Малый Палашевский: бани, рассол, поэзия

То ли раньше правда посветлее было, то ли сказывалась сентиментальность, но поэт Аполлон Григорьев утверждал, что жизнь в Малом Палашевском переулке ему представлялась «залитою каким-то светом». Который потом его сюда манил и вызывал сердечный трепет. Поэты, что с них взять.

Ровно к тому же дому № 6, что вызывал у Григорьева нежные детские воспоминания, только построенному заново, стекались и другие энтузиасты, предвкушая и настраиваясь: с 1889 года в двухэтажном здании располагались Тверские бани. На первом этаже — номерные, на втором — семейные и мужские дворянские. Конечно, в Москве в этом деле лидировали знаменитые Сандуны. О их роскоши и разнообразии услуг ходили всевозможные рассказы, и каждому хотелось войти в избранный банный круг. Но для души многие предпочитали те же Тверские бани, попросту — Палаши. К таким относился и Гиляровский, который объяснял свои предпочтения так: «...рядом с банями была лавчоночка, где народный поэт Разоренов торговал своего изделия квасом и своего засола огурцами, из-под которых рассол был до того ароматен и вкусен, что его предпочитали даже прекрасному хлебному квасу».

Поэт Алексей Разоренов был, что называется, непризнанный, известен только романс на его стихи «Не брани меня, родная». А вот рассолом прославился. На этот рассол слетались и другие поэты-самоучки, образуя что-то наподобие творческого клуба, и Разоренов мог безнаказанно и с чувством читать им хоть свои произведения, хоть Шекспира.

Сами по себе Палашевские бани и в советское время не утратили своей нужности и важности. Где еще было мыться жителям многочисленных окрестных коммуналок? Если в квартире даже имелась горячая вода и какой-никакой душ или ванна, помыться толком при наличии десятка-другого соседей не представлялось возможным. А уж о пенных ванных с ароматическими маслами и лепестками роз и кино не показывали. Так что выбор у жителей Бронных и прочих окрестностей был невелик: либо душевые павильоны на Тверском бульваре — они стояли напротив домов № 17 и № 19 до 50-х годов - либо Палаши.

После революции дело Разоренова было продолжено: в доме № 7 разместился Союз литовских пролетарских писателей. Рассола в Союзе не давали. А на месте бань в 80-х открыли первую в Москве прачечную самообслуживания, где ты сам клал белье в барабан и смотрел, как оно стиралось и выжималось, а потом — опа! - становилась чистым. И это было так прекрасно, что по баням даже не очень горевали.