3420 subscribers

Север: прививка холодом

Север: прививка холодом

Облака, снизу подпалённые солнцем, кочуют на Север. Белоснежная лавина завтра рухнет на Ноябрьск или Пяко-Пур и заметёт землю и реки с головы до ног. А потом вслед за облаками на Север полечу я. Наверное, для того, чтобы понять, что он такое, чтобы ощутить его дыхание, жгучий до озноба, до мурашек поцелуй в губы.

Север: прививка холодом

Солнце, словно яичный желток в мучной пудре, поднимается ранним утром над тайгой, чтобы часа через четыре, пробежав украдкой мелкими перебежками метров триста вдоль линии горизонта, исчезнуть во тьме, кажется, что навсегда.

Губкинский. За окном - 40. Для местных жителей: всего лишь - 40.

Север: прививка холодом

Теплынь. Вот - 60 - это да, можно сказать: подмораживает.

Небо прокалённое, прожаренное на морозе с голубоватым отливом. По крышам гуляет ветер, ошпаривая лица прохожих, после чего они приобретают какой-то свекольный оттенок. Лицо – пунцовый синяк, на котором застыли две вздыбившиеся линии бровей в инее. Глаза на мокром месте. Если они потекут, то во впадинах вместо глаз будет два стальных озера ледникового происхождения.

Я приехал, чтобы кожей понять, что такое холод. Приехал, чтобы специально продрогнуть! Поутру направился завтракать в кафе "Прелесть", которое на местном наречии звучит так: "Прилезь"!

Север: прививка холодом

До кафе добрался нормально, а вернувшись, посмотрел в зеркало. Такое ощущение, что лицо становится резиновым или пластилиновым, каким-то совсем чужим. Оно становится сморщенным, как сухофрукт. А руки синие, скрюченные, с негнущимися пальцами отказываются слушаться.

На улице первые минут пять ты просто радуешься хорошему зимнему утру, солнцу, но потом вдруг, пронизанный порывом ветра до костей, растерянно озираешься по сторонам. Организм, ни очно, ни заочно незнакомый с такими температурами, начинает паниковать.

Ноги убыстряют шаг, сворачивают в сторону сарая, трансформаторной будки, словом, какого-нибудь жилья или укрытия. В этот момент, подвернись она под ноги, подошла бы даже собачья конура или дупло. Любой забор, заграждение, только чтобы больше не было этого обжигающего дыхания, этого, даже не пощипывания, а состояния, похожего на то, когда с тебя вот-вот сдерут кожу.

Но на следующий день мой путь лежит на буровую. Короткие перебежки от гостиницы до кафе "Прилезь" с блинчиками и обратно, не в счёт.

Теперь мороз обязательно должен поквитаться со мной. Только я об этом ещё не знаю. Я надеваю пуховик, флисовые перчатки, нахлобучиваю на брови шерстяную шапку и – опять тёплая машина.

На обочине белые коралловые ветви деревьев. Облака пара, вырывающегося изо всех щелей, словно жилец из горящего дома. Закутанные по самые брови лица. И повизгивающие шаги. Видали мы эти -40!

Север: прививка холодом

Буровая, вернее огромная махина, покрытая наледью, напоминающая штопор, скребущая своим чёрным жалом вечную мерзлоту. Мы поднимаемся по трапу наверх, как космонавты. Сейчас нас запустят в космос. В это холодное, белёсое, блёклое, вымороженное небо, неправдоподобное и стылое, как кусок льда.

Ступеньки обледенели. Свинцовые поручни прожигают перчатки. Всё это слегка напоминает стоматологический кабинет и бор-машину. Но только с поправкой на то, что заморозка с пациента перекинулась на окружающие предметы. И я медленно погружаюсь в это забытьё.

Север: прививка холодом

Мастер в оранжевой каске поверх шапки-ушанки, в ватных штанах и валенках. Пунцовый буровик, застывший у пульта с упрямой улыбкой на лице, словно командир межпланетного корабля.

…Буровая не прекращает работу ни на минуту. Она работает и при температуре минус шестьдесят градусов. Если она остановится, то будет потом запуститься уже не сможет…

На языке буровиков это называется: прихватка!

На языке ворожбы и любви - присушка!

Я смотрю в чёрную пропасть, куда вонзается безжалостный бур, и не вижу ничего, кроме пара и копоти и тяжёлой одышки. Так, наверное, стонет земля.

Север: прививка холодом

Чьи-то чужие ноги несут меня обратно к машине. Пальцы заледенели, лицо скукожилось, а температура тела стремительно приближается к нулю. И если я не дойду до машины, то мы с Севером сравняемся в градусе…

Вот, наконец, и номер гостиницы. Я продрог, вернее, ощутил мороз всей своей кожей. Теперь я пью водку большими жадными глотками. И чувствую, как тепло возвращается. Сорокоградусная отвоевывает меня у -40. Я постепенно прихожу в себя.

Так что же такое холод? Холод – это, когда внутри всё прокалено и выморожено, и температура тела - 40. Это прививка игольчатым страхом и трепетом. Это кусок вечной мерзлоты вместо крови и сердца!

И это - любовь. Присушка навсегда.

- 40 - это пик удовольствия.

Чем дальше и глубже на север, тем горячей!

Север: прививка холодом

фото Кирилла Уютнова и Екатерины Васягиной