Ночная подводная охота

С нас­тупле­ни­ем тем­но­ты, под во­дой, как и на су­ше, на­чина­ет­ся но­вая жизнь. Од­ни оби­тате­ли мо­рей и рек пря­чут­ся на это, неб­ла­гоп­ри­ят­ное для них вре­мя, дру­гие, на­обо­рот, вы­бира­ют­ся из ук­ры­тий. Ноч­ные пог­ру­жения тре­бу­ют от охот­ни­ка не толь­ко серь­ез­но­го лич­но­го опы­та и над­ле­жаще­го сна­ряже­ния, но и не­мало­го му­жес­тва. Луч фо­наря выс­ве­чива­ет лишь ма­лень­кий учас­ток под­водно­го царс­тва, а за ним – без­гра­нич­ный, чер­ный мрак. Чер­ное, зна­чит не­ведо­мое, а не­ведо­мое всег­да пу­га­ет. К то­му же сам на­ходишь­ся вне све­та, как раз в этом мра­ке. Но­ги ста­ра­ешь­ся под­тя­нуть поб­ли­же, и фо­нари­ком нет-нет да и пос­ве­тишь се­бе за спи­ну… Кто по­выле­зал из глу­боких нор, кто под­нялся из тем­ных, да­же в са­мые сол­нечные дни, ому­тов и ям? Точ­но зна­ешь, что в этой ре­ке зна­мени­тая Нес­си не жи­вет, но… все рав­но жут­ко­вато. А вы­сунуть­ся из тем­но­ты в свет фо­наря и выс­тавлять­ся на по­каз – еще страш­нее. За­метить мо­гут…

И сей­час, ког­да за пле­чами со­рока­лет­ний стаж под­водной охо­ты, ска­зать, что ночью я за­лезаю в ре­ку или озе­ро сов­сем без нап­ря­жения – зна­чит ска­зать неп­равду. А, мо­жет, в этом и зак­лю­чена осо­бая прив­ле­катель­ность ноч­ной под­водной охо­ты, толь­ко мы не хо­тим се­бе в этом приз­нать­ся? Ибо не­ведо­мое не толь­ко пу­га­ет, но и при­тяги­ва­ет.

До­води­лось мне пла­вать ночью при пол­ной лу­не. Кар­ти­на и на по­вер­хнос­ти-то ска­зоч­ная, а под во­дой – прос­то вол­шебная. Сло­вами это не пе­редать при всем же­лании.

«Чис­тых» ноч­ных охот­ни­ков очень ма­ло. Вер­но, ночью охо­тить­ся страш­но­вато, но с этим в сос­то­янии спра­вить­ся прак­ти­чес­ки лю­бой. Че­ловек и не к та­кому при­выка­ет. Глав­ная же при­чина в том, что в рам­ках од­ной по­ез­дки на охо­ту сов­ме­щать днев­ную и ноч­ную охо­ту, ни­како­го здо­ровья не хва­тит. Кро­ме то­го, под во­дой вмес­те с днев­ным све­том ис­че­за­ют все крас­ки, кро­ме чер­ной, про­пада­ет чу­дес­ный, объ­ем­ный под­водный пей­заж. Что же ос­та­ет­ся? Ры­ба – и толь­ко. По­луча­ет­ся, что ночью охот­ник ухо­дит в во­ду ис­клю­читель­но за ры­бой? Это скуч­но. Сре­ди ин­те­ресов нас­то­ящих под­водных охот­ни­ков гас­тро­номи­чес­кие и ма­тери­аль­ные ни­ког­да не пре­вали­рова­ли.

Есть весь­ма дос­той­ный ар­гу­мент в поль­зу ноч­ной под­водной охо­ты: воз­можность ис­пы­тать се­бя в борь­бе с очень круп­ной ры­бой. В пер­вую оче­редь это ноч­ные хищ­ни­ки: сом, на­лим, угорь. Ги­гант­ские са­заны, кар­пы и аму­ры то­же под­ни­ма­ют­ся из глу­бин по­кор­мить­ся на от­ме­ли и мел­ко­водье. Отыс­кать в но­чи та­кого со­пер­ни­ка, сра­зить­ся и по­бедить его – меч­та ис­тинно­го охот­ни­ка.

