Почему россияне отказываются понимать, что Украина с ними воюет

25 December 2020
Украина хотя бы чётко определяет свои цели - победить Россию и получить от этого выгоду
Украина хотя бы чётко определяет свои цели - победить Россию и получить от этого выгоду

В украинской пропаганде всё чаще встречается словосочетание «российско-украинская война». Это более широкое понятие чем распространённый термин «гибридная агрессия». Под последним на Украине понимают аннексию Крыма, вмешательство России в события на Донбассе и во внутренние украинские дела, как это видится местным представителям власти, политикам и общественным деятелям.

О войне говорят, когда хотят подчеркнуть принципиальный, непримиримый и даже исторический характер противостояния Украины с Россией. Украинской пропаганде удалось создать хотя и исторически ложную, но цельную и убедительную для малообразованной части населения версию последних более чем трёх с половиной веков украинской истории. Отдельные случаи противоречий между русским и украинским (великорусским и малороссийским) народами максимально выпячиваются, а важнейшие исторически неизбежные и достоверные процессы интеграции замалчиваются.

Официально термин и сама война украинским государством не признана из соображений политической конъюнктуры и экономической целесообразности. Ведь Россия остаётся вторым по значению после Китая экономическим партнёром Украины. Да и открыто воевать с РФ Украина совершенно неспособна. Несмотря на это, при Петре Порошенко термин «российско-украинская война» употребляли в устной речи высшие руководители государства вплоть до президента. При Владимире Зеленском ситуация почти не изменилась. Так, совсем недавно министр иностранных дел Дмитрий Кулеба употребил это словосочетание, добавив, что страны останутся врагами, даже если в России поменяется президент.

Украина собралась в поход

Все действия официального Киева в отношении России носят откровенно враждебный характер. Раньше это называлось холодной войной: военный уровень пропаганды, когда дозволена любая дезинформация, экономическая конфронтация, задействование спецслужб, военные столкновения в локальных конфликтах.

Реперными точками, на которых строится пропагандистское освещение этой вражды, является факт перехода Крыма под российскую юрисдикцию и не столь явное, но также неоспоримое российское вмешательство в события на Донбассе. В этом регионе происходят явные боевые столкновения украинских вооружённых сил с отрядами непризнанных республик, фактически являющимися российскими прокси. Причём инициатором боестолкновений в подавляющем большинстве случаев выступает именно украинская сторона.

В экономике официальный Киев проводит последовательный курс на разрыв связей с Россией, не обращая особого внимания на интересы собственных хозяйствующих субъектов.

Конечно, кооперация частично остаётся, переходя в теневую сферу. Кое-какие товары находят лазейки и просачиваются. Так, известный украинский производитель качественных кетчупов и майонезов "Чумак" продает свою продукцию в России под белорусской маркой АВС. Но многие связи действительно оборваны, особенно в секторе реальной промышленности.

Украина проводит тотальную торгово-экономическую и частично транспортную блокаду Крыма. Водная блокада – перекрытие поставки воды по Северо-Крымскому каналу – привело к чрезвычайной экологической ситуации на полуострове, включая нехватку воды для населения. Власти, а особенно – радикально-националистическая (что тождественно русофобской) часть украинского политического класса и общества очень гордятся этим, считая важной «перемогой» в войне с Россией.

Киевские власти используют все доступные международные дипломатические и юридические рычаги для того, чтобы вредить России где только можно. Антироссийские демарши в ООН, парламентской ассамблее Совета Европы, интриги в рамках Нормандского формата при покровительстве Франции и Германии, поддержка и инициация антироссийских санкций, успешные судебные процессы против Газпрома, битва за скифское золото в Амстердаме, аресты (большей частью, но не всегда, формальные) российских судов и самолётов за посещение Крыма, совместные военные маневры с США и Великобританией явно антироссийской направленности – это список можно продолжать очень долго.

