Советский обед «три в одном»

Дело было в далекие 90-е, точнее, году в 1988–1989-м.

Моя повышенная стипендия составляла всего 78 рублей, у мужа на 20 меньше, а еще у нас был четырехлетний сын, кот, два пса (один из них кавказец) и съемная квартира. Сами понимаете, не до жиру.

Но бог послал нам замечательную соседку по лестничной клетке, бывшую сестру-хозяйку из Института челюстнолицевой хирургии, бывшую одесситку, а нынче одинокую московскую пенсионерку Мару Исаковну Голуб. Вот благодаря ее щедрым опыту, знаниям и фонтанирующему оптимизму мы и выжили.

Итак. Явление первое. Денег почти ноль и… воскресный обед.

— Шо, совсем в холодильнике пусто?

— Ага.

— Только не надо громких рыданий, тетю Мару не проведешь. Если б было пусто, ты б его выключила. Вот, целый блок детского питания. Зачем оно вам? Сын уже жених, а ты его смесями травишь?

— Оно просрочено уже. Просто не выкинула.

— Ну и не выкидывай. Вот это что такое вонючее? Слушай, где ты это достаешь, девушка? Даже на Привозе в рыбном ряду пахнет лучше.

— Это я в «Диете» квашеную капусту купила.

Бочковую…

— Ага, прямо как в анекдоте. Стоит в Кракове на центральной площади бочка с капустой и на ней написано: «Посол Советского Союза». Чем мужа планировала кормить?

— Вот, фасоль замочила. Сейчас отварю с зажаркой, и все…

— И шо? Звук от мужа после такой еды будет, а толку нет. И скажу тебе по секрету, звуку ты тоже не обрадуешься. Почище капусты амбре получится.

Через пять минут на свет божий были извлечены: две крупные свеклы, две здоровые заскорузлые морковины, штук десять проросшего картофеля, две луковицы, упомянутая выше капуста, баночка томатного соуса «Осенний» и пачка серо-белых макарон «Перья № 5». Небольшой кусок свинины, который я берегла для Сережкиных бульончиков с гренками, тетя Мара тоже экспроприировала.

— Смотри, из этой малюсенькой кучки мы с тобой сделаем первое, второе, салат и десерт. Веришь?

— Нет!

— Пацанка! Шо ты знаешь за жизнь?!

Через тридцать минут на плите у нас булькала большая пятилитровая кастрюля, в которой одиноко плавал миниатюрный кусок грудинки и снежинками всплывали фасолины, отправленные туда вместе с мясом.

— Чисти овощи!

— Все?

— Все! Но не вздумай резать!

Еще через десять минут в кастрюлю отправились две свеклы целиком, морковь и картофель. Теперь в воде стало почти тесно.

— Огонь прибавь. Мы ж не собираемся слюни до вечера пускать.

Честно говоря, я не очень понимала, что мы планируем готовить.

— Так, картошка сварилась почти, доставай половину. Остужай и кроши кубиками в миску.

— А остальная?

— Пусть кипит! Ты пока макароны отваривай и доставай терку с мясорубкой.

Еще через тридцать минут тетя Мара извлекла из кастрюли свеклу и морковь, отрезала по половинке каждого корнеплода и споро натерла их на терке. Подумала немного и шумовкой выловила большую горсть фасоли. Потом она на сковороде зажарила половинку нарезанной луковицы, добавила соль, сахар, тертую морковь и свеклу и остатки моего томатного соуса (там было-то ложки две всего).

— Уксуса тоже капнем в зажарку, потому что без него в нашем случае борщ будет квелый.

После этого тетя Мара промыла и отжала мою квашеную капусту и разделила ее примерно пополам. Половину она бросила в кастрюлю, вторую — в миску с нарезанным картофелем и выловленной из бульона фасолью.

Вооружившись толкушкой, тетя Мара размяла в стоящей на огне кастрюле картофель, влила туда зажарку, добавила лавровый лист, перец и сухой укроп, а еще минут через пять — три зубчика толченого чеснока.

Я с удивлением следила, как буквально из ничего в комнате образовалась огромная кастрюля ароматного наваристого борща.

— Оставшиеся свеклу и морковь и половинку сырого лука нарежь кубиками и клади в винегрет.

— Куда?

— Туда, где картошка, фасоль и капуста! В миску! Только дай я сперва их слегонца маслицем пролью. Не люблю, когда винегрет слишком красный.

Пока я возилась, тетя Мара успела слить макароны и достать из борща мясо. Малюсенький кусочек она порвала буквально на нитки и запустила обратно в борщ, а оставшееся прокрутила на мясорубке.

— Жарь лук быстро. И добавляй фарш!

Через секунду в доме пахло совсем умопомрачительно: борщом, салатом и жареным мясом.

Пока я пребывала в прострации, тетя Мара успела отложить от макарон небольшую часть, а остальные смешала с мясом и луком. Слюна потекла со скоростью Ниагары — макароны по-флотски!

Отложенные макароны моя соседка смешала с просроченным детским питанием, принесла от себя одно яйцо, пакетик ванильного сахара, посолила, присластила, припудрила геркулесом, аккуратно выложила на смазанный противень и всунула в духовку.

— Рекомендую чуть-чуть перепечь. Пусть будут порумянее. Потом сиропом от варенья прольешь — помягчеют!

Моя спасительница гордо удалилась. А я осталась стоять столбом посреди кухни, где источали изумительные ароматы обещанные первое, второе, салат и десерт.

— Ничего, выживем! — пообещала я себе со страстью пламенного Че Гевары и стала с нетерпением ждать с прогулки своих мужчин и подрастающих псов. Они еще не знали, какой сюрприз их ожидает дома.