Танго и тангисты

228 full reads
751 story viewUnique page visitors
228 read the story to the endThat's 30% of the total page views
6,5 minutes — average reading time
Очерк
Очерк
Очерк

«…у танго есть своя основа, суть. Ведь танго не о шагах, танго о душе, а это разные вещи».

М.Ч. Фрумболи

(один из лучших в мире «тангерос»)

Мое знакомство с танго началось в пятидесятых годах прошлого столетия. Учился я тогда в школе № 23 города Златоуста, на одном из школьных вечеров и впервые услышал музыку, которая меня захватила, только потом я узнал, что это было танго «Брызги шампанского». С тех пор прошло много лет, но зародившаяся любовь к музыке танго, как заноза, в душе осталась до сих пор. Однажды услышав мелодию танго, вы уже никогда не спутаете её с другими ритмами.

История этого удивительного танца начинается в конце XIX века, в портовых кабаках Байреса (Буэнос-Айреса), да-да, так как изначально это был танец моряков, шпаны и портовых женщин. Уже в начале XX века сочинили десятки танго. Но это не значит, что танго сразу завоевало место под солнцем, до этого было ох как далеко! Высший свет столицы, да и всей Аргентины, зная о его низком происхождении, с презрением отнёсся к новому танцу.

Но нас интересует, прежде всего, российская и европейская часть истории танго. В Европу новый танец попадает с аргентинской театральной группой, приехавшей на международную выставку ЭКСПО-1910 в Париж.

Именно композитор, входящий в состав данной группы, привез не только музыку, но движения и хореографию нового танца. Танго быстро распространилось в Париже, по всей Франции и далее в Европе. Уже 01.01.1914 года газета «Санкт-Петербургские ведомости» писала, что Париж превратился в столицу танго. В этом же году известный журналист Влас Дорошевич, тот самый, который писал репортаж о первом выступлении Шаляпина в Италии, сообщал в газете «Русское слово» об эпидемии танго, именно с такой скоростью стал распространяться новый танец в Европе.

Та театральная группа, что привезла танец из Аргентины, вряд ли предполагала, какую противоречивую бурю вызовет танго в Старом Свете. Влиятельные силы в лице Ватикана стеной встали против «богохульного» танца. Мало того, было указано всем священникам, особенно французским, чтобы они с амвона призывали верующих не поддаваться соблазну. Данную просьбу поддержали и монархи Германии, Англии, и других стран. Так в Англии королева, а в Германии император Вильгельм запретили в своих армиях и на флоте офицерам танцевать этот танец. Об армии России найти ничего не удалось, зато циркуляр министра просвещения Л.А. Кассо можно процитировать: «…ввиду явно непристойного характера нового, входящего в большое распространение танца под названием «танго», означенный танец не преподавать в учебных заведениях, а равно ученики как мужских, так и женских учебных заведений не посещали бы танцклассов». Не последнюю роль на первых порах сыграло и неблаговидное происхождение этого танца.

Тот же В. Дорошевич в газете «Русское слово» с иронией восклицал: «…лучшей рекламы для танго нельзя было придумать!», а газета «Театр и жизнь» (такая была в С.-Петербурге) прямо писала: «…в протестах Ватикана и монархов Европы этот танец нашел мощную поддержку. Что может быть слаще запретного плода!». В странах Европы начались бурные споры и дискуссии. Причем на самом серьезном уровне составлялись опросные анкеты деятелей искусств.

В 1913 году одна из столичных газет Австрии на центральной полосе задала вопрос: что такое танго и попросила высказаться представителей разных стран. Венгерский композитор Ференц Легар, автор «Веселой вдовы», ответил так: «…как танцуют его на родине (в Аргентине) я не знаю, но то стилизованное танго, которое танцуют у нас в салонах, я считаю изящным». А вот как ответила Л. Липковская, солистка Мариинского театра, которая пела не раз с Шаляпиным: «Танго – изящный танец… если танцевать изящно!». Австрийский писатель на этот же вопрос ответил: «Я видел, как танцевала танго танцовщица Эстер, и мне хотелось плакать. Я видел, как танцевала одна светская дама, и мне хотелось хохотать».