Украинские спецслужбы активно проводят диверсионную работу уже не только против ЛНДР, но и уже непосредственно на территории России. Причём если в 2016-2017 годах их действия пресекали на начальных стадиях (например, знаменитая перестрелка в Крыму в августе 2016), то в 2020 – только на завершающем этапе (дело о лжевагнеровских наёмниках в Белоруссии, два похищения бывших бойцов ДНР в России).

Внутри Украины проводится тотальная зачистка любых пророссийских настроений. Политики и партии не то, что выражающие симпатии к России, а просто не проявляющие высокого градуса русофобии подвергаются общественно-политическому прессингу, а подчас и уголовному преследованию. Антироссийская пропаганда в СМИ, тон которой задают управляемые с Запада издания, действует по новейшим методикам и достигла больших успехов: среди населения недружественное отношение к России и русским неуклонно растёт.

И хотя русофобский дискурс Украины во многом навязывается и курируется извне, он очень удачно наложился на историческую русофобию жителей западноукраинских областей, с 2014 года играющих несоразмерно большую роль в управлении государством и формировании культуры общества.

Этот курс объективно самоубийственный, однако он построен на достаточно цельной и крепкой, пусть и абсурдной, идеологической концепции. Её базовый принцип – «Россиянин - твой враг, он угнетал тебя триста пятьдесят лет, убей его и получи добычу». Эта дикая, людоедская идея, тем не менее понятна малообразованным слоям населения (которых в результате деградации образования становится все больше) и притягательна своей простотой и кажущейся выгодой. Поэтому она выступает хорошей базой для мобилизации всех русофобских сил общества.

Можно сколько угодно говорить о бредовости подобной идеи. Однако несомненно, что нынешние киевские власти и поддерживающая их часть общества искренне стремятся к её воплощению. Идеи озвучены чётко и понятно, цели поставлены, к их достижению прикладываются все усилия. А поскольку пророссийский дискурс на Украине окончательно маргинализировался, можно безошибочно говорить, что нынешняя Украина объявила России неофициальную войну.

Почему Россия не пришла на войну и насколько это хорошо

С российской стороны видится совсем иная картина. Главное в ней – Россия не признаёт войну с Украиной. Ситуацию хорошо описывает широко распространённый Интернет-мем «Россия на войну не пришла», тиражируемый в десятках текстовых и визуальных вариантов.

С такой концепцией, кажется, большей частью согласны как элита, так и народ. Концепты «братских народов» или, менее радикально, дружественных стран до сих пор звучат как из уст руководителей страны на официальном уровне, так миллионами гуляют по социальным сетям и СМИ. Доходит до абсурда, когда, например, Министерство обороны РФ разместило заказ на новогодние елочные игрушки на украинской фабрике, что вызвало шок у украинских патриотов.

В самом общем смысле в российском общественно-политическом дискурсе доминирует следующая концепция: "На Украине временно в результате какого-то недоразумения к власти пришла недружественная политическая группировка. Она покажет народу свою несостоятельность и уйдёт с политической сцены, и российско-украинские отношения снова сами собой наладятся."

Надо ли говорить, что с действительностью это не имеет ничего общего. С 1991 года градус русофобии на Украине неизменно нарастал с периодическими небольшими ремиссиями. В конце концов к 2014 году было построено предельно русофобское националистическое государство, имеющее несколько внутренних и внешних уровней предохранения. Какими-то выборами (и вообще – игрой по установленным правилам) изменить эту политическую систему нельзя. Что, собственно, и продемонстрировали сами поборники этой системы. На пути к своему торжеству они совершили два антиконституционных государственных переворота – в 2004-2005 и 2013-2014 годах.

Часто говорят, что, мол, России нечего бояться украинской вражды. Пусть Моська лает на слона, Воронеж же не бомбят. Это было бы правдой, если бы Моська была одна. На самом же деле Украина находится под прикрытием Запада и работает главным раздражителем России в рамках стратегии перенапряжения сил. Запад инициирует конфликты по периферии РФ, желая вынудить её растратить усилия на их локализацию и тем ослабить. В последний год эта стратегия внедряется особенно активно. Проблемы возникли в Киргизии, Белоруссии, Нагорном Карабахе, Молдове, не говоря о вечно проблемной Украине.