Часть под­водных охот­ни­ков при­об­щи­лась к ноч­ной охо­те вы­нуж­денно. Ну, нет у них воз­можнос­ти пос­вя­щать сво­ему хоб­би да­же вы­ход­ные дни: то на да­че не­от­ложные де­ла, то за­боты по до­му и так да­лее. Вот и ухит­ря­ют­ся, нап­ри­мер, в пят­ни­цу пос­ле ра­боты мчать­ся до­мой, ки­дать сна­ряже­ние в ма­шину, и на реч­ку. По­ка доб­ра­лись, об­ла­чились в сна­ряже­ние – уже стем­не­ло. Ча­сика два-три поп­ла­вали, «от­тя­нулись» нем­но­го и до­мой, в кой­ку. А ут­ром вы­ход­но­го дня они уже в пол­ном рас­по­ряже­нии сво­их жен и де­тей, без на­река­ний и не­доволь­ств с их сто­роны.

Не пос­леднюю роль в вы­боре ноч­ной охо­ты иг­ра­ет от­сутс­твие на во­до­емах тра­дици­он­ных ры­боло­вов и бо­роз­дя­щих по­вер­хность мо­торок да гид­ро­цик­лов. С пер­вы­ми всег­да труд­но объ­яс­нять­ся, а от вто­рых, в прин­ци­пе, сле­ду­ет дер­жать­ся по­даль­ше. На­конец, мно­гие страс­тные охот­ни­ки не мо­гут до­тер­петь до вы­ход­ных дней, очень хо­тят хоть па­ру ча­сиков по­лазить, а эта па­ра ча­сиков сре­ди ра­бочей не­дели име­ет­ся толь­ко ночью.

Под­водная жизнь ре­ки или озе­ра и по­веде­ние их оби­тате­лей ночью силь­но от­ли­ча­ет­ся от то­го что мы наб­лю­да­ем днем. В поз­на­нии этих осо­бен­ностей, кста­ти, еще один ар­гу­мент в поль­зу ноч­ной охо­ты. Свет фо­наря на од­ни ви­ды рыб не воз­дей­ству­ет ни­как, а по дру­гим буд­то хлыс­том или плетью лу­пит, и зас­тавля­ет в па­нике тут же ис­че­зать. На по­веде­ние ры­бы вли­яет и си­ла све­та. По­это­му ре­комен­ду­ет­ся дер­жать свои по­тен­ци­аль­ные це­ли для стрель­бы не в цен­траль­ном лу­че, а в бо­ковом, рас­се­ян­ном све­те.

Уди­витель­но кра­сиво в лу­чах фо­нари­ка смот­рится, нап­ри­мер, стай­ка вер­хопла­вок. Де­сят­ки и сот­ни ма­лень­ких, трех­санти­мет­ро­вых ры­бок, буд­то бы от­ли­тых из рту­ти, от­ра­жа­ют па­да­ющий на них свет, ме­чут­ся пе­ред ва­ми слов­но ма­лень­кие мол­нии в но­чи. При этом, ты­чут­ся в стек­ло мас­ки, в фо­нарь и ружье. Фе­ери­чес­кое зре­лище!

Же­реха не слу­чай­но на­зыва­ют «кор­са­ром реч­ных прос­то­ров». Он всег­да в дви­жении, и ни мне, ни мо­им бли­жай­шим кол­ле­гам не уда­валось ви­деть его днем сто­ячим. А вот ночью заг­ля­нул мой при­ятель Ви­талий под пла­вун, и уви­дел под его кры­шей имен­но та­кого «кор­са­ра». Со­зер­ца­ние друг дру­га про­дол­жа­лось не­дол­го: ры­бина мет­ну­лась из-под сво­его ук­ры­тия, но не прочь, а к охот­ни­ку. Уда­рила его в стек­ло мас­ки, от­ско­чила и вновь за­няла преж­нюю по­зицию под пла­вуном. По­ка Ви­талий со­об­ра­жал, что бы это мог­ло зна­чить, же­рех пов­то­рил свой ма­невр: опять уда­рил в мас­ку и сно­ва от­ско­чил на свое мес­то.

На­конец, охот­ник при­шел в се­бя и, не до­жида­ясь оче­ред­ной ата­ки, выс­тре­лил. Же­рех, ви­димо, пе­ре­оце­нил свои си­лы, ли­бо не­до­оце­нил си­лы про­тив­ни­ка, и в ре­зуль­та­те ока­зал­ся на стре­ле. К со­жале­нию, у ви­сящей на ку­кане ры­бы не уда­лось вы­яс­нить мо­тивы столь не­обыч­но­го ее по­веде­ния, и воп­рос этот ос­тался от­кры­тым…

Лич­но мне, пред­по­чита­юще­му днев­ную охо­ту, при­ходи­лось мно­го раз ви­деть во всех де­талях охо­ту щу­ки на брать­ев сво­их мень­ших. Но ни ра­зу не наб­лю­дал охо­ту со­ма. А вот мой то­варищ Ви­талий ви­дел…

