Серафима

22 July
10k full reads
18k story viewsUnique page visitors
10k read the story to the endThat's 60% of the total page views
4 minutes — average reading time

Серафима Александровна умерла в начале лета. Вот был человек – и нет его. Инфаркт среди ясного неба, как говорится. Петровна и узнала-то, считай, случайно. Из магазина шла, поднималась к себе на третий этаж, смотрит – на втором у соседкиной двери женщина какая-то ключами гремит.

- А вы кем же Серафиме приходитесь? Дочка ее, что ли? – Петровна решила спросить, интересно.

- Я дочка, да.

- А я и смотрю, вроде лицо знакомое. А сама-то она что же, уехала куда или что?

- Мама умерла. Сердце. Завтра в крематории в два часа прощание, - сказала дочка и вошла в квартиру, закрыла дверь.

Петровна поднялась к себе. Разложила продукты: кефир - в холодильник, помидорчики, три штуки - на подоконник, полбатона - в хлебницу. Вот тебе и раз. Сердце, значит. А не жаловалась никогда вроде. Но а с другой-то стороны, это Петровне она не жаловалась, а дочка, поди, знала. Чего не следила тогда за матерью?

Пока варилась гречка на ужин, Петровна позвонила сыну.

- Вань, соседка-то моя, Серафима, помнишь? С которой мы ругались все? Со второго этажа-то?

- Ну помню вроде, и чего?

- Чего-чего… Померла вот. Завтра прощание, в два часа.

- Ну царство небесное ей. Ты хочешь, чтобы я тебя туда отвез, что ли? Так не могу, я на работе.

- Да не надо мне, я так просто. Померла вот, видишь. Прямо раз – и все. Что теперь делать-то, не знаю.

- В смысле - что делать? Ничего тут уж не поделаешь.

- Да не о том я, ей-то уже все равно, а я как?

- Мам, не пойму, чего ты хочешь? О, давай такси тебе вызову, съездишь попрощаться?

- Ай, да не надо, говорю же!

Петровна поужинала гречкой с кефиром и села к телевизору. Посмотрела «Вести», потом «Пусть говорят», потом две серии «Розыска». В полпервого, тяжело топая по привычке, пошла на кухню выпить таблетку и вдруг спохватилась: топать теперь незачем, никто этажом ниже ее не слышит. Не скажет ей соседка: Татьяна Петровна, миленькая, ну что же вы опять по ночам бродите? Я только задремала, а тут вы – бух, бух, прямо шаги Командора! А Петровна ей – это какого-такого командира? Это вы тут раскомандовались, Серафима Санна, да не по делу все! Мне лекарство надо пить перед сном, а летать не умею, уж извиняйте!

Петровна улеглась, долго не могла заснуть, ворочалась и вздыхала. Вот ведь как Серафима-то повернула все, вот ведь как…

Поднялась утром в плохом настроении. Пока закипал чайник, взяла лейку и пошла на балкон полить цветы. Поливала обильно, чтобы вода из ящичков протекала вниз, лилась на соседкин балкон. И снова спохватилась: для чего лить-то так? Нет Серафимы, не скажет она уже ничего про воду на своем балконе. Никогда теперь. Петровна отставила лейку и пошла на кухню. Попила чаю, а сладкого не захотелось, хотя было у нее варенье, и печенюшки были.

На подоконник слетелись голуби, загуркали, загремели по подоконнику коготками, захлопали крыльями. Петровна подставила скамеечку, сыпанула им через форточку хлебных корок. С Серафимой они и из-за голубей сколько раз ругались: та держала кота и кошку - Гошу и Дашу, и все Петровне выговаривала: зачем, мол, голубей на окне кормите, лучше бы на улице где-нибудь, они ведь и ко мне на подоконник садятся, Даша с Гошей нервничают. Так и говорила: нервничают. Это кошки-то! Петровна кошек в городе не признавала: в деревне они мышей ловят, а тут что? Только шерсть от них. Вот голуби - другое дело, птица божья, прилетели-улетели. Гадят, правда, ну дак и что? Все гадят.

