Ислам Махачев : «У МакГрегора отобрали пояс, чтобы он подрался с Хабибом в России»

27.01.2018

Перспективный российский легковес UFC Ислам Махачев поделился своими впечатлениями после победы над бразильским ветераном Глейсоном Тибау, раскрыл ближайшие планы, а также высказалася относительно непростой ситуации в своем дивизионе.

Ислам Махачев
Ислам Махачев
— Вчера после обеда прилетел, — начал Ислам. — Чувствую, до конца ещё не прошёл акклиматизацию. В десять вырубился, в четыре утра проснулся, больше не ложился.
— После победы над Тибау вы попросили бой уже на апрельском турнире. Успеете подготовиться?
— Думаю, да. Подготовку к Тибау прошёл без травм, и бой с ним быстро закончил. Если дадут бой на турнире с Хабибом, то подерусь. Если нет, выступлю попозже, но не раньше — точно.
— Когда нужно будет вернуться в США, чтобы успеть подготовиться к 7 апреля?
— Примерно 15 февраля. Времени отдохнуть почти не останется. Зато будет возможность готовиться с Хабибом, вместе гонять вес, помогать друг другу. Так удобнее. Перед последним боем мы почти не работали, провели только пару совместных тренировок. На тактику в основном.
— Травм у вас нет, но каково будет организму проходить вторую сгонку за три месяца?
— Если пойму, что бой на UFC 223 реален, особо набирать массу не стану. Аккуратно восстановлю организм, кушать лишнего не буду. Диета даже пойдёт на пользу телу.
— Как прошла сгонка к бою с Тибау?
— В общем, хорошо. Получилось так, что сделал вес чуть заранее. Раньше делал норму примерно в восемь утра — за час до взвешивания. В этот раз провёл ночную тренировку позже обычного — надел костюм для сгонки и поработал. В планах было уложиться в вес уже ночью. В два часа закончил занятие, встал на весы — 71,1 килограмма. А разрешённый вес — 70,7. 400 граммов за ночь сгорело, к утру весы подо мной показывали норму.
— Спали крепко перед боем?
— Обычно, если гоняешь заранее, ночь тяжело проходит: уснуть не получается, жажда мучает. В этот раз заснул нормально. Выпил мелатонин и спал довольно крепко.
— Сколько удалось восстановить к бою?
— В клетке я весил, думаю, килограмм 79 или 80.
— Тибау известен тем, что на поединок выходит почти средневесом. Как было в этот раз?
— Показался большим. Уже на официальном взвешивании было видно, что Глейсон очень много восстановил. Навскидку килограмма 83-84 он весил.
— И всё же вы нокаутировали его за 57 секунд. Хабиб Нурмагомедов в 2012-м провёл с Тибау сложнейшие 15 минут карьеры. Почему так?
— Потому что в UFC пришло USADA, это всё изменило. Тем не менее мой бой с ним тоже мог получиться тяжёлым. Допускал, что проведу с Глейсоном все 15 минут в клетке. Но на результат это бы не повлияло. Тибау — возрастной боец, который до нашей встречи не выступал два года. Судя по его боям, Глейсон сильно сдаёт уже во втором раунде. Рассчитывал, что примерно в середине боя полностью заберу преимущество. Но повезло — хорошо попал уже в самом начале.
— Удивились?
— Есть такое. Конечно, знал, что могу крепко попасть, но чтобы вот так, первым ударом... Не ожидал.
— Не подкалывали Хабиба? Вам ведь удалось за минуту «убрать» соперника, с которым Хабиб «возился» в 15 раз дольше.
— Нет, таких разговоров не было (смеётся).
— Он давал вам советы перед боем со своим бывшим соперником?
— Да, объяснял кое-какие моменты. Говорил: не пытайся его постоянно повалить. Взял захват — раз или два дёрни и хватит. Если не падает — не трать силы, чтобы повалить его. Переходи с ноги на корпус, работай аккуратно, спокойно. Хабиб не хотел, чтобы я слишком фокусировался на переводах.
— После боя с Тибау в вашем «инстаграме» появилось трогательное фото, на котором вы с ним едите мороженое.
— Прежде всего хочу сказать, что Глейсон — отличный парень. И до боя, и после он вёл себя уважительно. А встретились мы так. На арене, где проходит турнир, UFC предоставляет только что выступившим бойцам большую комнату отдыха. Там мы можем покушать, посмотреть бои на большом экране, пообщаться. Прихожу, в общем, смотрю— Тибау сидит. Ну, подошёл, поговорили, мороженое покушали. Этот человек, повторюсь, произвёл на меня хорошее впечатление.
— Чего, наверное, не скажешь о том, кого вы вызвали после победы. Речь о Кевине Ли.
— Он много лишнего болтает, потому его и вызвал. Ли даже титульный бой заработал себе исключительно разговорами. Многое позволил себя сказать про дагестанских бойцов, про Хабиба. Не нравится мне он ни как человек, ни как спортсмен.
— Если ваш бой назначат, его болтовню придётся терпеть гораздо чаще.
— Да, у него, как говорят, язык без костей. Хочу объяснить, что ему придётся ответить за каждое сказанное слово. Хоть в ринге, хоть вне ринга. Ли слишком многое себе позволяет. Даже что-то говорил о матери Майкла Кьезы.
— Пока Кевин Ли никак не отреагировал на ваш вызов и своё новое прозвище «мешок номер один».
— Думаю, он и не станет. Вряд ли Кевин согласиться драться со мной.
— Почему?
— Ли — седьмой номер рейтинга. Ему невыгодно со мной драться.