В проз­рачной во­де свет фо­наря выс­ве­тил пе­ред охот­ни­ком у­ют­ную под­водную по­лян­ку, пло­щадью мет­ра два или три квад­ратных. В ее ле­вом ближ­нем краю, ле­гонь­ко пе­реби­рая груд­ны­ми плав­ни­ками, сто­яла оди­нокая плот­ви­ца, а чуть даль­ше нес­коль­ко маль­ков. Ви­талик не дви­гал­ся, лю­бу­ясь мир­ным под­водным пей­за­жем. Вдруг от про­тиво­полож­но­го края по­лян­ки, из гус­тых за­рос­лей тра­вы вы­лета­ет чер­ная «тор­пе­да». Ра­зева­ет ог­ромную, бе­лую пасть, в ко­торой ис­че­за­ет нес­час­тная плот­ви­ца, и не ме­нее стре­митель­но, зад­ним хо­дом, вновь скры­ва­ет­ся в той же тра­ве, от­ку­да по­яви­лась.

Бро­сок ноч­но­го хищ­ни­ка и его ис­чезно­вение бы­ли нас­толь­ко стре­митель­ны, что мож­но бы­ло бы усом­нить­ся в ре­аль­нос­ти про­ис­шедше­го, ес­ли бы не опус­тевшая по­лян­ка да нем­но­го под­ня­той му­ти. Ви­талик, на­конец, осоз­нал, что он то­же охот­ник, и, еще креп­че сжи­мая в ру­ке ружье, мед­ленно дви­нул­ся впе­ред. Глу­бина в этом мес­те не пре­выша­ла по­луто­ра мет­ров. Ви­талий из­бо­роз­дил все в ок­ру­ге под­водной по­ляны, луч фо­наря упи­рал­ся в тра­ву, пы­та­ясь про­ник­нуть­под нее, но со­ма ниг­де не бы­ло вид­но. Тог­да охот­ник ре­шил за­лечь и по­дож­дать у это­го же мес­та но­вую цель. Он ны­ря­ет, ло­жит­ся на тра­ву и… из-под не­го с шу­мом вы­рыва­ет­ся тот са­мый сом. По­нят­ное де­ло – «с кон­ца­ми».

Вспо­миная по­том этот эпи­зод, осо­бое удив­ле­ние выз­ва­ла спо­соб­ность со­ма дви­гать­ся за­дом на­перед. Из­вес­тно, что реч­ной угорь очень лов­ко в слу­чае не­об­хо­димос­ти да­ет зад­ний ход, но что­бы сом? Да с та­кой ско­ростью?!

… В том мес­те ре­ка Ти­хая Сос­на раз­ли­ва­ет­ся, и че­рез все это прос­транс­тво с бе­рега на бе­рег про­тяну­ты две тру­бы. Очень тол­стые – мет­ра по два в ди­амет­ре. Ле­том они лишь на­поло­вину пог­ру­жены в во­ду. Ви­талий под­плыл к тру­бам и да­же вздрог­нул, ког­да луч фо­наря не­ожи­дан­но упер­ся в эти чер­ные прег­ра­ды. Под­нырнуть под них лег­ко, наш охот­ник так и де­ла­ет: ны­ря­ет вниз, по­том из­ги­ба­ет­ся и плы­вет под тру­бы. Фо­нарем све­тит впе­ред и вверх, что­бы в них не уго­дить. И тут в свет по­пада­ет стая плот­виц. Де­сят­ка пол­то­ра этих ры­бок, ви­димо, дре­мали в не­пос­редс­твен­ной бли­зос­ти от труб. По край­ней ме­ре, они ни­куда не плы­ли и не пе­реме­щались. Но что-то бы­ло не так… Ну, ко­неч­но: все они на­ходи­лись спин­ка­ми вниз, а жи­вота­ми вверх! Не­уже­ли ог­ромные тру­бы ими бы­ли при­няты за дно?

Щук и ле­щей в тра­ве вниз го­ловой мно­гие из нас ви­дели, и не раз. Со­мы ви­сят в за­валах вниз хвос­том, но что­бы ка­кая-ни­будь ры­ба в доб­ром здра­вии на­ходи­лась жи­вотом квер­ху – это нон­сенс. Та­кое, оче­вид­но, мо­жет быть толь­ко ночью, ког­да ре­аль­ность и ес­тес­твен­ность от­сту­па­ют, а на их мес­то при­ходят чу­деса. Чу­деса эти не из сказ­ки и не из обос­трен­но­го во­об­ра­жения, а из то­го са­мого ска­зоч­но­го под­водно­го ми­ра обыч­ной сред­не­рус­ской ре­ки. Поп­ро­буй­те са­ми: вой­ди­те в ре­ку с фо­нарем в ру­ках ночью, по­наб­лю­дай­те, и вы уви­дите, что я прав.