Не отходы — а способ борьбы с разливами нефти

Реклама в Дзене
103 full reads
272 story viewsUnique page visitors
103 read the story to the endThat's 38% of the total page views
3,5 minutes — average reading time
Не отходы — а способ борьбы с разливами нефти

Разработчики сорбента для сбора нефтепродуктов AG-Sorb научились использовать остатки целлюлозы, которые образуются при работе целлюлозно-бумажных комбинатов. Ну как остатки — сотни тысяч тонн отходов в год. Их невозможно переработать, поэтому просто захоранивали. AGSorb вошел в число лучших проектов интенсива Архипелаг 2121. Узнали подробности о технологии у представителя разработчика, инженера, кандидата технических наук Андрея Гребенкина.

Главное новшество — не химия, а организация процесса

Коротко объясню, что такое сорбент. Это что-то вроде наполнителя для кошачьих туалетов: если разливается нефть, его насыпают на воду по размеру нефтяного пятна. Сорбент впитывает загрязнение, а потом мы всё вместе убираем. Сразу оговорюсь, что больших новшеств на уровне физики или химии у нас нет.

Наше основное преимущество — организационное: мы умеем использовать для производства сорбента отходы.

При работе ЦБК образуются остатки целлюлозы: ее измельчают до такой степени, что на последнем этапе получается масса, которую уже нельзя использовать в технологическом процессе. Что с ней делать, непонятно. Сжигать неэкологично, дорого, да и горит она плохо. Поэтому сейчас ее просто свозят на свалки. На всех ЦБК страны образуются сотни тысяч тонн таких отходов ежегодно. Мы предложили комбинатам забирать эти отходы.

Мы берем отходы, сушим их, обрабатываем, вносим минеральные добавки, гранулируем и пакуем. Технологию мы запатентовали, по ссылке можно почитать про детали разработки и сравнить с другими решениями по созданию сорбентов.

Все существующие сейчас методы сбора нефтепродуктов превращают одни отходы в другие. То есть нефть на воде собрали — а потом надо собрать сорбент и что-то с ним сделать. Как правило, захоронить по специальной технологии. Биоразлагаемый сорбент можно не собирать. Нефть утонет вместе с ним и будет разлагаться на дне водоема, где разложение идет быстрее.

Поскольку сорбент сделан из целлюлозы, он биоразлагаемый, это важное преимущество
Поскольку сорбент сделан из целлюлозы, он биоразлагаемый, это важное преимущество
Поскольку сорбент сделан из целлюлозы, он биоразлагаемый, это важное преимущество

Чем целлюлоза лучше торфа

В России не так много производств биоразлагаемых сорбентов, в основном конкуренты делают вещества на основе торфа и мха. Целлюлозный сорбент впитывает на 40–50% нефти больше и на 20–30% быстрее, чем торф. А еще чистая целлюлоза — более благоприятная среда для размножения микробов. Это значит, что разложение идет быстрее.

Есть еще одно отличие от торфа. Торф впитает нефтепродукты и продолжит плавать на воде, а целлюлоза утонет. Биоразложение пойдет в активном иловом слое — там масса микробов, которые едят все подряд. Им больше интересна целлюлоза, но они с удовольствием сожрут и притянутые целлюлозой углеводороды нефти.

Важная особенность целлюлозного сорбента: из него уже не отжать нефть. Он связывает ее и не выпускает до момента биоразложения.

Если в автосервисе масло пролили на бетонный пол с трещинами, то целлюлоза вытянет его из трещин. Опилки, мох и торф этого не сделают.

Сорбенты из органических материалов в России производят мало, а вот за рубежом они популярны. Поэтому «Газпромнефть» сейчас закупает канадский сорбент, который стоит 550 рублей за килограмм. Это фактически аналог нашего продукта, но наш стоит 80 рублей за тот же объем.

Не отходы — а способ борьбы с разливами нефти

Ожидаем увеличения спроса на сорбенты

Объем рынка нефтяных сорбентов в России мы оцениваем в 700 тысяч тонн ежегодно, это 400 миллиардов рублей.

