Десять главных альбомов саксофониста Джона Колтрейна. «Африка/медь», 1961

14 October
Обложка альбома
Обложка альбома

Кирилл Мошков,

редактор «Джаз.Ру»

1961 стал годом радикальных перемен в музыке саксофониста Джона Колтрейна (1926-1967). Его контракт с ведущей фирмой грамзаписи тех лет, Аtlantic, выкупил новый агрессивный независимый лейбл impulse!

Название этой фирмы грамзаписи пишется именно так, с восклицательным знаком, который зеркально отображает начальное «и десятеричное»: фирменный стиль лейбла придумала Фрэн Скотт-Аттауэй, которая также стала первой в череде работавших на «Импульс!» выдающихся фотографов. Во главе лейбла, созданного внутри конгломерата ABC-Paramount, встал продюсер Крид Тейлор, который уже был известен успешной работой на фирму грамзаписи Bethlehem в 1950-е. На «Атлантик» к Колтрейну относились хорошо, но за «Импульс!» стояли куда более солидные деньги концерна «Парамаунт» и радиотелекорпорации ABC.

Для Колтрейна это означало не только увеличение гонораров: больше Колтрейна теперь получал только Майлз Дэйвис, Это означало также возвращение в лучшую для записи джаза студию аудиоинженера Руди Ван Гелдера, которая к этому времени переехала из Хакенсэка в другой городок сразу за рекой Гудзон, напротив Нью-Йорка — Инглвуд-Клиффс, штат Нью-Джерси. А это было очень важно: ведь Аtlantic использовал свою собственную небольшую студию, а там звук получался несколько более бедным.

Интерьер студии Руди Ван Гелдера в Инглвуд-Клиффс практически не менялся с 1959 г. , только в 1990-е часть объёма была отделена под кабинки для барабанов и вокала (на фото  конца 2000-х гг. они видны вдоль левой стены). С открытия студии 29 июля 1959 до её закрытия 28 февраля 2011 здесь было проведено около 1300 сессий звукозаписи.
Интерьер студии Руди Ван Гелдера в Инглвуд-Клиффс практически не менялся с 1959 г. , только в 1990-е часть объёма была отделена под кабинки для барабанов и вокала (на фото конца 2000-х гг. они видны вдоль левой стены). С открытия студии 29 июля 1959 до её закрытия 28 февраля 2011 здесь было проведено около 1300 сессий звукозаписи.

В клубных выступлениях с ансамблем, расширенным до квинтета включением авангардного саксофониста Эрика Долфи, Джон в долгие недели постоянной работы в клубе Village Vanguard начал экспериментировать с модальным (или ладовым) принципом импровизации, где солист обыгрывает не ноты аккордов, а некую гамму или лад — статичную последовательность звуков, что позволяет сконцентрироваться вместо аккордов на мелодическом развитии. 15-20 минут стали обычной продолжительностью одной музыкальной пьесы у Колтрейна. Некоторых слушателей эти поиски Колтрейна притягивали, как магнитом; другие ужасались и искренне не понимали происходящего. Но первый альбом Джона для Impulse! — восьмой авторский альбом в его дискографии — оказался убедительным художественным манифестом новой импровизационной манеры.

Колтрейн привёл в студию целый биг-бэнд расширенного состава, оркестровки для которого написали Долфи и пианист Маккой Тайнер. В аранжировках, кроме основного состава ансамбля Колтрейна, звучала только оркестровая медь (по-английски медные инструменты называются латунными, brass, что, в общем, ближе к истине, чем традиционный русский термин; отсюда вторая часть названия альбома). Заглавный трек содержал 16 минут захватывающих импровизаций в условно-африканских ритмических моделях (отсюда первое слово в названии) на единственном аккорде — ми мажор. Будущая звезда симфонического минимализма, композитор Стив Райх, говорил, что именно эта пьеса определила его собственное музыкальное развитие.

Запись была сделана в два приёма. В первую сессию, 23 мая 1961, Колтрейн записал версию старинной (XVI в.) английской баллады «Зелёные рукава», аранжировку для которой сделал пианист Маккой Тайнер. В этой записи, помимо квартета Колтрейна (он сам на сопрано-саксофоне, плюс Тайнер, басист Реджи Уоркман и барабанщик Элвин Джонс) участвовали трубачи, исполнители на редком в джазе медном духовом инструменте эуфониум, на валторнах и т.д.: никто из них не играл соло, все они играли только аккордовую фактуру, выписанную Тайнером. Кстати, среди них на флейте пикколо был и ветеран джазовой сцены Нью-Йорка времён Луи Армстронга и начала работы оркестра Дюка Эллингтона, 59-летний Гарвин Бушелл. Впрочем, присутствие этой легендарной фигуры из 1920-х имеет только символическое значение: расслышать его игру здесь крайне сложно.

Вторая сессия состоялась 7 июня. На оригинальную версию пластинки с неё попали два трека — заглавный, занимающий всю первую сторону диска, и финальный «Блюз-минор». В этой сессии, кроме Колтрейна на теноре и сопрано, Тайнера и Элвина Джонса, на контрабасе играл Арт Дэйвис, пятый участник квинтета Колтрейна — Эрик Долфи — на флейте, бас-кларнете и альт-саксофоне, и ещё целый ряд музыкантов исполняли партии тубы, эуфониума, валторны, баритон-саксофона и трубы.

СЛУШАЕМ весь альбом: The John Coltrane Quartet «Africa/Brass» (Impulse! A-6, запись 23 мая и 7 июня 1961)

Ранее в цикле:

4. «Мои любимые вещи», 1961 | 3. «Гигантские шаги», 1959 | 2. Единственный альбом на Blue Note | 1. Дебютный альбом 1957 года

Цикл создан редакцией журнала «Джаз.Ру» совместно с Музеем современного искусства «Гараж». Первоначально краткие тексты о десяти альбомах великого джазового саксофониста Джона Колтрейна были подписями к экспонатам на выставке, которая проходила в МСИ «Гараж» в сентябре 2016: и была приурочена к его 90-летнему юбилею. В том же году на основе этих текстов была создана серия подкастов «Колтрейниана». К 94-летию со дня рождения Джона Колтрейна мы выпускаем эту серию в виде текстов с расширенными музыкальными иллюстрациями.

Понравилось? Ставьте лайк (значок с большим пальцем вверх) и подписывайтесь на канал, чтобы увидеть новые публикации!