! Уверен, ты тоже легко найдёшь там себе работу!

— Что? Мы должны будем переехать?

— А как иначе?

Принесли заказ. Алёна начала медленно резать стейк.

— Мне опять придётся начать с низов. А я только добилась места главного повара. И обучение... Столько потрачено сил.

— Большой город - большие возможности.

— Рэйчел привыкла, что у неё отдельная комната, а в Нью-Йорке нам придётся снимать крошечную студию, наподобие квартиры дяди Стэна, в которой мы жили до её рождения.

— Ты считаешь, что это аргумент?

Алёна испытующе взглянула на него.

— Не знаю, Джошуа. Если честно, я не уверена... что нужна тебе там.

Джошуа долго смотрел на неё, потом часто и мелко закивал, застучал чайной ложкой по столу и выпустил из груди тяжёлый вздох. И Алёна поняла, что он не уйдёт добровольно, что слишком много в его жизни страхов и сдерживающих "но", что только она может сделать его счастливым, уверив, что всё нормально, что миру, по большему счёту, плевать, какой он... Что она должна отпустить его, пока ещё целы крылья, пока он ещё не разучился летать. Парить. Наслаждаться безумством. И жизнью. Пусть и с другим.

Широченные, светло-золотые пляжи Санта-Моники были сотканы из лучших нитей солнца. Идеально-голубые, размеренные волны гладко расползались по ним и искусно ласкали нежный песок. Вдале набережная и шум, а они здесь, у самой кромки Тихого океана. Двое парней, держась за руки, прошлись перед ними по щиколотки в воде. Джошуа проводил их взглядом, который окончательно, раз и навсегда поставил точки в Алёниной голове. Она высыпала из ладоней песок, отряхнула их и засмотрелась на удивительные в своей белоснежности облака.

Художник Владимир Волегов
Художник Владимир Волегов

— Я отпускаю тебя, Джошуа.

Серые глаза Джошуа не удивились. Они не изменились никак.

— Отпускаю. Правда, - закивала Алёна, искренно улыбаясь.

Джошуа тоже улыбнулся. Потом они засмеялись, повалились на песок и замерли, слушая размеренный шум волны. Он нашёл её руку и прижал к своей груди.

— Спасибо, Алёна. Ты... ты самая...

— И ты.

----------------------------

Услышав два резких гудка и один протяжный, Алёна закричала, обращаясь ко второму этажу:

— Рэйчел! Папа приехал! Ты готова?

По ступенькам тут же застучали шаги и спустилась 10-летняя девчушка с огромными серыми глазами.

Джошуа ждал её перед домом на лужайке. Мужчина, с которым он приехал, остался в машине. Девочка с разбега повисла на шее отца.

— Папа!

— Красавица моя!

Алёна наблюдала за ними с порога. Заметив её, Джошуа выпучил глаза:

— Алёна! Какой живот! Поздравляю!

— Спасибо, - улыбнулась она.

Он подошёл и погладил его.

— И кто там у вас?

— Сестрёнка! - ответила за маму Рейчел.

— Всё хорошо? - уже серьёзно спросил Алёну Джошуа.

Алёна счастливо кивнула.

— Извини, не приглашаю вас в дом, ты же знаешь Чака, он не понимает ваших отношений...

— Знаю. Чак серьёзный мужчина.

— Жду вас назад ровно через неделю. И не забудьте про фотографии на фоне Большого Каньона!

— Обязательно.

— И ещё, Джошуа... - она отвела его в сторону. - Вы же там не будете выражать свои чувства при ребёнке?..

— Алёна, не стоит каждый раз напоминать мне об этом. Первого раза было достаточно.

— Извини.

Машина отъехала. По тихой улочке пригорода Луисвилла прохаживалось утро. Оно мягко золотило дорожки, скакало зайчиками по крышам аккуратных домов, валялось по зелёным газонам, а потом вдруг заметило Алёну и поцеловало в сонное лицо.

Конец.

Н а ч а л о *** П р е д ы д у щ а я