Муха бьётся о стекло, но дачники все равно уезжают

29 September

Поздним утром солнечный свет упирается в окно и его теплые лучики легко преодолевают стеклянную преграду, за которой с другой стороны устало сражается домашняя муха, считающая себя в глубине души тоже чем-то вроде благородного потока фотонов.

Муха бьётся о стекло, но дачники все равно уезжают

Впрочем это очень по-человечки даже. Разве нет? И ещё по-человечески — это вот так лежать, лениться, позволять себя нежить солнечному теплу и благодушно воспринимать жужжание мухи, словно симфонию, изредка уместно прерываемую звуком включения и последующего легкого гудения холодильника.

Такое удовольствие обычным летом совершенно невозможно, исключительно осенью, на излете лета бабьего. Потому что круговорот дачников в обитаемой среде круглосуточно производит шум, гам и прочий бац-бац.

Муха бьётся о стекло, но дачники все равно уезжают

Кажется, что вот вроде угомонились последние гуляки, громко возвратившись с ночного костра, как тут же выезжают первые рыбаки; затем собачницы везут собак на прогулку; начинают прибывать работяги, обслуживающие строительные амбиции дачников; за ними возвращаются с реки рыболовы и так весь день, весь вечер, ночь и утро.

Муха бьётся о стекло, но дачники все равно уезжают

Нельзя сказать, что сейчас установилась абсолютная первозданная тишина. Нет, конечно. Ещё нет. Пока нет. Но с тем, что было летом совершенно не сравнить. И потому-то муха грустит и бьётся о стекло, потому что видит — свои уезжают, родная кровь и она в тоске одиночества словно просит, мол, заберите меня с собой — «В Москву! В Москву! В Москву!»