Это, значит, сколько же они бок о бок с Серфимой прожили, лет десять? Петровна в этой квартире всю жизнь жила, сначала с родителями, потом с мужем. С мужем не сложилось, разошлись, Ваня, сын, совсем малой тогда был. Хорошо, хоть алименты муж выплачивал на Ваньку-то, так вот вырастила. Потом Ваня женился, съехал от Петровны, а на следующий год Серафима и заселилась этажом ниже. Петровна сначала обрадовалась: будет с кем поговорить, посидеть на скамейке у парадной. И понравилась ей Серафима на первый взгляд: аккуратная такая, культурная, сразу видно. Волосы седые, а одна только прядь темная. Петровна сначала думала - крашеная, а оказалось нет, свои волосы так поседели.

Но только Серафима не больно на скамейке сидеть любила, некогда ей, вишь ты. Ученики к ней ходили, даром что она учительница на пенсии. Не наработалась, стало быть, за тридцать лет.

Раз Петровна на балконе была, глядит - паренек у парадной ходит туда-сюда. То на лавочку присядет, то вдоль дома пройдется.

-- Ты чего тут ходишь? - крикнула ему Петровна.

-- Я к Серафиме Александровне, заниматься.

-- Так и иди заниматься, чего околачиваешься у парадной?

-- Да я раньше времени пришел, перепутал, а ее дома нет еще. Через полчаса придет, сказала.

Петровна в тот день не поленилась, спустилась к Серафиме на второй.

-- Вы, Серафима Санна, за учениками за своими следите получше, а то они тут болтаются у парадной, мусорят, на стенах пишут.

-- Да что вы?! Неужели Максим, пока меня ждал, стены разрисовывал?

-- В этот раз не разрисовывал, так в следующий разрисует. Все они паршивцы, знаю я их.

-- Да нет, Татьяна Петровна, тут вы не правы. Все люди разные, и дети тоже. Большей частью они хорошие, поверьте.

-- Хорошие, конечно! А на стенах-то кто пишет? Вот эти хорошие и пишут!

-- Ну давайте так: я им всем скажу, чтобы не хулиганили, а вы, если увидите что-нибудь, сразу мне сообщите, и мы вместе придумаем, как дело поправить, договорились?

Вот ничего вроде плохого не сказала, а Петровне чего-то обидно показалось: как с девчонкой с ней Серафима - "договорились?". С учениками со своими договаривайся. Ну и пошло потом...

Эх, Серафима, Серафима… Вот и не дружили никогда - как с ней подружиться-то было? Все у них по-разному с Петровной. Но а похожего тоже немало, как посмотришь: и возраст, и мужей нет, и дети отдельно живут. И чего ругались все время из-за ерунды из-за всякой? А теперь вот из головы она, Серафима, не идет.

Петровна посмотрела на часы - первый час уже. Может, поехать все же на прощание? И тут ведь не по-людски все, не в церкви, не отпевание - в крематории. Петровна пошла в комнату, раскрыла шкаф. Вот есть блузка темно-синяя, можно в ней. И цветы еще купить. Ладно.

Петровна оделась, посмотрелась в зеркало. Вроде ничего, прилично. Вызвала такси, социальное, со скидкой для пенсионеров. Цветы у крематория купит. Все, пошла.

На втором этаже Петровна остановилась. У Серафиминой двери сидела кошка. Петровна сразу почему-то поняла - кошка, не кот. Светло-серая, будто седая, а между ушами полоска темная. Кошка посмотрела на Петровну зеленущими глазами, как раз как у Серафимы были. Петровна и идти не смогла, встала как вкопанная. Долго они друг на друга смотрели, потом Петровна тихонько сказала:

-- Серафима?

-- Мя, - сказала кошка, потерлась о Петровнину ногу и пошла вверх по лестнице.

-- Вот и ладно, - бормотала Петровна, поднимаясь следом. - Вот и прощаться не надо, вот и подружимся теперь. Симой буду звать.

-- Мя, - сказала кошка и остановилась у Петровниной двери.

Автор: Vekra

Источник: http://litclubbs.ru/articles/30677-serafima.html

Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.