Овцы и быки в одной шкуре, или не стреляйте в белых лебедей!

Пре­ам­бу­ла

Всем из­ве­ст­но, что ве­ли­кий охот­ник всех вре­мен и на­ро­дов Ба­рон Мюнх­га­у­зен, в сво­бод­ное от "ядер­ных" по­ле­тов вре­мя лю­бил по­ст­ре­лять со ску­ки ди­ких уто­чек. Пря­мо че­рез ды­мо­ход сво­е­го ка­ми­на. Вид­но очень не хва­та­ло ему в до­ме для пол­но­го сча­с­тья пе­ния чу­дес­ной пти­цы пав­ли­на-мав­ли­на. Вот и при­хо­ди­лось от­ду­вать­ся за это ни в чем не по­вин­ным кряк­вам, а по­том и по­ст­ра­дать до­б­ро­душ­но­му чре­во­угод­ни­ку джи­ну, у ко­то­ро­го на­стыр­ный ба­рон все-та­ки рэ­кет­нул это­го су­пер­хво­ста­то­го ин­дю­ка.
Но, как го­во­рит­ся, не дол­го му­зы­ка иг­ра­ла, не дол­го фра­ер тан­це­вал, ведь был сча­ст­лив по­жи­лой лю­би­тель вы­та­с­ки­вать се­бя лю­би­мо­го за во­ло­сы из бо­лот­ной жи­жи ров­но две се­кун­ды. Столь­ко вре­ме­ни по­тре­бо­ва­лось ему, что­бы по­нять, что под яр­ки­ми пе­рь­я­ми кры­ла­то­го Ка­ру­зо скры­ва­ет­ся од­но сплош­ное мерз­кое кар­ка­нье.


А те­перь, как во­дит­ся, ам­бу­ла.

Во­об­ще-то, уже в но­я­б­ре здесь ни­че­го нет. Толь­ко снег до го­ри­зон­та и лю­тый хо­лод до ко­с­тей. Да­же "звез­да по име­ни Солн­це" по­зор­но сбе­жа­ла из этих ши­рот до фе­в­ра­ля, и днем те­перь дол­гих три ме­ся­ца бу­дут счи­тать­ся ку­цые трех­ча­со­вые су­мер­ки. Но за­то, "хиц аби­тат фе­ли­ци­тас"! По­правь­те мою дрях­лую па­мять, ес­ли по-ла­ты­ни не так зву­чит фра­за "здесь жи­вет сча­с­тье"! По край­ней ме­ре, охот­ни­чье. Вот по­че­му два го­да я все­ми си­ла­ми и свя­зя­ми пы­тал­ся по­лу­чить в сто­ли­це Тай­мы­ра Ду­дин­ке ли­цен­зию на от­ст­рел му­с­кус­но­го бы­ка, жи­вот­но­го, ко­то­рое ког­да-то бро­ди­ло по этим бес­край­ним снеж­ным про­сто­рам вме­с­те с ма­мон­та­ми, но так­же как ма­мон­ты и вы­мер­ло. Но, к сча­с­тью, не вез­де.
В сен­тя­б­ре 1974 го­да пер­вые пе­ре­се­лен­цы (6 са­мок и 4 сам­ца) бы­ли до­став­ле­ны авиа­ци­ей с се­ве­ра Ка­на­ды (ос­т­ров Бенк­са - 75 гра­ду­сов с.ш.) в аэ­ро­порт Ха­тан­га, а за­тем вы­пу­ще­ны в рай­о­не ус­тья ре­ки Би­ка­ды на той же ши­ро­те. В ап­ре­ле 1975 го­да на Тай­мыр бы­ло до­став­ле­но 20 аме­ри­кан­ских ов­це­бы­ков, а еще 20 от­прав­ле­ны на ос­т­ров Вран­ге­ля. Сей­час чис­лен­ность ов­це­бы­ков на Тай­мы­ре оце­ни­ва­ет­ся спе­ци­а­ли­с­та­ми в пре­де­лах трех ты­сяч осо­бей, и еже­год­но вы­да­ет­ся не бо­лее де­ся­ти ли­цен­зий на их от­ст­рел. (Справ­ка: в Ка­на­де, толь­ко на ос­т­ро­ве Бенк­са оби­та­ет 26.000 му­с­кус­ных бы­ков) Черт возь­ми, как же при­ят­но со­зна­вать, имея в кар­ма­не эту ли­цен­зию (к сло­ву ска­зать, сто­ит она 1000 рос­сий­ских руб­лей) что еще ка­ких-то два ча­са вер­то­лет­но­го по­ле­та и я уви­жу этих ре­лик­то­вых жи­вот­ных!
