Тайга

Кирилл задрал голову, глядя как закат поджигает верхушки деревьев багрянцем. На поляне еще светло, но меж деревьев растёкся густой мрак настоящей ночи. Настя вышла на центр поляны, с наслаждением сбросила походный рюкзак и села на него, осуждающе смотря на парня.

В васильковых глазах читается упрёк, затянули с привалом, теперь палатку придётся впопыхах ставить и с фонариком выискивать хворост для костра. Кирилл отвёл глаза и начал спешно разворачивать палатку. Травы на поляне почти нет, только по краям пугливо жмётся к деревьям, земля ровная, как стол, укрытая слоем бурой хвои и листьев.

Палатка встала на удивление легко, девушка тут же юркнула внутрь, завозилась, как хомяк в норке. Кирилл вздохнул и принялся разгребать место под костёр, старательно выкладывая круг из камней, обильно рассыпанных по поляне. Даже подивился такому изобилию, будто на руинах, но кто будет строить из камня в тайге? Просто воображение, ничего более.

Солнце скрылось за деревьями, только самые верхушки горят алым, точно раскалённые кончики гвоздей. Темнота вытекла из-за деревьев, залила поляну, на небе обильно высыпают колючие точки звёзд.

Девушка вылезла из палатки поигрывая тяжелым фонариком, больше похожим на дубинку, сказала весело улыбаясь:

— Ну что, Сусанин? Готов искать хворост?

— Не каркай, нам еще и заблудиться впотьмах не хватало.

— Ну коли заплутаем, твоя вина будет.

— С чего бы это?

— А чья идея была идти до темноты?

Кирилл умолк, глядя за спину Насти, девушка победно подбоченилась, но что-то в лице спутника насторожило.

— Ты куда пялишься?

Парень, не глядя на девушку приложил указательный палец к губам и затем указал в черноту леса. Девушка обернулась и тихо ойкнула, меж деревьев мелькает свет. Тусклый, почти скрытый ветвями, свет дешевой лампочки.

— Как так… — пробормотала Настя, — Тут не должно быть баз, ближайшая в десятке километров, я ведь спецом выбирала место.

— Тихо женщина. — Прошипел Кирилл, напряженно всматриваясь в свет.

Ладонь легла на рукоять походного ножа, сжала до боли в костяшках.

— Костёр отменяется. Полезай в палатку, и будь готова к ночному переходу, а я на разведку.

— З-зачем?

— Если это браконьеры, нам рады не будут, разве что свинцом угостят да под дёрн…сиди тихо.

Настя, зажав рот ладонью наблюдает, как парень исчезает в темноте. Кирилл двигается короткими рывками от дерева к дереву, шум ночного леса едва скрывает шорох шагов. Светлое пятно впереди расширяется, выхватывает из мрака крыльцо грубо сколоченной хибары, дальше угадываются ещё две. Крыши присыпаны ветвями и лесным мусором, с вертолета при всём желании не разглядеть. При приближении расслышал ровное гудение бензогенератора, за стеной одного из срубов.

«Значит браконьеры, сомневаюсь, что староверы бы использовали генераторы, да и откуда у них деньги. Проклятье.»

Обойдя поляну по кругу, не заметил людей, на всякий случай подошел к ближайшему зданию, прислушался.

Тишина.

Сглотнув вязкий ком страха подошел к двери и осторожно потянул на себя, готовясь бежать в случае чего. Дверь бесшумно отворилась, на крыльцо пал расширяющийся конус света. Внутри никого, две койки у стен, по центру комнаты стол с двумя стульями. На столе пепельница и гранёный стакан с чаем.

Вдоль хребта скользнул недобрый холодок, Кирилл осторожно вошел внутрь, в ноздри ударил острый и неприятный запах, кислой шерсти. Парень зажал нос ладонью, огляделся стараясь не дышать, но источник вони не нашел.

Внимательно осмотрев помещение нашел выцарапанные на стенах слова, точнее одно слово, повторенное множество раз.

«КРОАТОН. КРОАТОН. КРОАТОН. КРОАТОН. КРОАТОН. КРОАТОН. КРОАТОН. КРОАТОН. КРОАТОН. КРОАТОН. КРОАТОН. КРОАТОН. КРОАТ…»

По коже прокатилась волна мурашек, волосы на руках встали дыбом, как иглы дикобраза. Слово выцарапано на всех стенах, на разхлозмоченной древесине остались красные потёки, будто выцарапывали ногтями.

Попятившись, уткнулся задом в стол, стакан дрогнул и опрокинулся, Кирилл на автомате подхватил его и вскрикнул от удивления. Тёплый!

Даже горячий, чай заварили минут десять назад!

Выскочив из сруба, побежал к другому, наплевав на осторожность. Никого, только все стены покрыты надписями «КРОАТОН», где выцарапанными, а где написанными кровью. В третьем картина повторилась, только вонь стала совсем удушающей, а кровь еще не успела засохнуть.

Кто бы это не сделал, он покинул стоянку перед приходом Кирилла.

Плечи осыпало морозом, парень выбежал из сруба и побежал к палатке, не разбирая дороги и налетая на деревья.

«Мы могли разминуться! Он...нет, оно! Могло пойти к Насте! Проклятье!»

Он выметнулся на поляну зажимая кровоточащую ссадину на скуле, подбежал к палатке…в нос шибанула нестерпимая вонь. Парень остановился, бессильно глядя на валяющийся у входа в палатку фонарик. Поднял, едва не выронил, руки трясутся, включил.

Луч белого света скользнул по стене деревьев, уперся в палатку.

— Нет…О боги…пожалуйста, нет!

Прошептал Кирилл, бессильно опускаясь на колени. На зеленой нейлоновой стене палатки кровью написано «КРОАТОН».

Фонарик выпал из ослабевших рук, свет метнулся по поляне и упёрся в деревья. На краткий миг, в сгустившейся темноте сверкнули огромные, жёлтые глаза.

Понравилось? Буду рад лайку и поддержке.