Кальман Миксат. Зонтик Святого Петра (1895)

28 September 2018
457 full reads
1,5 min.
649 story viewsUnique page visitors
457 read the story to the endThat's 70% of the total page views
1,5 minute — average reading time
Кадр из фильма 1958 года
Кадр из фильма 1958 года

Миксат Кальман (1847 — 1910) — классик венгерской литературы, а "Зонтик Святого Петра" (1895) едва ли не самое известное и всемирно любимое из его произведений. Этот компактный роман выдержал рекордное количество театральных постановок.

Великие русские писатели (и не только русские) в большинстве своем рассматривали литературу как зеркало общественной жизни или трибуну для обсуждения негативных сторон действительности, колеблясь между порицанием и осуждением.

Современные книгопродавцы, сравнивая проданные тиражи в русском и американском сегментах книжного рынка, утверждают, что российские книгоиздательские проблемы восходят корнями к школьной программе по литературе. Российская, мол, такова, что у бедных детей в голове намертво застревает убеждение, что чтение — тяжкий труд.

Сравните, мол, как читается, например, "Война и мир" vs "Гордость и предубеждение". В зарубежных школах детям тоже предлагают классику, но "легкую", из того, что читается быстро и с удовольствием, вызывая эмоциональный отклик. А у нас приходится вникать в проблематику "Записок охотника", "Белого пуделя" и "Ямы", "Преступления и наказания" или "Мертвых душ", и даже сказки отягощены общественно-злободневной проблематикой, вспомнить хоть Салтыкова-Щедрина.

"Зонт Святого Петра" прекрасно подошел бы для иллюстрации подобных доводов. Кальман Миксат — признанный классик. Колоритом, языком и описаниями, особенно, природы, напоминает Гоголя, "Вечера на хуторе близ Диканьки" или "Сорочинскую ярмарку". Иногда при чтении кажется даже странноватым, что персонажи Кальмана Миксата — венгры или словацкие крестьяне, настолько по-гоголевски звучит, например, история "неделикатного человека", или рассказ о том, как в Бабасеках завели собственного еврея.

Кадр из фильма 1958 года
Кадр из фильма 1958 года

Сатиричность характеров и ситуаций напоминает Чехова. Проблематика, вне всяких сомнений, наличествует: бедных, бесправных и угнетенных на страницах этого маленького романа вполне хватает. В первой главе, например, бедный, как церковная мышь, молодой священник, только что назначенный в нищий приход, истово молится, чтоб бог ниспослал ему на пропитание сестры-сиротки, которую после смерти матери насилу прокормили всей деревней, передавая из дома в дом.

Но "Зонт Святого Петра" при этом не про неприглядную действительность и "Униженных и оскорбленных", а, скорее, про роль счастливого случая в жизни человеческой. Если рассматривать отражение действительности в литературе, например, как зебру, то у Гоголя она, скорее, черная с белыми полосками, а у Кальмана Миксата — белая с черными штрихами, которые лишь подчеркивают обаяние жизни во всем ее многообразии. Поэтому у Миксата даже трагическая, в сущности, ситуация запросто превращается в анекдот, добродушно поучающий житейской мудрости.

Но искать в этом романе мудрости или какой-то морали с "уроками" вовсе необязательно, он и без этого остается прекрасной доброй историей, которая легко и с удовольствием читается, оставляя желание при случае к ней вернуться.

Роман Миксата экранизировали три раза, вот один из этих фильмов:

По духу похож на Пола Гэллико "Цветы для миссис Харрис".