Вы­лет на­шей "вер­туш­ки", под ко­ман­до­ва­ни­ем опыт­ней­ше­го по­ляр­но­го пи­ло­та и удач­ли­во­го ры­ба­ка-охот­ни­ка-пред­при­ни­ма­те­ля Юрия Жда­но­ва зна­чил­ся на 9.00, но в ре­зуль­та­те под­ко­вер­ных ин­триг, ру­ко­вод­ст­во Ха­танг­ско­го авиа­пред­при­я­тия сме­ни­ло нам эки­паж и вы­ста­ви­ло ряд та­ких ус­ло­вий, при вы­пол­не­нии ко­то­рых по­лет пре­вра­щал­ся про­сто в по­зна­ва­тель­ную об­зор­ную экс­кур­сию по Тай­мы­ру.


При­шлось вос­поль­зо­вать­ся "по­зво­ноч­ным пра­вом", что­бы вы­ле­теть хо­тя бы в 10.30. Че­рез пол­то­ра ча­са по­сле взле­та "вось­мер­ка" до­ле­те­ла до озе­ра Тай­мыр и на­ча­ла бар­ра­жи­ро­вать по его се­вер­но­му по­бе­ре­жью в по­ис­ках ов­це­бы­ков. В пер­вом же рас­пад­ке бы­ло за­ме­че­но два не­боль­ших ста­да. Из ил­лю­ми­на­то­ра уви­ден­ное на­пом­ни­ло те­щин сер­виз из чер­но­го ки­тай­ско­го фар­фо­ра, ко­то­рый она за­бот­ли­во рас­ста­ви­ла на бе­ло­снеж­ной кру­жев­ной ска­тер­ти. Ког­да ко­ле­са вер­то­ле­та кос­ну­лись твер­до­го, слов­но бе­тон сне­га в ки­ло­ме­т­ре от бли­жай­ше­го ста­да, эки­паж за­тя­нул вот та­кую пес­ню: "Све­то­вой-день-за­кан­чи­ва­ет­ся-Топ­ли­во-за­кан­чи­ва­ет­ся-Вре­ме­ни-сов­сем-нет-Че­рез-двад­цать-ми­нут-взле­та­ем-Вре­мя-по­ш­ло".
Ну и что бы­ло де­лать? При­шлось де­сан­ти­ро­вать­ся из "вер­туш­ки" поч­ти, в чем ма­ма ро­ди­ла, а ведь за бор­том - 340С с ве­тер­ком. Да­же на "За­у­эр 202" не ус­пел по­ста­вить оп­ти­че­с­кий при­цел.
Хо­ро­шо хоть вер­ный дру­жи­ще Ирик по­ло­жил к се­бе в кар­ман еще один за­ря­жен­ный ма­га­зин, да за­бот­ли­во су­нул мне за ре­мень па­ру шер­стя­ных пер­ча­ток. Вот так и вы­шли мы вдво­ем из снеж­ной кру­го­вер­ти, под­ня­той вин­то­вой ка­ру­се­лью, точ­но бы­лин­ные ге­рои с од­ним ка­ра­би­ном и де­ся­тью па­тро­на­ми про­тив двух стад злоб­ных ро­га­тых му­с­кус­ных бы­ков. Че­рез три­с­та ме­т­ров бе­зум­но­го бе­га у ме­ня от мо­ро­за ка­ш­лем взо­рва­лись лег­кие, скле­и­лись рес­ни­цы, был об­мо­ро­жен нос и на­прочь про­пал пульс.
