Станция "Спортивная": "Мой спаситель в красном анораке"

Картинками из жизни столичного метрополитена делится Анна Клабуновская-Травина.

Из Новых Черемушек, 1963 - 1969 г. Автор К. Федоров
Из Новых Черемушек, 1963 - 1969 г. Автор К. Федоров

Я езжу в метро с тринадцати лет, с тех пор, когда я сама, без вмешательства со стороны родителей, перешла в другую школу. Почему и как – это отдельная история, данное повествование о другом. Раньше моя школа находилась рядом с домом – в семи минутах ходьбы по тихому и тенистому кварталу пятиэтажек в Черемушках, а теперь в пути до станции "Сухаревской" (тогда еще "Колхозной") я должна была пересекать Москву и целых двадцать минут находиться в вагоне метро, а со спусками, подъемами и ожиданиями - двадцать пять.

Время в вагоне туда я использовала обычно для подготовки домашнего задания по устным предметам – просматривала учебники по географии или истории. Иногда на коленях рисовала контурные карты. Оттуда я возвращалась часа в три, четыре или позже – если болталась после уроков возле школы. В эти часы народу в поездах было мало, что сейчас трудно себе представить, и мне очень нравилось наблюдать за пассажирами. Потом были студенческие годы, работа – и опять метро.

Станция "Колхозная" ("Сухаревская"), 1970-е. Источник Госкаталог. РФ
Станция "Колхозная" ("Сухаревская"), 1970-е. Источник Госкаталог. РФ


Это случилось в конце второго курса, в летнюю сессию. Я ехала на экзамен по минеральному сырью. Предмет был интересный и сложный, мы делали лабораторные работы с минералами, определяли сингонии кристаллов и расписывали их формулы. Лекции и семинары у нас вела замечательная женщина и талантливый педагог – доцент Эрика Яковлевна Гурьева. К экзамену я готовилась трепетно, и, как всегда, написала целый ворох шпаргалок в формате тетрадного листа. Они назывались «бомбами». Не для того, чтобы списывать, а «чтобы грели карман и душу».

Так вот, выхожу я на станции метро «Спортивная», делаю шаг из вагона, и вдруг мой старенький дипломат на сломанных замочках открывается, и все его содержимое вываливается прямо в щель между поездом и платформой. Поезд уезжает, а я стою и тупо смотрю на разнесенные вихрем по рельсам тетрадные листочки – труды моей подготовки к экзамену. И тут вижу боковым зрением, как какое-то красное пятно спрыгивает на рельсы. Парень в красном анораке быстро, ловко собирает все мои листочки, выпрыгивает обратно, сует мне этот ворох в руки и бежит вверх по эскалатору на выход.

На эскалаторе, 1972 г. Источник: Красная Пресня. М., 1975
На эскалаторе, 1972 г. Источник: Красная Пресня. М., 1975

Все произошло в течение минуты, а может быть и меньше. В тот момент, когда он был внизу, какая-то бабка заголосила: «Ой, девка, стерва, что ж ты с парнем делаешь! Ты ж на смерть его посылаешь!» Знала бы она, что я вижу его впервые. Парень убежал, только красный анорак и белобрысая голова мелькнули на выходе, я спешила за ним, чтобы поблагодарить, хоть бы имя его узнать. Но не успела. И каждый раз, когда я вспоминаю эту историю, посылаю благодарность моему таинственному спасителю, моему герою в красном анораке. Дай Бог ему здоровья и счастья на долгие годы!

Альберт Филозов
Альберт Филозов

Студенческие годы. Мы с подругой Олей Гольштейн спускаемся на эскалаторе в метро «Фрунзенская», возвращаемся домой с занятий. Я стою на пару ступеней ниже Ольги, к ней лицом и спиной по ходу движения. И вдруг замечаю, что прямо за ней стоит известный артист Альберт Филозов в кепочке и темных очках. Я тихо шепчу подруге :«За тобой стоит Филозов». Она с недоумением смотрит на меня и, оборачиваясь, громко спрашивает: «Какой еще философ?». Филозов улыбается, а мы смущены.

Делитесь своими историями! Почта emka3@yandex.ru