Любовь до гроба

Алиса Петровна 103 раза подавала заявление об избиении и столько же раз забирала обратно, подкупая следователя. Алиса Петровна 143 раза подавала на развод и столько же раз передумывала. Участковый уже перестал приезжать на вызовы, "скорая" уже не уточняла адрес.

Михалыч пил, пил очень часто, пил неделями. Пил и бил. Уже никто не удивлялся когда Алиса Петровна - Баба Лиса, как звала её детвора - сидела у подъезда с фингалом. Никто даже не спрашивал в чем дело. Все всё знали. Никто не вмешивался в их отношения. Со своим уставом в монастырь не лезут.

Было непонятно, соседки-подружки ей завидовали или сочувствовали. Наверное, всё сразу. Когда Евгений Михайлович не пил, он был образцовым мужчиной. Хорошо зарабатывал на шабашках, был он сварщиком пятой категории, рельсы мог сварить. Поговаривали, что Газпром за него боролся, но варить трубы на крайнем севере Михалыч не хотел.

С каждой шабашки он покупал своей даме сердца подарочек или цветы, она часто хвасталась этим подружкам из подъезда. Во всем чувствовалась забота. Но в перерывах между подработками жизнь Бабы Лисы превращалась в ад.

В этот раз все пошло дальше. Мыхалыч не мог угомониться во время очередного запоя. Баба Лиса попала с травмами в челюстно-лицевое отделение краевой больницы. Говорить она не могла, челюсть была раздроблена. Баба Лиса могла только плакать. Плакала, читая записки Михалыча. Михалыч каждый день таскал цветы и молчал, не мог выдавить ни слова, поэтому писал записки.

В записках было одно и то же каждый день: "Прости меня. Я тебя очень люблю. Я больше так не буду. Прости меня окаянного. Не оставляй меня. Я не смогу без тебя жить".

Через неделю Бабу Лису выписали и жили они счастливо 3 месяца, до следующего запоя.

pixabay.com
pixabay.com

Алису Петровну хоронили всем двором. А Михалыч теперь оставляет записки и цветы у ее могилы. Когда трезв. Что случается, всё реже.

**********

Имена изменены в целях конспирации. Право человека на частную жизнь соблюдено.

@Игнат Вагнер

Читайте как кавказские девушки женят на себе.