Приверженцев танго в России на жаргоне стали называть «тангистами», а вместо танцевать, даму приглашали «потангировать». Дореволюционная газета «Петербургский листок» писала: «...витрины магазинов сплошь увешаны материями цвета «танго», особой популярностью стали пользоваться женские и мужские перчатки цвета «танго», мужские ботинки, мужские галстуки цвета «танго», женское белье, духи – и всюду вы слышите «танго», «танго», «танго»!»

Но всех перещеголяли Париж и Лондон. Из Парижа корреспонденты русских газет сообщали, что вслед за искусствоведами, критиками и священнослужителями свое слово решили сказать и врачи. После долгих дебатов они вынесли свой вердикт: «Салонное танго свободно от упреков в безнравственности, оно заслуживает всяческого одобрения, поскольку воспитывает гармонию жестов и укрепляет стан». Вот так!

А Лондон пошел еще дальше. Дирекция театра Её Величества Королевы Английской провела встречу-вечер, куда были приглашены музыковеды, искусствоведы и даже те, кто порицал этот танец в прессе, а также священнослужители и все желающие.

Собравшимся были показаны «главнейшие виды танцев», как писала газета «Таймс», для сравнения. Затем была распространена анкета с одним вопросом: нескромно ли танго. Когда подсчитали, выяснилось – против танго 91 (девяносто один) голос, зато «за» – 731 (семьсот тридцать один) голос. Пресса России, да и всей Европы расценила это как триумф танго.

Таким образом, тот гадкий утенок, который вылупился в кабаках и притонах Буэнос-Айреса, переплыв океан, превратился в Европе в прекрасного белого лебедя, чтобы вернуться назад в Аргентину признанным танцевальным жанром.

Начиная с двадцатых годов прошлого столетия, вплоть до Отечественной войны, танго начинает звучать в ресторанах, салонах и на эстрадных сценах. А сколько ансамблей и оркестров было создано в Европе и в Новом Свете, специализирующихся на танго, не скажет никто, а уж певцов – «несть им числа». Период с 1920 по 1950 год критики и музыковеды назовут потом «золотым веком» танго.

В Аргентине в 1915-м (по другим источникам в 1916-м) было создано знаменитое танго «Кумпарсита», правильно «Ла кумпарсита», вольный перевод с испанского обозначает «Для друзей» (т.к. кумпарса – это группа, коллектив и т.д.). Парня, который увлекался музыкой, друзья попросили написать что-нибудь к вечеринке в ресторане, тогда это было в моде. Любопытно, что Томас Родригес, написавший это танго, так и Консуэло Веласкес, написавшая популярную «Бесаме мучо» (в переводе «Целуй и обнимай меня крепче»), были подростками 14-16 лет. Просто они выплеснули в музыке свои эмоции и настроения.

До 1917 года звучала только музыка танго, считалось неприличным его петь. Но на небосклоне эстрады в Аргентине появляется Карлос Гардель, которому суждено было стать «Королем танго» и который спел впервые танго. Именно он дал путевку в жизнь танго «Ла кумпарсита» в 1926 году. Он гастролирует по латиноамериканским странам, в том числе и по США. В 1935 году певец трагически погибает в расцвете сил в возрасте тридцати пяти лет. Только в этом году мне удалось достать оригинальный диск с записями танго в исполнении К. Гарделя, выпущенного в Аргентине в 2003 году.

