Человек, падающий со стены

11 September 2019

Читатели и авторы нашего сайта делятся воспоминаниями и историями об 11 сентября 2001 года

Трагедия в прямом эфире

11 сентября 2001 года у меня был безумно сложный день.

Мы проводили видеоконференцию (сегодня это назвали бы вебинаром) с американцами.

С утра у меня были уроки в школе, но в школе интернет был никакой, и уж тем более не было веб-камеры. Поэтому после седьмого урока я стремглав бросился домой.

Ворвавшись в квартиру (пробки были уже тогда, и троллейбус подвез меня к дому через минут десять после начала), я судорожно стал подключать модем. Кто из старой гвардии забудет эти сладостные звуки, когда в ответ на пощелкивания моего модема такой же, установленный у провайдера, отвечает попискиванием, сообщающим, что связь установлена?)

В тот день связь устанавливалась отвратительно плохо, техника чувствовала, что я смертельно опаздываю, и мое отсутствие непременно будет замечено - «русские» в видеоконференциях тогда были в диковинку, а для нашего проекта эта конференция почему-то была очень важна.

Когда мой модем все же установил соединение, а в углу экрана показалась маленькая картинка офиса наших американских партнеров, я уже очень плохо соображал, что к чему и думал лишь о том, как бы сделать вид человека, который все время был тут, и только на секунду отвлекся. Волновался я так, что долго не мог понять ни слова из их английской речи. Потому что вместо того, чтобы говорить привычные вещи об образовании, проектах и виртуальностях, звучали слова «взрыв», «башни», «самолет», «Нью-Йорк». И уж совсем какой-то фантасмагорией было то, что на большом экране вместо колонок цифр отчетов и привычных буллетов PowerPoint мелькали фотографии падающих людей.

Что это? С какой стати все эти люди (а тогда в проекте с нами участвовали уругвайцы и израильтяне, венгры и венесуэльцы) вдруг обсуждают падение каких-то людей с небоскреба?

И только постепенно по интонации, по отдельным словам, которые стали доходить до моего мозга, я понял, что случилось что-то страшное. Компьютеры были еще слишком маломощные, чтобы в другом окне погуглить и выяснить, что именно. Включил на кухне радио. Там - ни слова.

Стал вслушиваться в то, что отрывочно сообщали в режиме вебинара американцы, которые одновременно наблюдали трагедию в прямом эфире.

Так в мою жизнь ворвалась новая реальность - виртуальность, не имеющая границ, соединяющая людей разных языков и цветов кожи и - страшная трагедия. Тоже объединяющая.

С тех пор вот эта фотография падающего со стены человека сопровождает меня всякий раз, когда я вижу привычный интерфейс вебинарной программы.

И так хочется, чтобы она больше не появилась...

Анатолий Шперх

Лечь на землю и прикрыть собой младенца

Это было время, когда я работала мамой на полную ставку. У меня было трое крошечных погодок. Младший, Моше-Хаим, был еще чудным кудрявым грудничком. Хорошее время. Я по нему скучаю. Но в эту пору ты на 100% не принадлежишь себе. Времени читать книги или общаться с подругами нет. Просто нет. Ты кормишь, поишь, моешь, одеваешь, переодеваешь и организовываешь досуг детям. Поэтому единственным окном в мир был телевизор. И я его иногда смотрела. Например, во время кормления младенца.

Я помню этот полдень. Все было как обычно. Мы с Мойшей приземлились в кресло напротив телевизора. Я щелкнула пультом. «О, отличненько. Апокалиптичная фантастика»,- подумала я, как только увидела падающие башни. - А сделано-то как правдоподобно, в форме репортажа CNN!»

Минуты через две сомнение стало грызть меня. Сюжет не развивался, и это все меньше и меньше было похоже на хорошее кино. Я переключила канал. Еще один... и еще...

Даже для жительницы Самарии, знакомой с террором не из кино, это был шок. Я не знаю, правда ли я видела людей, прыгающих с 56-го этажа, но они ведь там были. Я смотрела на экран - и хотелось одного: лечь на землю и прикрыть собой младенца.

Белла Слуцкин

«Я смешивала тесто и продолжала печь»

Этот день изменил меня, мой мир и восприятие действительности. Я была в Афинах, мне звонят и говорят: включай телевизор. В первую башню уже врезался самолет, я смотрю, вот и во вторую... Паника. Моя, в телевизоре, нескончаемые звонки друзей и знакомых. Ощущение, доходящее до уверенности, что началась третья мировая война. Ждем, что самолеты начнут падать по всему миру, нет больше безопасности. Телевизор работал, а я начала печь. Противень за противнем: печенье, кексы, кексики, пироги... Я мыла противни, смешивала тесто и продолжала печь. Никому не нужная выпечка в огромных количествах.