И у российского руководства нет общего подхода к решению этих проблем. Предложенная в 1991 году схема независимых, но дружественных государств, не работает. Россия может сколько угодно задабривать русофобские периферийные режимы и игнорировать их враждебные выпады, но это не меняет их антироссийского курса. Они ведь независимые. А на самом деле – зависимые от недругов или опасных союзников РФ.

Военная мощь при пассивном подходе почти бесполезна. СССР был в своё время несравнимо сильнее нынешней РФ как в военном, так и в экономическом отношении. Однако не устоял под давлением внутренних и внешних вызовов. Сейчас ситуация в России и вокруг неё до боли напоминает конец 1980-х – начало 1990-х годов. Вплоть до буквальных совпадений, вроде конфликта в Нагорном Карабахе. А российское руководство как бы подражает действиям советского: замораживание, а не решение конфликтов при накапливающемся ворохе внутренних проблем.

В практическом смысле ответы РФ на выпады, в частности, со стороны Украины крайне нерешительны. Это малозначительные персональные санкции, противодействие в официальных международных инстанциях, в том числе в судах, в рамках так называемого международного права. Во внутренней украинской политике, как кажется, Москва опять сделала заведомо проигрышную ставку на крайне непопулярного на Украине Виктора Медведчука, провалившего все свои политические проекты.

Отдельно стоит поддержка непризнанных республик Донбасса. Но и она носит крайне нерешительный характер. Вместо того, чтобы открыто заявить о своем праве поддерживать русских на Донбассе, Москва продолжает глупо отрицать свое участие в этом конфликте.

Даже российские спецслужбы и правоохранительные органы, показавшие высокую эффективность в противостоянии исламскому терроризму, в частности, на Северном Кавказе, как будто испытывают когнитивный диссонанс. Их сотрудники как бы не могут уразуметь, что их противником стали соответствующие органы близкородственного славянского народа.

Причины такой слепоты государства и общества кроются в основах современной России. А именно – в отказе от доминирования на пространстве пост-СССР в обмен на право для элиты приватизировать национальные богатства и встроиться в западное сообщество. Запад, конечно, своей части сделки не выполнил – его полноценным членом РФ не стала. Более того, он продолжает добиваться дальнейшей дезинтеграции России, не удовлетворившись распадом Советского Союза. И Украина в этой стратегии является важнейшим звеном.

Принять эту правду российская элита не может – ведь тогда попросту исчезает смысл её существования.

Отсюда проистекает нерешительность российского руководства – откровенная вражда или даже война с Украиной будет крайне негативно воспринята на Западе. И приведёт уже к явной изоляции российской элиты. Российское общество, преимущественно стремящееся только к материальному благополучию, тоже не рвётся ни с кем враждовать.

Отсюда отсутствие чёткой позиции в отношении Украины, принятие неработающих идей и концепций и проведение половинчатых действий. Например, шесть лет Россия продвигает мертворождённые Минские соглашения, не в силах ни отказаться от них, ни заставить Украину их выполнить.

Поэтому на Украине для россиян нет русских - ведь их пришлось бы защищать - а есть только плохие и хорошие украинцы, которых показывают на скандальных телевизионных ток-шоу. Но эта пропаганда работает слабо, так как ни к чему не призывает. Ну есть нехорошие бандеровцы - дальше-то что с ними делать? Ответа пропаганда не даёт.

Однако неявка войну не означает того, что её нет. Для развязывания войны достаточно желания лишь одной из сторон – это аксиома. Игнорирование враждебных выпадов и игра в поддавки с агрессивно настроенным противником ничего хорошего не обещает. Украинский гнойник сам собой не рассосется, как бы всем этого не хотелось. А дальнейшее неизбежное снижение уровня жизни только еще больше мобилизует украинское общество.

Ситуацию могла бы, хотя бы частично, выправить активная информационная работа в направлении Украины. Однако современное российское государство, по всей видимости, на это просто неспособно.

Федор Сумченко, Монитор UA