Как питерский бомж гидом стал

25.12.2017

Потеряв жилье и оказавшись на улице, этот человек мог спиться, погибнуть в пьяной драке, замерзнуть под забором. А он... начал водить экскурсии по городу.

С единственным в нашей стране бомжом-экскурсоводом, послушать которого приезжают в Санкт-Петербург из дальних уголков России и даже из Европы, встретился корреспондент «Мир Новостей».

- Вы, что, не знаете? Он всегда у «Адмиралтейской» стоит, такой старичок-лесовичок с бородой, как у гнома, - ворковала на подходе к метро милая дама лет сорока со стаканчиком кофе и айфоном в руках. - Бедолага, тяжело ему, но настоящий мужчина - работу нашел, зарабатывает. Дороговато, конечно, 500 рублей. Но за такое не жалко: дедуля - символ Петербурга! Даже у нас, в подмосковных Химках, его знают.

С Невы в тот день дул сильный, почти ледяной ветер, летели редкие хлопья снега. Желающих сходить на экскурсию с бездомным гидом, кроме меня, так и не нашлось.

- Это ничего, что мы с вами вдвоем, - чуть виновато улыбаясь, говорил «лесовичок». - Вдвоем тоже хорошо. Даже слышно лучше. А я и по двадцать человек водил - из Финляндии, Германии приезжали, фильм снимали. Ну что, начнем мы во-о-о-н с того дома, - вжимая от ветра голову в плечи, старик указал рукой на противоположную сторону Невского.

Старик точным, дидактически выверенным тоном стал рассказывать, когда какой дом был построен, кто в нем родился и умер, когда и зачем перестраивался, кто из исторических личностей в нем бывал, какие квартиры и магазины в нем находятся, и все это с мельчайшими подробностями: с десятками фамилий, дат, цитат.

- Как у вас получается запоминать сразу столько информации?

- Когда появилась идея водить экскурсии, разве мог я лицом в грязь ударить? На деньги, что мне подавали, стал покупать книги. В библиотеку записался - часами сидел в читальном зале, заодно и грелся. Так у меня появился свой метод - смотрю на человека и вижу страницы книг об истории города. Смотрю - и вслух читаю. Вообще, мир - это книга, которую очень интересно читать.

Родился Вячеслав Романович Раснер в 1951 году в Ленинграде. Жил с матерью, как и многие тогда, в коммунальной квартире. После школы Слава поступил в педагогический институт, окончил его и преподавал в школе географию и биологию. Дети обожали учителя - он всегда так интересно рассказывал об истории родного края, устраивал экскурсии по городу.

- Потом... умерла мать. Я решил улучшить свои жилищные условия. Одна знакомая свела с каким-то коммерсантом, который пообещал в обмен на две комнаты в коммуналке купить мне отдельную квартиру. Я с радостью согласился, подписал договор. Но когда переехал на новую квартиру, квитанции на квартплату стали приходить почему-то на чужую фамилию. Через время пришли люди и сказали, что я здесь больше не живу и, если не съеду, меня на свете больше не будет. Вот так в 2010 году я улучшил свои жилищные условия.

- Вы жаловались, добивались справедливости?

- Пытался. Ничего не вышло.

- А родственники, друзья?

- Как-то, уже живя на улице, я попал в больницу, где мне вырезали грыжу, - спаси и сохрани того доктора! - и я уже зимой пришел к своей двоюродной сестре, чтобы переночевать. Хотя бы ночь. Сестра не впустила меня в квартиру, вышла на лестничную клетку и сказала: «Извини, брат, у меня дети». Ну дети так дети, понятно. Я ушел.

Ночевал в недостроенном здании. Окон нет, температура зимой - как на улице, но зато крыша над головой. Сначала картоном укрывался, потом спальный мешок один добрый человек подарил. И знаете, за семь лет ни разу не заболел. Давление до сих пор 120 на 80. Человек ко всему привыкает. В общем, обжился я на улице, потом дети у меня появились.

Вячеслав Романович достает из кармана пальто старенький мобильник, просматривает, что ему написали, с улыбкой что-то пишет в ответ.

- Так у вас есть дети?

- Двое. Парни. Появились в моей жизни три года назад. Сейчас каждому за двадцать. Вот младший пишет, - протягивает мне свой телефон Вячеслав Романович.

Листаю текст на экране: «Папа пажалуста очень нада денег!!! Мне завта платит Толька надежда на тебе Папа. Нада 3000 Срочна Извини Обнимаю тебе Люблю!»

- Это Женька, - рассказывает, прихлебывая кофе, бездомный гид. - Три года назад я жил у знакомых, которые приютили меня на время. Хозяин говорит: с тобой будет жить еще мой племянник, он из тюрьмы освобождается.

Ну приехал парень, рассказал, что не знает своих родителей. Потом говорит: «Сегодня у меня день рождения». Я ему: «Поздравляю, Женя!», а он: «А подарок?». Тогда я ему: «Хочешь, я буду твоим папой - вот такой мой подарок!» Он так обрадовался.

Потом появился Паша: «Женя мне рассказал, что ты ему стал отцом. Мой бросил меня, когда мне было два года. Будь и моим папой тоже». Так у меня появилось двое сыновей.

- Как вы общаетесь?

- По-родственному. Материально детям помогаю. Женя у меня культурный: если виноват, всегда попросит прощения. Однажды он выбил мне кулаком зубы, но потом извинился: «Папка, прости, что я тебе выбил зубы, пойми, у меня был нервяк».

Год назад Вячеслава Романовича приютила знакомая пенсионерка, которая живет в однокомнатной квартире на окраине города. Теперь питерская достопримечательность спит на кухне.

Каждое утро экскурсовод встает ровно в четыре утра. Идет пешком через полгорода, в 6.00 садится в первый поезд метро. В 9.00 он уже у входа в метро «Адмиралтейская». До 9.15 ждет людей, желающих услышать его рассказ о домах Невского. Затем у него еще две экскурсии - ровно в полдень и в три часа дня. В воскресенье экскурсий нет - бывший учитель ходит в церковь.

- О чем просите Бога?

- Чтобы каждому человеку даровал свой дом.

P.S. Когда верстался номер, пришло известие, что Вячеславу Раснеру благодаря усилиям знающих его историю людей выбили наконец комнату в питерской коммуналке. Правда, пока прописки в ней он не получил, так что по-прежнему, можно сказать, бездомный.

Валерий Гаршин.