Свой след в истории танго оставил и «Великий Астор», или правильно Астор Пьяцолла (Пьязолла). Родившись в бедной семье итальянских эмигрантов, он с детства обнаруживает редкие музыкальные способности. Он едет в США в город Лоскут-Пойнт (штат Нью-Джерси) к русскому композитору Сергею Рахманинову, знакомится с ним и учится у него фортепианным аранжировкам, слушает на даче его знаменитые концерты. Именно после этого он начинает экспериментировать с гармонией танго. У него появляются ученики в разных странах мира, в частности во Франции Ричард (Ришар) Галиано. Как ни странно, на родине он не понят: за тридцать лет творчества выпущено всего несколько мелодий, а за пять лет до того, как он уйдет из жизни, выпущено пятьдесят альбомов и сборников с его музыкой. В 1992 году он ушел из жизни со словами: «...в Аргентине может измениться все: лицо городов, общество, политический режим – все, кроме танго, которое я умел играть».

А в Европе появляется свой непревзойденный исполнитель танго – Тино Росси*. Любопытно, что жители Корсики, где родился Тино, называли его Великим, а Наполеона, который тоже родился на Корсике – только «известным корсиканцем». Танго в исполнении этого тенора вызывало, как писали современники, у слабого пола «легкий обморок».

В лице О. Строка сказала свое слово в истории танго и русская музыкальная культура. После того как в 1929 году танго «Очи черные» спел русский баритон Ю. Морфесси, началась его европейская, а затем и мировая известность. Вот как писали газеты Германии: «...танго О. Строка под названием «Очи черные» не имеет себе равных», а композитора называли «Русский король танго», не иначе. Там же в Германии в 1929 году фирмой «Парлофон» были выпущены первые пластинки с этим танго, которые разошлись в Европе, как горячие пирожки.

Я думаю, пора сказать несколько слов и о самом композиторе. О. Строк родился в городе Двинске, еще в раннем детстве он проявил музыкальные способности, учёба в музыкальном колледже, затем Петербургская консерватория. Во время гражданской войны подрабатывал пианистом-аккомпаниатором для немого кино. Когда он жил в Риге, к нему приезжали А. Вяльцева и А. Нежданова. А вот как вспоминает он о встрече с Шаляпиным: «Шаляпин разыскал меня в гостинице «Метрополь». После угощения, состоявшего из заварного чёрного хлеба, русской колбасы и чая, по которому я так соскучился, Фёдор Иванович лукаво посмотрел на меня и, аккомпанируя себе на рояле, начал напевать вполголоса мои песенки. Он понимал, как мне приятно, что он, великий русский артист, знает мои скромные произведения. Федор Иванович попросил меня сыграть что-нибудь из моих инструментальных вещей, известных тогда в Европе по записям на пластинках оркестра под руководством М. Вебера».

Да-да, того самого М. Вебера, чей оркестр подарил миру знаменитый фокстрот «Рио-Рита». Нам он интересен тем, что солистом у него был русский баритон Марек (Марк) Белорусов, который вслед за Ю. Морфесси талантливо исполнял танго «Черные глаза». Кстати, популярность этого танго, да и просьбы слушателей сыграли свою роль, и О. Строк пишет продолжение этого танго (случай небывалый) под названием «Ты все еще грустишь о черных глазах», которое исполнил М. Белорусов. Это уникальное и редчайшее исполнение является сегодня коллекционным раритетом. А О. Строк продолжает писать танго – это известные «Синяя рапсодия», «Скажите почему», «Голубые глаза», «Спи мое бедное сердце» и т.д. Но беда в том, что исполняли в основном певцы, находящиеся за границей, и места в советской эстраде не находили, как «произведения западной культуры».

По воспоминаниям К. Сокольского: «…композитор умер в 1975 году, на похоронах были немногочисленные родные и несколько близких друзей, стояла полная тишина. И вдруг, словно тонким серебряным ручейком, полилась над кладбищем мелодия. Это на скрипке зазвучали «Очи черные», играл Павел М. Затем на мгновение мелодия прервалась, и скрипка снова запела танго «Спи мое бедное сердце», люди плакали не скрывая слез. Так ушел из жизни «русский король танго». Заканчивая разговор о «Черных глазах», хочется отметить исполнение этого танго известным японским баритоном Ёити Суговарой, которое считается одним из лучших в мире, к сожалению, на японском языке.

