6102 subscribers

Какая еда и напитки считались неприличными в среде аристократов России

105k full reads
162k story viewsUnique page visitors
105k read the story to the endThat's 65% of the total page views
4 minutes — average reading time

Весь XVIII век французская кухня считалась едва ли не единственной, приемлемой для статуса русского аристократа. В начале XIX века дворянское меню стало чуть более "интернациональным", например в него были включены итальянские и английские влияния (ростбифы и тп).

Такое положение сохранялось по меньшей мере до середины XIX века. Но, помимо этого, существовал целый ряд продуктов и напитков (о которых чуть ниже), употреблять которые в обществе считалось неприличным.

В среде русской аристократии на ритуал принятия пищи действовали такие же жесткие ограничения, как и на все сферы дворянской жизни
В среде русской аристократии на ритуал принятия пищи действовали такие же жесткие ограничения, как и на все сферы дворянской жизни
В среде русской аристократии на ритуал принятия пищи действовали такие же жесткие ограничения, как и на все сферы дворянской жизни

Известны строки Пушкина, в которых он в шуточной форме перечисляет "грехи" вульгарных "лакействующих" аристократов:

"(...)У них орехи подают,

Они в театре пиво пьют…"

Помимо, уже упомянутых здесь отечественного пива и орехов, неприличной едой для "подлых людей" считались также семечки, любые блюда с использованием простой белокочанной капусты и ржаной хлеб (который постепенно стали называть черным, т.к. он являлся основной пищей "черни").

Пиво (в том виде, как мы его понимаем) было известно на Руси с XIV века, но уже к середине XVIII века отечественное пиво стали все больше считать низким и плебейским напитком. В этом была своя правда, поскольку качество местного пива (особенно производимого в окрестностях СПб), как правило, было довольно низким, оно было горьким и быстро скисало.

В среде аристократии предпочитали привозное английское бочковое пиво, но его употребление также было довольно жестко регламентировано правилами приличий, поскольку пиво считалось грубым и больше мужским напитком. Некий налет неприличия у него стал изживаться только со второй половины XIX века.

Чем же не угодили орехи? Необработанные орехи, выросшие где то в лесу и собранные руками крестьян, считались грубой и низкой едой, достойной домашнего скота. Парадокс, но те же самые орехи, раздробленные или перетертые французским поваром в порошок и добавленные, например, в десерт, уже были реабилитированы.

Накрыть стол для высшего общества с использованием перечисленных выше продуктов, автоматически означало оскорбить его, а самому публично употреблять подобные продукты (например, выпить грубого (хоть и английского) пива в таком возвышенном месте как театр), означало расписаться в собственной вульгарности или чудачестве (кому как повезет).

Так, у знаменитого полководца графа А. Суворова, которому даже на званых обедах личный повар приносил в горшке блюда русской кухни, в придворной среде была репутация фрика, чем он впрочем нисколько не тяготился, а наоборот специально подогревал различными выходками.

Известно, что иностранные дипломаты осуждали Екатерину II за любовь к соленым огурцам, но, как говорится, "Что позволено Юпитеру, то не позволено быку". На званом дворянском обеде все же невозможно было представить крестьянские блюда: щи, каши, квас, сбитень и тп.

Федотов "Завтрак аристократа ", застигнутый врасплох дворянин пытается скрыть кусок ржаного хлеба, прежде чем его увидят внезапные посетители
Федотов "Завтрак аристократа ", застигнутый врасплох дворянин пытается скрыть кусок ржаного хлеба, прежде чем его увидят внезапные посетители
Федотов "Завтрак аристократа ", застигнутый врасплох дворянин пытается скрыть кусок ржаного хлеба, прежде чем его увидят внезапные посетители

Дворяне в провинции и совсем уж глухих углах империи, конечно не всегда соблюдали эти обременительные для кошелька неписанные нормы. В своем доме или имении, каждый был волен есть и пить, все что хочет.

Тайком употребляли "низкую еду" и некоторые обедневшие дворяне даже в столицах, о том, что такое явление было достаточно массовым, свидетельствует знаменитая картина П. Федотова "Завтрак аристократа".

Это противопоставление "высокого" и "низкого" очень метко подметил Гоголь в "Мертвых душах", в знаменитой сцене трапезы у Собакевича, когда хозяин угощает Чичикова блюдами русской кухни и одновременно на чем свет ругает пищу принятую в официальной дворянской среде.

Вульгарный Собакевич - антипод утонченного дворянина XIX века, говорит по замыслу Гоголя:  "Эдакой няни, – продолжал он, обратившись к Чичикову, – вы не будете есть в городе, там вам чёрт знает что подадут!"
Вульгарный Собакевич - антипод утонченного дворянина XIX века, говорит по замыслу Гоголя: "Эдакой няни, – продолжал он, обратившись к Чичикову, – вы не будете есть в городе, там вам чёрт знает что подадут!"
Вульгарный Собакевич - антипод утонченного дворянина XIX века, говорит по замыслу Гоголя: "Эдакой няни, – продолжал он, обратившись к Чичикову, – вы не будете есть в городе, там вам чёрт знает что подадут!"

Впрочем, в единичных случаях, в качестве показной оппозиционности этикету, аристократы могли специально подавать "низкие" блюда для людей близких с ними взглядов, но это было не более чем искусственным ритуалом.

Так, декабрист К. Рылеев, на тайных встречах в своем доме, называемых им "русскими завтраками", угощал гостей капустой, ржаным хлебом и водкой (но, заметьте, все же не отечественным пивом, здесь снобизм хозяина остался непоколебим).

Сохранились сведения о том, что первые славянофилы 1830-1840-х годов, на своих собраниях, смешивали в большом серебряном ковше русский квас с французским шампанским и пили полученную смесь в знак приобщения к народу (но, совсем без "французского" выходит было нельзя?).

Однако, со второй половины XIX века русские блюда (но, в их самой изысканной и приукрашенной форме) постепенно стали проникать и в среду аристократии. Так, придуманная еще в первой четверти XIX века "Гурьевская каша" стала одним из любимых блюд Александра III.

Но, выбор блюд для трапезы еще очень долго определял социальную принадлежность человека. Характерный пример этому дан в романе Л. Толстого "Анна Каренина", когда Стива Облонский приглашает Левина в ресторан, он вынужден был заказать устрицы, тюрбо и ростбиф, вместо щей и каши, которые предпочел бы сам Левин.

Можно констатировать, что блюдам русской кухни необходимо было около полутора сотен лет, для того, чтобы вновь завоевать сердца и желудки привилегированных классов (если считать от времени Петровской Европеизации России с начала XVIII и до середины XIX века).

А здесь можно прочитать про Ограничения в одежде для женщин дворянок после 40 лет

или как Романовы делили между собой фрукты и ягоды из теплиц

Дорогие друзья, если вам понравилась статья, пожалуйста лайкните ее и добавляйтесь в подписчики. Спасибо!