При­шлось ос­та­но­вить­ся и по­ста­рать­ся прий­ти в се­бя. Еще че­рез че­ты­ре­с­та ме­т­ров, ког­да жиз­ни в на­ших око­че­нев­ших те­лах ос­та­лось ров­но на два вздо­ха, а до ше­с­ти ов­це­бы­ков еще бо­лее трех­сот ме­т­ров, сча­с­тье вдруг ни с то­го ни с се­го, бро­си­лось га­ло­пом прочь от нас. Все ра­зом. Да так по­теш­но! Оно бы­ло по­кры­то длин­ной шер­стью, нож­ки у не­го бы­ли ко­рот­кие и тол­стые, а ка­мус имел сов­сем свет­лую ок­ра­с­ку. Со сто­ро­ны ка­за­лось, что по щу­чь­е­му ве­ле­нию по воз­ду­ху ле­тят к Еме­ле на ка­с­тинг мох­на­тые са­мо­ход­ные ми­к­ро­вол­но­вые печ­ки "Сам­сунг". Стре­лять по ним, на­хо­дясь в та­ком со­сто­я­нии, я не ре­шил­ся.


От­ды­шав­шись, все вни­ма­ние со­сре­до­то­чи­ли на вто­ром ста­де. Бы­ло до них ме­т­ров 500. Но как толь­ко мы по­до­шли к не­му на 350 ме­т­ров, и это ста­до за­вол­но­ва­лось, а од­но из пят­над­ца­ти жи­вот­ных рез­во по­ко­пы­ти­ло вверх по скло­ну. При­ни­мая его за во­жа­ка и опа­са­ясь, что за ним по­сле­ду­ет все ста­до, а я ос­та­нусь толь­ко с об­мо­ро­жен­ным но­сом, на­чи­наю стре­лять. Хо-хо! На та­кой дис­тан­ции, без оп­ти­ки и стре­ляя по­сле бе­га, стоя с рук, да еще по бе­гу­ще­му зве­рю, да вдо­ба­вок, еще и "за­гон­ным" ка­ли­б­ром 9,3х62!
На­до ли го­во­рить, что за­го­ло­сил я мо­ло­дым ба­бу­и­ном, уви­дев, что мой пя­тый вы­ст­рел его все-та­ки до­стал! Сна­ча­ла это ста­ло по­нят­но по зву­ку (Ну, вы ведь по­ни­ма­е­те, о чем я го­во­рю? Звук, ког­да пу­ля про­сто вяз­нет в пу­с­той бес­ко­неч­но­с­ти, или, слов­но от оби­ды, со злым хру­с­том рвет веч­ную мерз­ло­ту, это од­но, а звук от пу­ли, ра­бо­та­ю­щей по жи­вой пло­ти, это сов­сем дру­гое!), по­том жи­вот­ное ос­та­но­ви­лось, за­тем рух­ну­ло в снег, и ска­ти­лось к под­но­жью хол­ма, пря­мо под но­ги сво­их мох­на­тых со­бра­ть­ев. Ста­до пре­кра­ти­ло свой бег и взя­ло по­гиб­ше­го то­ва­ри­ща в свое зна­ме­ни­тое ка­ре.