Наш друг, немец, работал в одной из башен в Deutsche bank. Он выжил, потому что опоздал на работу, он подошел к зданию, и оно начало падать. После провел восемь месяцев в сумасшедшем доме и никогда до конца не оправился. Остальные знакомые в Нью-Йорке были в безопасности.

После мой мир поделился на две части: на тех кто понимает, как это ужасно, трагично и преступно и на тех кто говорил: «так им и надо». Для моего поколения мир изменился в тот день, это как «до» и «после». Проснулся одним человеком, заснул другим. Другие мысли, другие приоритеты. Есть не только я, есть «мы». И наше «мы» должно быть хорошим, добрым и бороться с терроризмом во всех его проявлениях.

Элли Тома

Еврейская мама и близнецы

У маминой университетской подруги одесситки, Алки Крейцеровой (ну, так ее мама всегда называла) были близнецы – мальчик и девочка. Они уехали в Бостон в начале 89-го. Девочка Люба – бойкая, видная, второй раз удачно замужем и мальчик Женя – программист, застенчивый холостяк, совсем не похожий на одессита. Женя на каком-то витке нашел работу в World Trade Center – близнецы по-нашему. Чуда не случилось – в тот день он на работу не опоздал и тетю в аэропорту не встречал, а пришел в контору и работал как обычно. Потом ЭТО произошло. Первый самолет врезался в соседнюю башню. А потом и в их, но выше его офиса. Все побежали вниз пешком – лифты не работали. Ну и он, конечно, тоже пошел. На лестнице несколькими этажами ниже образовалась жуткая пробка, и он решил, что нужно зайти в какой-нибудь офис и позвонить маме. Хороший сын. Хороший еврейский мальчик сорока восьми лет. Ну, в общем, зашел в какую-то пустую контору – все ведь убежали кто в чем был, и стал звонить маме в Бостон. А тут как раз полиция обходит помещения. А он звонит. В Бостон, откуда, кстати, вылетел один из самолетов. Документов при нем нет. Сам он смуглый одессит семитской наружности, и по-английски говорит с жутким акцентом. И в Бостон телефонирует. Полицейский, двухметровый негр, слушать про маму не стал, а надел на него наручники и потащил вниз. Очень грубо. Толпа на лестнице расступилась – террориста ведут. Короче, вытащил он его на улицу, и тут здание стало рушиться. Так этот детина затолкал тихого Женю под огромный джип и они не пострадали, хотя джипу сильно досталось. Двое суток продержали в кутузке, пока не разобрались. Хотя тут, скорее, сестра-близнец Люба помогла – они с мамой его искали.

А вы говорите, кино...

Михаил Цойреф

«Ты мне что-то не нравишься»

Моя близкая подруга жила в Сиэтле. Когда я услышала о теракте, первой мыслью было эгоистичное: «Хорошо, что она на другом побережье!». А через пару дней оказалось, что она была на том самом побережье - на каникулах с мамой в Нью-Йорке. И они решили с утра пойти и посмотреть на Башни-близнецы. Но перед выходом ее мама вдруг сказала: «Ты мне что-то не нравишься, останемся дома». У подруги оказалась ветрянка. В 24 года. А через пару часов произошел теракт.

Ида Недоборова

Подружка рассказала... Я не помню точно, в какой это было синагоге. Но в ней молились перед работой служащие, работающие в башнях... В то утро по неизвестной причине молитва затянулась. Многие были недовольны хазаном (тот, кто ведет общественную молитву - ред.) и торопили его, так как опаздывали на работу...Через некоторое время они пришли благодарить его.

И еще брат рассказал...У него друг живет в Америке. Каждое утро по дорогу на работу он проезжал мимо башен. И всякий раз его дочка спокойно собиралась в садик, но в то утро она начала капризничать и тянуть время. В итоге они выехали позже.

Ларита Фридман

Истории о чуде

От редакции. Масштабная катастрофа нередко порождает не только страшные воспоминания, но и рассказы о чудесном спасении. Одни основаны на истинных событиях, другие, скорее, можно рассматривать как часть фольклора. Как бы то ни было, такие рассказы - истинные или вымышленные, реалистичные или поучительные - помогают нам справиться с травматическими переживаниями и вселяют веру в лучшее. Приводим некоторые из таких историй с «еврейским» контекстом.