Следующий композитор, который оставил свой след в истории танго, был поляк Ежи Петерсбургский, который был в Златоусте с концертами в сентябре 1940 года, кстати, газета «Златоустовский рабочий» в номере от 31.07.2009 писала об этом подробно. Так вот, он пишет у себя в Польше ряд танго – «Донна Клара», «Никогда» и «Последня недзеля», которое имело огромный успех и после которого его стали называть в Польше «Король танго». Известно это танго и русскому слушателю, но под другим названием. На эту мелодию поэт И. Авранек пишет стихотворение «Расставание», где есть такие слова:

Утомленное солнце нежно с морем прощалось,

В этот час ты призналась, что нет любви.

В 1937 году его исполнил Павел Михайлов, обладающий редким голосом «баритональный тенор», и это танго стало также популярным, как и в Польше. Под названием «Утомленное солнце» оно дожило до наших дней.

Конечно, во время войны было не до танго, и тем более не до танцев. А вот после окончания войны к этой теме вернулись. И уже в 50-х годах в Румынии появилось известное «Танго любви».

Любопытно, что после первого же исполнения его певицей Дойной Бадя его тут же «окрестили» – «Румынское танго». Более интересная метаморфоза произошла с албанской песней «Легкая как бабочка», это грустная песня музыку к которой написал Баки Конголи. Как известно, тогда был «железный занавес», и непонятно, как и когда она пришла бы в СССР, если бы понравившуюся пластинку не привез в страну кто-то из администрации Н.С. Хрущева. На эту мелодию были написаны новые слова, и эта песня родилась заново у нас в стране под названием «Албанское танго». Еще раз подчеркиваю, это не перевод, а совершенно другое стихотворение, которое начинается словами:

Вдали погас последний луч заката,

И сразу темнота на землю пала.

Прости меня, но я не виновата,

Что и любить и ждать тебя устала.

Долгое время считалось, что автор неизвестен, но как оказалось, стихи на эту мелодию написала девушка Алла Черемисина в 1957 году. Как она сама сказала, после того как танго стало необычайно популярным в стране, она не хотела признаваться, боясь, что ей просто не поверят, тем более стихотворение ей самой не очень нравилось. А то, что танго было популярным, – это было точно. Я помню, как мы ставили на подоконник радиолу, открывали окно и на весь двор или улицу раздавалось:

Пришел другой – и я не виновата,

Что я любить и ждать тебя устала.

В городском саду «Динамо» это танго играли обязательно, играли его от западных до восточных окраин и от Кушки до Крайнего Севера – такова его была популярность в нашей стране.

Сколь своеобразна и консервативна музыкальная культура Востока, мы знаем, но перед танго и они не устояли. В 60-х годах прошлого столетия композитор из Ирана Аль-Акташ Дарис написал «Арабское танго», которое во времена СССР было известно под этим же названием, а также под названием «О светоч грез моих», и исполнял его узбекский певец Батыр Закиров на языке «фарси». Из советских певцов я знаю только Н. Никитского и В. Трошина, которые исполняли это танго на русском языке.

Говоря о необычных танго или необычных исполнениях, я отмечу японское исполнение (предположительно группа «Венчурс») танго на тему арии Надира из оперы «Искатели жемчуга», музыка Бизе.

Незадолго до смерти В. Трошин спел и записал танго на есенинскую тему, которая является благодатной почвой для романсов, «Пускай ты выпита другим», которое практически неизвестно рядовым слушателям, и которое проходило по коллекционному каналу «Великие исполнители XX века».

А закончить хочу тем, с чего и начинал – с танго «Брызги шампанского». Я долгое время не мог найти автора этой мелодии. В конце XX века я отыскал наконец-то имя – Хосе Мария де Люкьеси (29.03.1897 – 10.02.1989 г.), который и написал это танго и впервые сыграл его с небольшим оркестром в 30-х годах прошлого столетия, и этим прославил себя на века.

Большинство упомянутых в очерке произведений есть в коллекции автора в оригинальном исполнении.

г. Златоуст

Tags: ОчеркProject: MolokoAuthor: Волков Владимир