«Прямой эфир» с Андреем Малаховым: все «за» и «против»

У наших корреспондентов программа вызвала противоречивые чувства

Павел САДКОВ, Сергей ЕФИМОВ

Телезрители впервые увидели шоу «Прямой эфир», которое теперь ведет Андрей Малахов. У наших корреспондентов программа вызвала противоречивые чувства.

Мнение "За"

Как влитой

Павел САДКОВ

Они исповедовали друг друга, потом хвалили, потом снова исповедовали... Малахов пел дифирамбы Корчевникову, а Корчевников воспевал Малахова... И, пожалуй, лучшего сюжета для первого выпуска «Прямого эфира» и придумать было нельзя. Романтически настроенные барышни рыдали, а циничные зрители сравнивали - кто круче? Кто сильнее? Правильно ли Бориса поменяли на Андрея?

С одной стороны, Корчевников был в более выигрышной ситуации. Нам показывали выпуски его программ, вспоминали его детство, слушали истории из его жизни... Он занимал больше эфирного времени, но Малахов так ловко вел эфир, так умело влюблял в себя публику, так по-хозяйски расставлял акценты... И да, Малахов сильнее. И он не растерялся в незнакомых декорациях, было ощущение, что всегда в них и был. Собственно, «Прямой эфир» в свое время появился как клон «Пусть говорят». И для окончательного сходства не хватало только Малахова. Теперь он есть. И можно сказать, что «Пусть говорят» просто переехал на другой канал. В конце концов, название это такая мелочь.

Единственное, что может омрачить дебют нового-старого малаховского ток-шоу, - это то, что вместе с пониманием, что ничего не изменилось, и это реинкарнация «Пусть говорят», пропал и высокий уровень интереса. Все это мы уже много раз видели, какой смысл смотреть опять?

Мнение "Против"

Два товарища

Сергей ЕФИМОВ

Два замечательных парня, которых доселе разделяла война - за рейтинги и рекламные деньги - впервые встретились не как враги. А как братья, которым есть что вспомнить, в чем признаться. Им впервые не стыдно обняться, пожать друг другу руки, пустить скупую слезу. Это был момент истины, ребята.

Эти двое уверены, что помогают людям. Оба осведомлены, что есть катарсис. Для его достижения один из них пригласил в студию - на мониторе архивные кадры — пожилую женщину и не торопясь назвал всех ее близких, которых убил ее же сын. А другой долго ломал жизнь юной дурочке из Ульяновска, которая как-то напилась на вечеринке с парнями.

Самое страшное, что они делают это искренне. Западные ток-шоу часто шиты белыми нитками, их «ненастоящесть» очевидна, как когда-то «Окна» Дмитрия Нагиева. У нас же играют с живыми людьми и их историями. Как из кубиков лего, из них строят затейливые конструкции — и ведущие верят, что у них все по-настоящему. Что у них про добро и любовь.

А у них про добро только тогда, когда это продается.

В пятницу хорошо продавалась томная душевность. Ради этого не грех ковырнуть и самих себя. Вспомнить ушедших отцов. Спеть «Мы вдвоем с конем». Иногда даже казалось, что вот-вот. Сейчас получится. Но тут с экрана ребятам передает привет Владимир Фриске — прекрасный человек, словно и не было никакой истории про 20 млн пропавших рублей.

Один из них пошел спасать свою душу на канал «Спас». Другой устанавливает в своем личном аду новый котел.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

Андрей Малахов впервые откровенно рассказал, почему ушел с Первого канала

Телеведущий Андрей Малахов написал открытое письмо Константину Эрнсту и всем сотрудникам «Первого канала», в котором попрощался с коллегами, с которыми проработал долгих 25 лет [подробности]