Пьющий профессор. Выход

13.07.2018

Получив задание ректора и комиссии по этике сообщить их решение Сергею Петровичу Целовальникову, Леонид Яковлевич первым делом, покинув комнату для совещаний, нырнул в служебный туалет, заперся в кабинке и основательно приложился к своей заветной фляжечке. Да так сильно, что опустошил ее в два приема.

На трезвую голову идти к коллеге и говорить то, что ему велели, - по сути, или женись на своей пассии, или вон отсюда, - такое Покровский даже представить себе не мог. Вот как быть? Отказываться поздно уже, - к ректору просто так не попадешь, надо на прием записываться. Да вроде и согласился уже на свою голову.

А Целовальникову как сказать? Решил Леонид Яковлевич, что проще всего будет взять литровую бутылку вискаря и пойти к Сергею Петровичу на откровенный разговор. Благо что знакомы они были полтора десятка лет, и отношения имели приятельские. Созвонившись предварительно с коллегой, Покровский пошел к нему домой.

Жил Целовальников неподалеку. В приятной двухкомнатной квартире, обставленной мебелью не сказать чтобы богатой, но и не штамповкой. Пришел Леонид Яковлевич, сели они на кухне, употребили по рюмашке и тут Покровский доверительно сказал коллеге:

— Сережа, они тебя увольнять собираются.

— За что?! - полыхнул глазами Целовальников.

— Сам знаешь за что, - ответил Леонид Яковлевич. - За порочную связь со студенткой.

— Это бред какой-то! Они не имеют права! Да я до федерального министерства образования дойду! Я - человек с мировым именем, а они меня к ногтю, как нашкодившего кота?! Я им это так не оставлю!

— Да успокойся ты, - сказал Покровский. - Давай лучше выпьем.

Выпили. Закусили. Похрустели. Пожевали. И Леонид Яковлевич продолжил:

— Есть один вариант, Сережа. Ты должен на этой своей даме сердца... жениться.

— Вот уроды, - тихо сказал Целовальников. - Я же и так собирался. Предложение ей сделал. Она беременна от меня. Мальчик будет.

— Так чего ж ты! - обрадовался Покровский. - Это же надо отметить!

И они отметили. Так приятно разрешилась эта щекотливая ситуация. Правда, голова у обоих профессоров на следующей день раскалывалась. Напились они, как поросята.