«Вот уж благословила так благословила»

Я слышал такую историю. Пожилая женщина из Боро Парк потеряла сумку где-то в Манхеттене. Через несколько дней она услышала стук в дверь. Посмотрела в глазок и увидела крупного афроамериканца. Он сказал, что обнаружил ее сумку, из находившихся в ней документов узнал адрес, и вот он здесь, чтоб вернуть хозяйке потерянное. Увидев, что он прилично одет, костюм, галстук, пожилая женщина открыла ему дверь. И тот возвращает ей сумку. Она восторженно благодарит и вытаскивает из кошелька несколько купюр. Но человек отвечает, что он довольно состоятелен и у него своя фирма в Башнях-близнецах. И деньги ему не нужны. Женщина спрашивает, как же она может его отблагодарить. Он ей говорит: «Вы же еврейка? А я слышал, что благословение еврея имеет большую силу, благословите меня, пожалуйста». Ну, естественно, женщина осыпала его благословениями и пожеланиями здоровья, счастья.

Вечером, придя домой, он почувствовал недуг. У него началась лихорадка, высокая температура, рвота, расстройство желудка... Он подумал: «Вот какие они, евреи! Уж благословила так благословила!» Утром, обессиленный после тяжелой ночи, он не смог поехать на работу, присел на диван, включил телевизор... Болезнь как рукой сняло. Когда упала вторая башня, он сел в машину и опять отправился в Боро Парк к этой женщине. Поблагодарить за благословение и спасение.

Елхонон Власкин

Прогноз чудес на завтра

Эта история произошла давным-давно. Совершенно потрясающая, на мой взгляд, история, но вы судите сами.

Один мужик в канун летнего сезона задумался о летнем досуге своего малолетнего сына. Невесть откуда взявшиеся любавические хасиды невероятным образом уговорили мужика отдать ребенка в еврейский летний лагерь. Там, дескать, и то и се, и экскурсии-поездки, развлеченья-карусели - в общем, сплошной кошерный fun. И, главное, физкультурой с ними занимается аж бывший чемпион Ханты-Мансийска по подледному лову. «А молиться, не дай Б-г, он там будет?! - подозрительно спросил мужик. - Ну, может быть, иногда... чуть-чуть», - смущенно не соврали хасиды и искренностью своей подкупили и убедили мужика.

Долго ли коротко ли, пролетело пол-лета, и надо же было такому случиться: ребенок, играя в футбол, сломал себе ногу.

«Бандиты! Убийцы в черных лапсердаках!» - бушевал мужик. - Обещали fun ребенку, а он теперь на иврите бегло читает! Молиться заставляли! Пять минут каждый день! Ногу сломали!»

В нашей великой стране (автор живет в США - ред.) любой несчастный случай является несчастным, прежде всего, для владельца территории, на которой он случился. Так что, можете не сомневаться, мужик немедленно подал в суд на еврейский лагерь. Но это так, к слову...

Без особого понижения температуры лето сменилось ранней осенью. Гипс на ноге ребенка понемногу покрывался смешными рисунками (так здесь принято, это в СССР гипс был священен) и веселыми, но приличными надписями друзей и родственников. Вскоре на нем совсем не осталось места, и пришла пора его снимать. Визит к врачу выпал на раннее утро солнечного вторника, и, пока ребенка освобождали от гипса, отпросившийся с работы мужик сидел в холле и смотрел телевизор. Ему было что посмотреть...

Когда отец с сыном садились в машину, ребенок думал о том, что он скоро снова будет бегать, а чуть поседевший мужик думал о том, что он будет жить... Вторник тот пришелся на одиннадцатое сентября, а работал мужик в одном из «близнецов» чуть выше семидесятого этажа...

Ну что тут еще говорить... Мужик потом всем об этом рассказывал как о явном чуде и, всякий раз проходя мимо синагоги, благодарил Б-га за чудесное спасение.

Р-н Эли Коган, с разрешения автора перепечатано (с сокращениями) с Хабад.орг

«Разведи-ка нас, рав»

Песня р. Меира Левина о последнем звонке раввина Шими Бигалайзера, погибшего 11 сентября 2001 года. Он звонил своей жене, чтобы дать ей возможность выйти замуж повторно по еврейскому закону...

Историю этой песни можно прочитать тут

Благодарим Анну Элькинд, приславшую нам эту песню.

Хотите поделиться своей историей? Напишите ее в комментариях к этой статье

Историю этой песни можно прочитать тут

Благодарим Анну Элькинд, приславшую нам эту песню.

Хотите поделиться своей историей? Напишите ее в комментариях к этой статье