Сергей Рязанский: Чем пахнет космос?

Космос

Сергей Рязанский, Герой России, лётчик-космонавт

Чего боятся космонавты

Как говорят наши психологи, если человек ничего не боится, это клиент психиатра. Нормальный человек имеет свои собственные страхи. И бояться – это нормально. Другое дело, что нас учат с этим страхом справляться, потому что страх может не позволить тебе действовать разумно, хладнокровно, руки будут дрожать, соображать будешь плохо. Поэтому взял страх, запихал его куда-то вглубь и действуешь так, как учили. Но страх тебя держит в тонусе, и это хорошо. У меня самый большой страх – это не страх за собственную жизнь, хотя толщина стенки станции 1,5 мм. Когда ты взлетаешь на ракете, ты понимаешь, что это огромная бочка с порохом, которой ты не управляешь, и черт его знает, как она там рванёт. Но ровно через 528 секунд ты будешь где-то там.

Мой самый большой страх – подвести людей, плохо выполнить работу. Ведь я 10 лет доказывал, что я учёный, могу быть хорошим бортинженером. И если я где-то налажаю, ошибусь, вот эти 10 лет пойдут прахом. И те люди, которые меня готовили, которые в меня поверили, которые потом сделали меня командиром экипажа, подойдут и скажут: «Ну, Серёжа…»

Первый выход в открытый космос

Мы с Олегом Котовым, моим командиром, выносили Олимпийский сочинский факел в открытый космос. И каждому, кто выходит первый раз, даётся 10 минут на адаптацию. В общем, я вылезаю из люка, Земля говорит: «У Сережи есть 10 минут, давай, осваивайся. Через 15 минут начало прямого эфира». И тут я понимаю, что мне надо за 15 минут успеть расставить кучу камер, и тут же я забыл, что открытый космос, что мне надо что-то делать. Я бросился расставлять эти камеры, а из люка уже выходил Олег с факелом. В общем, часа через полтора после того, как мы закончили снимать все это выдающееся шоу, Земля говорит: «Ребята, перерыв 7 минут, отдыхайте». И тут я: «О, я же в открытом космосе, круто».

Сергей Рязанский работает в открытом космосе
Сергей Рязанский работает в открытом космосе

Чем пахнет открытый космос

На станции зашёл разговор о том, как же описать вот этот специфический запах, который распространяется по всей станции после того, как объединяется объем выходного отсека, который был 6-8 часов в открытом космосе, и, соответственно, станции. Было мнение, что металлическая сварка или тормозящий трамвай. Специфический запах горящего металла.

Ольга Максимова, автор программы #Шоумастгоуон на Радио Медиаметрикс

Полный текст интервью на mediametrics.ru