«Государство видит в женщине ресурс»: эксперты о несостоявшемся гендерном равенстве

13.07.2018

Текст: Виктория Ли

Фото: Юрий Мартьянов / Коммерсантъ
Фото: Юрий Мартьянов / Коммерсантъ

Госдума России (орган власти, оправдывающий сексуальные домогательства — прим. ред.) отклонила во втором чтении проект федерального закона, гарантирующего равные права и возможности для мужчин и женщин. Депутаты внесли законопроект еще в 2003 году, но документ отклонили в связи с утратой актуальности. Мы разобрались, изменилось ли положение россиянок за эти 15 лет.

Одним из инициаторов проекта федерального закона «О государственных гарантиях равных прав и свобод и равных возможностей мужчин и женщин в РФ» была депутат Екатерина Лахова. Внесенный в Госдуму в 2003 году документ защищал женщин от дискриминации по половому признаку, гарантировал равенство в социально-трудовых отношениях, представительство в органах власти, а также обязывал чиновников проводить инспекции и делать отчеты о соблюдении принципов гендерного равенства. В 2008 году правительство оставило отрицательный отзыв о законопроекте, объясняя это тем, что в нем дублируются и так существующие нормы закона. В ноябре 2017 года рабочая группа подготовила документ ко второму чтению. В июле 2018 года по рекомендации комитета по вопросам семьи, женщин и детей законопроект отклонили из-за потери актуальности. Один из авторов, тогда депутат, а ныне ныне спикер нижней палаты парламента Вячеслав Володин заявил, что за 15 лет «лежания на полке» многие вопросы, касающиеся равноправия, в России уже решили.

Гендерное равенство закреплено в части третьей статьи 19 Конституции России. Конвенция ООН о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин (CEDAW) гласит: помимо законодательной базы для борьбы с дискриминацией против женщин государство должно бороться с гендерными стереотипами. Адвокат и правозащитница Мари Давтян не согласна с тем, что закон теперь не актуален.

«С момента первого внесения проекта в Госдуму, более того с принятия Конституции, не изменилось ровным счетом ничего. Формальное признание неравенства само по себе к равенству не приведет, потому что в наших головах заложено стереотипное мышление, — говорит Давтян — Отсюда возникает куча проблем: стеклянный потолок, пирамиды, например, в судебной системе: на низовом уровне огромное количество женщин, а на верхнем можно по пальцам пересчитать. Целью и задачей законопроекта было создание такого механизма, который мог предпринимать индивидуальные меры против дискриминации. Если она сохраняется, очень странно говорить, что нам не нужен государственный механизм».

Понимая, что в российской политической системе такой закон примут весьма маловероятно, правозащитные организации предлагали общий закон против дискриминации, рассказывает правозащитница. По ее мнению, органы власти, судьи и уполномоченные по правам человека не знают, как быть с дискриминацией и не признают ее как таковую.

Фото: Евгений Павленко / Коммерсантъ
Фото: Евгений Павленко / Коммерсантъ

«Мы хотим усидеть на двух стульях: двигаться вперед, быть развитым государством и одновременно, чтобы женщина была только на кухне и в церкви, называя это традиционной семьей, а законопроект в эту систему не встраивается».

Согласно докладу The Global Gender Gap Report за 2017 год, Россия занимает 71 место в рейтинге из 144 стран по гендерному равенству. С лидирующими позициями в сфере здравоохранения мы, к сожалению, проигрываем в представительстве женщин в органах государственной власти — 121 место, после Чад, Египта, Турции, Таджикистана. Индия по этому показателю занимает 15-е место. Мари Давтян говорит, что им удалось этого добиться в том числе благодаря квотированию.

«Когда в госорганах 10−15% женщин, им приходится играть по правилам большинства, мужским, и подстраиваться, потому что сами по себе они не представляют какую-либо политическую силу. Когда женщин хотя бы 30%, это уже серьезная политическая масса, влияющая на принятие решений. В Индии, когда в деревнях еще следовали обычаю хоронить вдов с умершими мужьями, были введены квоты в 30% в муниципальных органах власти, чтобы, грубо говоря, стало понятно, что страна не рухнет, если к власти придут женщины. Сейчас квоты уже и не используются, потому что женщины проходят сами, их от 40 до 60%».

За последние 15 лет у нас наблюдается четкая тенденция скатывания к традиционалистским установкам, говорит Мари Давтян.

«Законодательство может быть самым замечательным, но если в наших головах все еще сидит „дети-кухня-церковь“, толку от законов нет. Что показывают последние скандалы с футболом? Женщин не воспринимают как равноправных субъектов, способных принимать самостоятельные решения в том числе в вопросах личной жизни. Мы возвращаемся в позапрошлый век, даже не в прошлый. День семьи, любви и верности посвящен двум темам: запрет абортов и материнство. Никто не говорит о возможностях для женщин в политике, бизнесе. Государство видит в женщине ресурс, производящий потомство, это ее основная задача».

Ведущий научный сотрудник Института экономики РАН Марина Баскакова считает, что если в России нет специального закона о гендерном равенстве, то проблемы женщин решаются другими законами, а сам законопроект не поддержало бы население. Для уравнивания в правах нужно добиваться исполнения существующих законов в малом бизнесе и неформальном секторе.

«В нулевых страна поменяла политику в отношении женщин из-за низкой рождаемости. Разговор пошел не о гендерном равенстве как таковом, а о семейной политике, которая якобы решит все женские проблемы, — говорит экономист. — Возрождается представление о том, что семья и дети — в первую очередь обязанность женщин, но необходимо привлечение мужчин к семейным обязанностям».

Россия по-прежнему занимает лидирующие позиции по запрещенным для женщин профессиям — 456. Список нужно пересматривать, потому что труд автоматизируется и условия улучшаются, считает Баскакова.

В национальной стратегии действий в интересах женщин на 2017−2022 годы предусмотрено увеличение женской занятости, совместимой с семейной жизнью. Средняя зарплата женщин составляет 74−76% от средней зарплаты мужчин, говорит экономист. Такая разница обусловлена тем, что в одних сферах труда, феминизированных, работают преимущественно женщины, например, здравоохранение и образование, в других мужчины — силовые структуры, металлургия, строительство. Здесь срабатывает косвенная дискриминация: вертикальная сегрегация по отраслям и профессиям и горизонтальная по должностям.

«У нас вся социальная сфера финансируется по остаточному принципу, я надеюсь, что сейчас это изменится, поскольку пришло понимание, что здравоохранение и образование — важные вещи: мы не одними полицейскими живем, хоть и в большом объеме финансируем силовые ведомства. Но я не думаю, что зарплата мужчин и женщин выровняются, у женщин будет в среднем отставание, потому что женщин не пускают на высокие должности, а определенная часть не хочет делать карьеру, предпочитает делить себя между семьей и работой, от этого страдают заработки».

У вас есть интересные новости из вашего региона? Присылайте их в наш телеграм-бот:

https://t.me/mbkmediafeedbackbot

Все наши материалы можно читать по адресу:

https://mbk.sobchakprotivvseh.ru/

И в Яндекс.Новостях

Подписывайтесь на наши соцсети:

https://zen.yandex.ru/media/mbkhmedia

https://www.facebook.com/MBKhMedia/

https://vk.com/mbkhmedia

https://twitter.com/MBKhMedia

https://www.youtube.com/c/МБХмедиа

https://t.me/mbkhmedia

https://www.instagram.com/mbk_media/