22 675 subscribers

Дуэль в XVI веке

13k full reads
Дуэль в XVI веке

Большинство людей воспринимают дуэли на редкость романтично, и этому вряд ли стоит удивляться. В кино поединки изображаются красиво, в художественной литературе, как правило, тоже. Люди взахлеб рассказывают о временах, когда ценились доблесть и честь, когда благородные дворяне бросали в лицо негодяям перчатки, и когда благородный герой обязательно побеждал в бою.

Прекрасное время, не правда ли?

Проблема в том, что вся эта красота существует только на экране и на страницах книг. Реальная жизнь была очень далека от идеала.

Начнем с того, что в XVI веке никто не бросал перчатки, вызывая на дуэль.

Почему?

Да по самой простой причине. Первоначально брошенная перчатка означала вызов на судебный поединок, который проходил по определенным правилам в присутствии судей, поручителей и зрителей. Дворяне XVI века прекрасно понимали, что, в отличие от судебного поединка, их дуэли не имеют ни малейшего отношения к Божьему суду и преследуют только одну цель — уничтожение врага. А вмешивать Господа в убийство было не слишком красиво и откровенно неблагоразумно.

Дуэль почти ничем не отличалась от войны (просто в ней было меньше участников), так что для победы дозволено было все.

Добить обезоруженного? Да пожалуйста. Убить упавшего или раненного? Легко! Искалечить побежденного? Очень разумно!

До куртуазного поведения на дуэли, которое так восхищает зрителя и читателя, было еще полтора столетия. Да и позже находилось достаточно людей, которые не стеснялись превращать дуэль в обычное убийство.

Дуэль в XVI веке

И уж тем более не стеснялись убивать в XVI веке. При этом основанием для пощады противника мог быть разве что страх мести со стороны родных побежденного, а вовсе не великодушие. Юный возраст участника тоже не был основанием для снисхождения. Если дворянин опоясался шпагой — он считался взрослым со всеми вытекающими из этого последствиями.

Конечно, за одной дуэлью часто следовали другие, а еще чаще месть родных убитого выражалась в организации убийства победителя. Поэтому осторожные люди советовали излишне не бахвалиться победами, не устраивать торжественных процессий и тем более не приносить оружие в церковь. Самым же разумным способом обезопасить себя от мести признавалась возможность сохранить врагу жизнь, но при этом искалечить его, чтобы полностью исключить дальнейшие столкновения. К примеру, можно было отсечь поверженному врагу кисть руки. Правда, некоторые дворяне способны были взять шпагу и в левую руку, так что рубить стоило обе кисти, либо лишить врага еще и ступни. И обязательно, просто обязательно забрать у побежденного оружие, чтобы он не мог ударить в спину, когда победитель будет покидать место поединка.

Уже по этим рекомендациям можно понять, до чего же достойными были эти благородные люди и как мало шансов было дождаться от них великодушия.

"И что же, — спросите вы, — неужели дворяне той эпохи были сплошными убийцами, не способными на благородный поступок?!"

Нет. Были люди, для которых слова "великодушие" и "милосердие" не были пустыми словами. Проблема заключалась в том, как к ним относились.

Позволил упавшему противнику подняться? Идиот!

Дал ему сменить сломанную шпагу? Дважды глупец!

Не добил раненного?! Да он просто сумасшедший!

А бывали случаи, когда великодушие приводило к трагическим последствиям.

Маршал де Сент-Андре
Маршал де Сент-Андре

В 1559 году во время придворной охоты в лесу Фонтенбло Ашон де Мурон, юный племянник маршала де Сент-Андре, затеял ссору с капитаном Матасом и не нашел ничего лучшего, как вызвать того на дуэль.

Капитан, прошедший через множество сражений Итальянских войн, пожалел мальчишку. Он не стал убивать, не стал калечить юнца — он просто выбил у него из рук шпагу, а потом в нескольких словах разъяснил правила поведения в приличном обществе и заметил, что не стоит нападать на опытных людей, едва умея обращаться с оружием. Капитан даже не стал забирать у побежденного шпагу — ведь мальчика потом засмеют!

Матас полагал конфликт исчерпанным, вот только когда он повернулся к противнику спиной и стал садить в седло, юный де Мурон нанес ему удар в спину. Удар оказался смертельным.

Никакого наказания убийца не понес, дело замяли. Зато придворные дружно осудили... нет, не Мурона, а его жертву. Ну, что за дурость нашла на капитана, что он пощадил вздорного юнца?! Сам виноват в своей смерти.

Это мнение было общим, разделял его и герцог Франсуа де Гиз (отец Генриха де Гиза), считавшийся образцом благородства. Что делать, но понятие чести и благородства в XVI веке не имело ничего общего с современным.

Дуэль в XVI веке

При этом многие дворяне искренне не понимали, почему короли осуждают дуэли, ведь в стычках на улицах погибших было намного больше.

© Юлия Р. Белова

Путеводитель по каналу. Часть 1

Путеводитель по каналу. Часть 2

Путеводитель по каналу. Часть 3

Я на Автор.Тудей Регистрируйтесь, читайте, не забывайте ставить лайки