Ирик взял у ме­ня ка­ра­бин и на­чал вы­це­ли­вать се­рое пят­но в цен­т­ре ста­да. Это был ста­рый се­дой са­мец. Три пу­ли по­сле его вы­ст­ре­лов, до­б­рав­шись сквозь фир­но­вый снег до мерз­лой зем­ли, ос­та­ви­ли хо­ро­шо за­мет­ный чер­ный фон­тан на снеж­ном скло­не зна­чи­тель­но вы­ше ста­да. По­сле мо­ей кор­рек­ти­ров­ки и чет­вер­то­го вы­ст­ре­ла до нас до­нес­ся ха­рак­тер­ный звук по­па­да­ния, но на та­ком рас­сто­я­нии не мог оп­ре­де­лить, ку­да же по­па­ла пу­ля мо­е­го дру­га. В ма­га­зи­не ос­тал­ся один па­трон, а ов­це­бы­ки ни­ку­да и не ду­ма­ли убе­гать, толь­ко их обо­ро­ни­тель­ное коль­цо ста­ло еще плот­нее. Мы ре­ши­ли по­дой­ти по­бли­же и при не­об­хо­ди­мо­с­ти на­вер­ня­ка до­брать под­ран­ка.
Прой­дя ме­т­ров сто, ус­лы­ша­ли на­ра­с­та­ю­щий шум вин­тов за сво­ей спи­ной. "Вер­туш­ка" низ­ко про­ле­та­ет над на­ши­ми го­ло­ва­ми, чуть не сва­лив нас с ног, не­ук­лю­же плю­ха­ет­ся не бо­лее чем в се­ми­де­ся­ти ме­т­рах от обо­ро­ни­тель­но­го коль­ца ов­це­бы­ков, и за­ти­ха­ет.
Да­же по­сле это­го ро­га­тое ка­ре ос­та­лось на ме­с­те. Из вер­то­ле­та вы­шли лю­ди и раз­да­лись тяв­ка­ю­щие зву­ки СКС-а, но и тог­да жи­вот­ные так и не от­сту­пи­ли. Они мол­ча сто­я­ли, уг­ро­жа­ю­ще при­гнув свои ро­га к са­мой зем­ле, до кон­ца за­щи­щая са­мок, те­лят и бес­по­мощ­ных то­ва­ри­щей. Толь­ко ког­да вновь с ре­вом за­ра­бо­та­ли движ­ки "вось­мер­ки", и ло­па­с­ти под­ня­ли снеж­ные ви­х­ри, ста­до от­сту­пи­ло так­же куч­но, как и сто­я­ло, ос­та­вив на сне­гу трех мох­на­тых ис­по­ли­нов. Один из них был еще жив. У бы­ка бы­ли пе­ре­би­ты в рай­о­не го­ле­ни обе зад­ние но­ги. Су­дя по ра­не, это бы­ла ра­бо­та нор­мов­ской 18,5 грам­мо­вой пу­ли ка­ли­б­ра 9,3х62, и зна­чит вот он, под­ра­нок Ири­ка.
Бык сов­сем не мог дви­гать­ся, он толь­ко мол­ча вер­тел сво­ей ог­ром­ной ко­с­ма­той го­ло­вой, ис­под­ло­бья раз­гля­ды­вая дву­но­гих обид­чи­ков. Ири­ку по­тре­бо­ва­лось еще два вы­ст­ре­ла из СКСа с пя­ти ме­т­ров, что­бы вы­ра­зи­тель­ные бы­чьи гла­за, в ко­то­рых бы­ла вид­на толь­ко не­стер­пи­мая боль и не­до­уме­ние, пе­ре­ста­ли вы­зы­вать у нас чув­ст­ва смя­те­ния и сты­да. К сча­с­тью, мой бык ле­жал чуть в сто­ро­не от этих трех, и, сла­ва Бо­гу, мне не при­шлось его до­би­вать. Пу­ля по­па­ла в шею, и он был мертв. Это ока­зал­ся во­все не во­жак, а мо­ло­дой бык с не­боль­шим еще лоб­ным ко­с­тя­ным "щи­том", но уже с весь­ма вну­ши­тель­ны­ми ро­га­ми. Ну, как го­во­рить­ся, ке­са­рю ке­са­ре­во, а сле­са­рю...
