Саша Галицкий. Мама, не горюй! (2016)

19 December 2017
2,8k full reads
1 min.
3,2k story viewsUnique page visitors
2,8k read the story to the endThat's 87% of the total page views
1 minute — average reading time

Саша Галицкий. Мама, не горюй! (2016)

Саша Галицкий — художник, автор индивидуальных и групповых выставок. Через год после смерти матери он отказался от престижной работы в пользу творческих кружков в израильских домах престарелых.

Авторские подзаголовки: "Как научиться общаться с пожилыми родителями и при этом не сойти с ума самому? Методическое пособие для взрослых детей." Я бы добавила: "Книга об опыте обретения терпимости."

Что дала мне эта книга? Дело в том, что все мои умерли молодыми. А бабушка, старческая деменция и несколько синдромов которой мне достались, была не моей. Я познакомилась с ней, когда она уже почти не разговаривала. "Познакомилась" - громко сказано. Она не понимала, что я - жена ее внука, и звала именем своей младшей дочки, в те дни, когда вообще могла вспомнить, что у нее есть дочки. С бабушкой было трудно, и, кажется, мне полегче, чем моей свекрови, ее старшей дочке. Я не знала бабушку молодой, сильной, умной, красивой, талантливой, способной трое суток, пока немцы прочесывают город, просидеть в мокром подвале на табуретке с младенцем на руках, посчитать молярный раствор в уме, построить дом своими руками, за ночь сшить платье для школьного бала и играть, импровизируя, на трех музыкальных инструментах. Я просто приняла как данность весь "набор ходовых характеристик" с), сложившийся к моему появлению в доме, и... обращалась с ней примерно как со своей годовалой дочкой, поскольку бабушка не слишком в поведении от нее отличалась, даже в штаны делала точно так же. Раздражалась на нее иногда больше, но подавлялось это раздражение как и с младенцем. Если малыш размазал что-нибудь по всей комнате, вы же не станете его за это бить или орать, правда? Просто скажете "Ай-яй-яй!" и уберете поскорей, понимая, что его самого заставлять бессмысленно, он не сможет.

Галицкий именно такой подход и предлагает взять на вооружение. Принять как данность. Забыть, как вы были маленьким, а близкие вам старики — сильными и умными. Не ждать от них здравомыслия. Не пытаться их переделывать. Не уговаривать, не убеждать, не спорить. Ничего не навязывать, не задалбывать заботой и, уж тем более, не пытаться руководить. Позволить им быть старыми, понимая, что старость — это болезнь, которой все мы заражены, и что болезнь эта нуждается в сострадании, а не в жалости.

Честно говоря, есть у меня некоторые сомнения, что советы Галицкого легко получится применить в общении с собственным стариком. По-моему, с посторонними проще. Проще ничего не ждать, не раздражаться, не обижаться, не пытаться убеждать и доказывать свою правоту. Проще оставить в покое и не пытаться выдумывать занятия, если они сами ничего не хотят. А когда старик свой... Ну, как ты его оставишь в покое, если он, например, гулять не хочет?

Пожалуй, больше всего мне понравились рассказы из опыта работы и общения со стариками в доме престарелых. Вот, например, почти анекдотическое:

— Скажи, — сказал мне вчера Меир (82), — а у тебя дома есть водка? — Зачем? — спросил я. — Чтобы приходить в себя после общения с нами!

Такого я прочитала бы и больше, но это — несущественная часть книги. Повторюсь, в основном автор рассказывает о собственном опыте обретения терпимости и смирения перед необратимостью возрастных изменений.

Новой для меня мыслью оказалось, что со стариками можно и нужно говорить о смерти, когда они сами поднимают тему. Если человек, например, хочет обсудить завещание и собственные похороны, не надо ему в этом отказывать. Раз заговорил, значит, важно, скорее всего, потому что позволяет сохранить ощущение контроля над происходящим. А уход от разговора он может принять за невнимание к себе. Случалось вам попадать в ситуацию, когда свекровь сообщает, сколько денег отложила на похороны? Ну, что ей отвечать? "Мама, не волнуйтесь, мы найдем денег вас похоронить?" Оказывается, отвечать и не надо, достаточно внимательно выслушать, не переводя разговор.

Не знаю, готова ли я советовать эту книгу всем и каждому, но точно не жалею, что прочитала сама. Мне показалась хорошей попыткой честного разговора о вещах, обсуждать которые не слишком-то принято.