Подвиг Гая Муция, прозванного Левшой

31.12.2017

Широко известна на просторах нашей необъятной Ойкумены легенда о героическом геройстве величайшего героя не наших дней Гая Муция, прозванного по факту Сцеволой (левшой, ибо без вариантов когда уже опосля, ну вы понимаете, да).

Былое... Этрусской Царь, Порсена из града Клузия (оттедова и клозет пошел, видимо, после известных событиев) осадил значится... не коня осадил, хочу заметить, и не кобылу даже, а осадил он, как водится, Рим. Ну с кем не бывает. Год тогда шел вестимо "кон. VI, нач. V вв. до н.э." Хаароший был год, помнится фалернское, с южных склонов особливо... да речь не об этом.

Смеркалось. А как ему еще быть? Мирно почивал в своем золоченом шатре, тая завоевательныя думы этрусской Царь. Ляпота... И тут... Бам-трам-хрясь-кровища, тряпки рвутся, кони ржут, завертелось. Наш пока еще правша, ничтоже сумняшеся врывается в шатер и жестоко мочит ни в чем не повинного третьего помощника младшего делопроизводителя, мирно подшивающего себе в досье отчетики за день. Неимоверная жестокость.

Героический Муций пригляделся к убиенному и понял - это писец.

Царь конечно ожидал от римского отребья многого, но чтобы так вот кинично (собаки, кинос, дас) ворваться в отлаженную этрусскою бюрократию... Мда. И вот наш герой схвачен и вовсю дает признательные показания. Мол, да убивец, да не того зарезал, не сожалею ничуть, сатрапы, тираны, душегубы, душители идей демократии, ось зла, отольются кошке мышкины слезки, понимаешь!

Царь послушал, конечно, мол - ну тиран, ну душегуб и что, завидовать вообще вредно, четвертовать яйцерезкой и все такое!

И тут, внимание, самое главное - наш герой хватает светильник, сует в огонь руку и постепенно становится собственно Сцеволой. Мда. Не переставая при этом угрожать - да нас таких дябилов с полрима будя, завтря же всеми припремси, да ты знаш на каво наехал... и больно ударил царя челюстью пониже колена.

История сия всегда преподносилась как эталон для борца за правое дело, за светлую идею, за свободу. Мол живота не пожалеем, а не согнемся, Сусанины понимаиш доморощенные.

Порсена, кстати, опосля от Рима ушел. И даже героя нашего отпустил. Но сдается мне, что не 300 психически неуравновешенных вьюношей и не уважение к подвигу героя его остановили. Не таков он был человече, Ларс наш Порсена из града Клузия. Сдается мне, что уходил он от града вечнаго с простыми этрусскими словами на устах - "Долбанные  фанатики!".  И тоже боялся психов.

Без фанатизма, друзья мои, без фанатизма...

Читать еще - Голливуд слишком далек от Шервуда