Вслед за сво­им ста­дом вверх по кру­то­му скло­ну ухо­дил и се­дой во­жак. Бы­ло за­мет­но, что он се­рь­ез­но ра­нен. Жи­вот­ное по­дол­гу сто­я­ло, ог­ля­ды­ва­ясь и от­ды­хая, все боль­ше от­ста­вая от сво­их со­ро­ди­чей. Ког­да бык взо­брал­ся на холм, раз­да­лись вы­ст­ре­лы. Ис­тра­тил по­след­ний па­трон и я. Бык по­шат­нул­ся, но ус­то­ял и про­дол­жил ид­ти, по­ка не скрыл­ся из ви­ду, пе­ре­ва­лив вер­ши­ну хол­ма. Мне еще по­ду­ма­лось: "Вот он, са­мый луч­ший тро­фей­ный бык с ве­ли­ко­леп­ны­ми ро­га­ми. Ни­ку­да не уй­дет. Сей­час за­гру­зим в вер­то­лет этих че­ты­рех, а по­том и его до­бе­рем. На­до толь­ко бу­дет по­про­сить вер­то­лет­чи­ков под­ле­теть по­бли­же, что­бы не та­щить эту ту­шу так да­ле­ко".


На­до ли го­во­рить, что ше­с­те­ро ву­с­мерть из­мо­ча­лен­ных охот­ни­ков, толь­ко что при­та­щив­шие к вер­то­ле­ту че­ты­ре трех­сот­ки­ло­грам­мо­вые бы­чьи ту­ши, и на по­след­нем из­ды­ха­нии за­та­щив­шие их в вер­то­лет, с ра­до­с­тью вос­при­ня­ли ко­ман­ду эки­па­жа на взлет.
Ну, ду­ма­ем, все-та­ки нор­маль­ные му­жи­ки по­па­лись! Ви­дят на­ше по­лу­об­мо­роч­ное со­сто­я­ние, сей­час сде­ла­ют об­лет, по­смо­т­рят свер­ху, что и как, а по­том под­ся­дут к под­ран­ку. Ско­рее все­го, и бе­гать за ним не на­до бу­дет, на­вер­ня­ка он уже лег от тя­же­лых ра­не­ний.
Как в во­ду гля­де­ли. Сде­лав об­лет, мы уви­де­ли в ил­лю­ми­на­то­ры, что "Се­дой" не­по­движ­но ле­жит на хол­ме, а ста­до уш­ло от не­го бо­лее чем на ки­ло­метр.
Ска­зать, что мы бы­ли весь­ма удив­ле­ны, тем, что вер­то­лет стал уда­лять­ся от ов­це­бы­ка, на­би­рая вы­со­ту, зна­чит, ни­че­го не ска­зать. На все на­ши во­пли ти­па: Ку­да? По­че­му? За­чем? Что это вы де­ла­е­те? От эки­па­жа был по­лу­чен та­кой вот кон­крет­ный от­ве­тик: "Топ­ли­ва-ос­та­лось-ма­ло-Све­то­вой-день-за­кон­чил­ся-За­в­т­ра-у-нас-здесь-по­ле­ты-Мы-его-под­бе­рем-и-при­ве­зем-вам-в-луч­шем-ви­де".
Вот уж не ду­мал, что коз­лы уме­ют ле­тать! Да еще в се­вер­ных ши­ро­тах!
Де­лать не­че­го. Си­дим в гро­хо­чу­щем ну­т­ре "вось­мер­ки", от­ме­ча­ем. С по­лем, как ни­как. Че­рез час вы­са­ди­ли нас на ры­бо­ло­вец­кой ба­зе все то­го же Юры Жда­но­ва на мы­се Саб­ле­ра, что на озе­ре Тай­мыр. Ког­да вы­гру­зи­ли уже слег­ка под­мерз­шие ту­ши ов­це­бы­ков "вер­туш­ка" пу­с­тая уш­ла на Ха­тан­гу, а мы при­сту­пи­ли к раз­дел­ке. Уп­ра­ви­лись толь­ко че­рез пол­то­ра ча­са уже в пол­ной тем­но­те, пол­зая на ка­рач­ках во­круг этих "во­ло­са­ти­ков", от­го­няя со­бак и по­сто­ян­но ото­гре­вая ру­ки в теп­лых бы­чь­их по­тро­хах.