В области нефтедобычи следует ждать увеличения спроса, особенно если государство продолжит курс на ужесточение экологических норм.

Мы запустили сайт, небольшие партии сорбента отгружаем заказчикам. Формируем отдел продаж, чтобы увеличить объемы производства. Пока чисто физически не можем работать с крупными партиями, но постепенно нарабатываем базу клиентов и заявляем о себе.

Это реальный разлив нефтепродуктов в Самарской области. Разлив небольшой, и сорбента тоже потребовалось мало — он полностью впитал пятно
Это реальный разлив нефтепродуктов в Самарской области. Разлив небольшой, и сорбента тоже потребовалось мало — он полностью впитал пятно
Это реальный разлив нефтепродуктов в Самарской области. Разлив небольшой, и сорбента тоже потребовалось мало — он полностью впитал пятно

У сорбента на основе целлюлозы много вариантов применения. Вот они:

1. Удаление нефтяных разливов с водной поверхности. Это основное назначение любого сорбента.

2. Ликвидация разливов нефти на почве. Гарантированно снижает остаточное содержание загрязнений в почве до нормативных значений за 2–3 месяца, при этом резкое снижение, на 60–70%, происходит уже в первые несколько дней. Через неделю можно высадить на такой почве растения. Удалять сорбент после завершения его работы необязательно, достаточно перепахать слой земли на глубину 25 сантиметров. Целлюлоза, из которой сделан сорбент, — питательная среда для почвенных микроорганизмов. Процесс биоразложения сорбента и нефтепродукта закончится за 3–6 месяцев.

3. Очистка технологических и сточных вод от загрязнений нефтепродуктами. Это сложный вид загрязнения, потому что нефтепродукты обычно присутствуют в такой воде в виде эмульсии: частично всплывают на поверхность и образуют пленку, а частично погружаются на дно. Здесь как раз нужен сорбент, который сначала будет плавать на поверхности, а когда впитает нефтепродукты, утонет и продолжит работать на дне.

4. Удержание битума в дорожном покрытии. Абсорбируя битум и препятствуя его растеканию, сорбент улучшает свойства дорожного полотна. У дорожников есть для этих целей и другие, специализированные вяжущие вещества, но они проигрывают целлюлозе в стоимости.

ЦБК мы будем интересны, когда сможем брать большие объемы

Мы провели переговоры с рядом ЦБК и поняли, что настоящий интерес у них будет, когда мы сможем забирать отходы в большом тоннаже. Пока мы для них слишком маленькие.

То же самое и со стороны заказчиков сорбента: даже средние игроки на этом рынке берут от 100 тонн в месяц. Мы сейчас можем делать максимум 50–60 тонн.

Андрей Гребенкин: «В перспективе мы хотим „посадить“ на сорбент микробов, которые будут активно разрушать нефтепродукты»
Андрей Гребенкин: «В перспективе мы хотим „посадить“ на сорбент микробов, которые будут активно разрушать нефтепродукты»
Андрей Гребенкин: «В перспективе мы хотим „посадить“ на сорбент микробов, которые будут активно разрушать нефтепродукты»

Есть и другие ограничения. Универсальность нашего продукта иногда работает против него. Например, если у РЖД что-то выливается из цистерны, по их требованиям нужно не просто это собрать, а сдать все это на переработку и отчитаться: сколько переработали и сколько извлекли нефтепродуктов. А из нашего сорбента ничего не извлечешь.

Поэтому в некоторых случаях сорбент будет неэффективен не по своим свойствам, а организационно: в рамках тех процессов, которые выстроены у клиента.

Мы участвуем в Архипелаге 2121 и во всех подобных движухах, чтобы найти дополнительные источники финансирования и крупных клиентов. Нам интересны тусовки, где собираются большие компании. На Архипелаге и в целом в НТИ есть наши профильные партнеры, у которых проекты заточены на экологию. Они занимаются смежными задачами, и нам интересно пообщаться, чтобы, возможно, создать коллаборацию.