— Попробуйте воздействовать через Хабиба.
— В каком смысле?
— Ну, пусть Хабиб скажет, что подерётся с Кевином Ли, если тот пройдёт Ислама Махачева.
— А что, можно такую сделку предложить. Только поймите, не бойцы в UFC решают, кто должен драться с титул. Да и с чего бы Ли дали бой с Хабибом? Он уже не использовал главный шанс своей карьеры, когда дрался с Тони Фергюсоном за временный титул. В лёгком весе серьёзная очередь за поясом. Я уже вижу три-четыре следующих боя: сперва Хабиб подерётся с Тони, потом с Конором. А за ними подтянутся и другие претенденты.
— Вы говорите, что Кевин Ли больше не взлетит до претендентского статуса. С Фергюсоном он вас не впечатлил?
— Все увидели, что это не боец чемпионского ранга. Он не способен драться больше двух раундов.
— Ли говорил, что чуть не умер во время сгонки, плюс подхватил стафилококк.
— Ни один боец не выходит драться готовым на сто процентов. И каждый сгоняет вес не без проблем.
— Пока вы дрались на UFC 220, компания официально объявила бой Нурмагомедов — Фергюсон. Хабиб поучаствовал в пресс-конференции и дуэли взглядов с Тони, находясь в том же здании, что и вы. Удалось понаблюдать за всем этим вживую?
— Нет. Когда Хабиб ушёл на пресс-конференцию, я готовился к официальному взвешиванию. До этого была сгонка. Не получилось посидеть в зале. Но Хабиб потом рассказывал, как всё прошло.
— Что говорил?
— Сказал, Фергюсон ерунду всякую несёт, как всегда. Кричал Хабибу: «Это мой пояс, мой». А тот — ему: «Мне не нужна эта фальшивка. Скоро подерёмся за настоящий». Обычное дело.
— Они ведь минимум несколько часов провели внутри одного здания. Бывало, что пересекались вне обязательных совместных мероприятий?
— Бывало. Мне нужно было в зал — вес гонять, и пока шли компанией, встретили в лобби Фергюсона. Хабиб и Тони пересеклись взглядами, кивнули друг другу злобно и разошлись. Хорошо, не поодиночке были, а то бы не обошлось без искр.
— Похоже, Хабиб искренне не переносит Тони.
— У Хабиба не бывает наигранной ненависти. Некоторые бодаются, только когда включается камера, но Хабиб не такой. Думаю, именно Фергюсона он недолюбливает больше, чем любого другого бойца.
— Каким будет их поединок?
— Он будет похож на бой Хабиба с Барбозой. Разница только в том, что Фергюсона будет даже проще повалить на землю, он не так крепко стоит на ногах. Правда, у Тони неплохой партер, опасные удары локтем снизу. Вероятно, Хабибу будет сложнее постоянно разбивать Фергюсона на земле, как это бывает обычно. И всё же Хабиб способен перевести Тони в любой точке октагона, а значит, больших проблем у него возникнуть не должно. Не замечал, чтобы Фергюсон особенно удачно защищался от тейкдаунов. Он любит включать свои кувырки, когда его валят. Но с Хабибом такая тема не прокатит.
— А что может прокатить?
— Он опасный боец, хорошо работает по всем этажам, исполняет нестандартные удары. В UFC дерутся в маленьких перчатках, потому всегда есть риск получить серьёзное рассечение. К тому же Фергюсон может рассечь с локтя. В этом его шанс. И вообще, он терпеливый парень. Думаю, три раунда с Хабибом должен выдержать.
— Если ваш прогноз сойдётся, следующим для Хабиба, говорят, будет Макгрегор на турнире в Москве. Верите, что Конор пойдёт на это?
— Вполне. Думаю, Макгрегора специально лишили титула, чтобы потом устроить чемпионский бой с Хабибом в России.
— Хотели бы сами подраться в первом российском карде?
— Ну конечно. Обязательно подерусь, если будет возможность. Насколько я знаю, турнир официально не объявили, но, говорят, уже забронировали арену. Если скажут, что сто процентов будет турнир в России, то попрошу, чтобы меня включили в него. UFC должны составить для нас сильный кард и поставить туда Хабиба обязательно.
— После победы над Тибау вы впервые давали интервью на английском. Тяжко было?
— В последние месяцы я серьёзно занялся изучением языка. Английский у меня и до этого был не таким уж плохим. Правда, и не очень хорошим. Интервью только в этот раз готов был давать. Раньше парился, что ошибусь, скажу глупость. А сейчас проще отношусь к этому. Просто понял одну вещь: ты можешь у всех выигрывать, быть отличным бойцом, но UFC не будет тебя раскручивать.
— Из-за языка?
— Да. Они просто не смогут раскрутить вокруг тебя бой, если ты не говоришь на их языке. Пример — Рашид Магомедов. Отличный боец, который всё время молчал. Из-за этого ему не предложили хороший контракт. А ведь спортсмен такого уровня обязан драться в UFC.
— Чтобы дать интервью после боя с Тибау, вы всё же обращались за помощью к Хабибу.
— Да, ребята из команды встали сбоку, когда я разговаривал с журналистами. Но они так помогали... Переводили что попало, шутили. Говорю: «Хорош, нормально переводите, а то сейчас мемов про меня наделают».
— Когда сами сможете дать полноценное интервью на английском?
— Думаю, ещё два-три месяца обучения, и всё получится. Это не так сложно, как многие думают.

Мы вконтакте
Мы в телеграмме