Де­гу­с­ти­ро­вать жа­рен­ную ов­це­бы­чью пе­чен­ку и за­пи­вать вод­кой стро­га­ни­ну из Тай­мыр­ско­го ому­ля, за­ку­сы­вая всю эту вкус­ня­ти­ну ма­ло­соль­ным голь­цом, за­кон­чи­ли бли­же к пя­ти ут­ра. По­ва­ром был Бо­рис, ко­ло­рит­ный не­мно­го­слов­ный ка­зах, дав­но по­ме­няв­ший свою да­ле­кую сол­неч­ную ро­ди­ну на мыс Саб­ле­ра. И ес­ли че­ло­век поч­ти все­гда мол­чит, зна­чит ему не скуч­но на­еди­не со сво­и­ми мыс­ля­ми. Да­же ес­ли у те­бя за дол­гую зи­мов­ку про­па­ли в тун­д­ре че­ты­ре на­пар­ни­ка. Бы­ва­ет.
По­том был ко­рот­кий об­мо­рок, ко­то­рый мож­но с тру­дом на­звать сном, ут­рен­ний чай и то­с­к­ли­вое ожи­да­ние че­го-то жут­ко не­при­ят­но­го, ко­то­рое обя­за­тель­но на­сту­пит с при­ле­том "вер­туш­ки".
Как вы уже до­га­да­лись, вер­то­лет при­шел за на­ми пу­с­той. Ко­ман­дир вы­ра­зи­тель­но раз­вел ру­ка­ми и ти­хо про­мям­лил, что не на­шел ов­це­бы­ка да­же не смо­т­ря на на­ли­чие GPS! Ес­ли это так, то по­лу­ча­ет­ся, что ред­кое кра­си­вое тро­фей­ное жи­вот­ное бы­ло уби­то на­прас­но. Но что-то под­ска­зы­ва­ет мне, что еще дол­го по кух­ням "ле­ту­нов" из это­го эки­па­жа бу­дет раз­но­сить­ся за­пах бу­ль­о­на из му­с­кус­но­го бы­ка, драз­ня сво­им спе­ци­фи­че­с­ким аро­ма­том ме­нее фар­то­вых со­се­дей.
То­роп­ли­вая за­груз­ка "вось­мер­ки", фо­то­гра­фия на па­мять и, про­щай сту­де­ное озе­ро Тай­мыр!

По­том дол­гая до­ро­га до Моск­вы с ба­гаж­ным пе­ре­гру­зом в 87 ки­ло­грам­мов (ка­ра­бин, мя­со, тро­фей­ная го­ло­ва и ры­ба) с му­чи­тель­ны­ми раз­ду­мь­я­ми над тем, на­до ли бы­ло ждать и го­то­вить­ся два го­да, что­бы по­лу­чить вот та­кую ско­ро­теч­ную и не­пу­те­вую, на мой взгляд, охо­ту. Од­но ра­ду­ет, что, не смо­т­ря на ма­ло тро­фей­ные ро­га, я до­был это­го бы­ка все-та­ки до­стой­но, но.
Са­мый страш­ный об­ман, это са­мо­об­ман, и ес­ли быть до кон­ца че­ст­ным пе­ред со­бой, то пе­ре­жи­тым, эта охо­та очень на­пом­ни­ла мне за­кла­ние к пра­зд­ни­ку соб­ст­вен­но­руч­но взра­щен­но­го ка­бан­чи­ка, ко­то­ро­го обо­жа­ли все до­маш­ние и со­се­ди. Все­гда по­том то­с­к­ли­во, буд­то на­шко­дил, и еще дол­го ма­ет­ся ду­ша.
Не стре­ляй­те бе­лых ле­бе­дей! ©

Владимир Мозговой