Почему замалчивали роман патриарха советской фантастики и проводили обыски в его доме после смерти

34k full reads
62k story viewsUnique page visitors
34k read the story to the endThat's 55% of the total page views
3 minutes — average reading time
Иван Антонович Ефремов в своём кабинете
Иван Антонович Ефремов в своём кабинете
Иван Антонович Ефремов в своём кабинете

Недавно я написал статью о нелёгкой судьбе романа Ивана Антоновича Ефремова "Час Быка", истоках его создания, изданиях разных лет и, конечно же, об иллюстрациях, ведь Музей Будущего - это проект, в первую очередь, о фантастической живописи.

Многие читатели с недоверием отнеслись к факту запрета романа, ведь, по их воспоминаниям, "Час Быка" не запрещался, и его спокойно можно было прочитать в библиотеке. Откуда же информация о запрете и 18-летний перерыв в изданиях? И связан ли с этим обыск, проведённый в доме писателя после его смерти? Скажу сразу: я хочу разобраться, как дело обстояло на самом деле, а не ищу сенсации.

Почему замалчивали роман патриарха советской фантастики и проводили обыски в его доме после смерти

Был запрет или не был?

Может, это действительно легенда или чья-то выдумка? Зачем запрещать фантастический роман, в котором критикуется коммунистическая верхушка Китая и нет ни одного очевидно выпада в сторону КПСС? Я начал поиск с сайтов, посвящённых жизни и творчеству писателя. На i-efremov.ru среди фактов о творчестве писателя читаем:

После первой публикации роман был запрещен, изъят из библиотек и не переиздавался до конца 80-х годов.

В книге тризовца А. Ф. Сайфутдинова целая глава посвящена техническим предвидениям Ефремова, читаем там:

С романом "Час Быка" связан еще один удивительный прогноз И.А. Ефремова. В 1971 году он предсказал, что роман станет обычным лет через пятнадцать. Так оно и случилось: лишь в 1987 году сняли запрет на упоминание и переиздание романа!

В статье о биографии писателя в журнале Русский Мир есть эмоциональный абзац о "Часе Быка":

Советская власть разглядела в книге свой портрет по принципу "на воре шапка горит" и отреагировала запретом: книжное издание 1970 года (до этого роман выходил в журнале "Техника — молодежи") стало последним при социализме, в следующий раз "Час Быка" увидел свет только в 1988 году.

В статье критика выдвигается гипотеза, что инициатором замалчивания был Ю.В. Андропов в бытность свою председателем КГБ. В подтверждение приводятся воспоминания В. Н. Ганичева, директора "Молодой гвардии".

Издательство "АСТ" в биографической статье также говорит о запрете со стороны КГБ.

Можно ли доверять этим источникам и считать их весомыми аргументами в споре о судьбе романа? Я решил копать так глубоко, как только получится.

Иллюстрации Галины Бойко и Игоря Шалито для издания 1970 года
Иллюстрации Галины Бойко и Игоря Шалито для издания 1970 года
Иллюстрации Галины Бойко и Игоря Шалито для издания 1970 года

Мнение знатоков

В поисках авторитетных мнений я написал участникам Ефремовских чтений, знатокам творчества Ивана Антоновича, и получил два ответа:

Достоверной информации по вопросу запрета романа "Час Быка" практически нет по одной причине. Централизованного запрета на государственном уровне как такового не было. Было замалчивание. Изъятие романа из библиотек если и было, то по инициативе на местах. Если и есть документы, то они, скорее всего, недоступны исследователям, потому что не рассекречены до сих пор, просто потому, что не разобраны. Если вообще не уничтожены как не представляющие ценности.

И второй комментарий:

Информации, действительно, мало. Вероятно, власти избегали ненужных ассоциаций и решили "замолчать" роман. О событиях, последовавших за выходом книги, в своё время рассказывала Надежда Владимировна Бойкó.
Почему замалчивали роман патриарха советской фантастики и проводили обыски в его доме после смерти

Н.В. Бойко — кандидат исторических наук, ученый секретарь редколлегии серии РАН «Научное наследство», которая для I Международного симпозиума "Иван Ефремов - учёный, мыслитель, писатель" (1997 г.) подготовила подробный материал о судьбе романа с цитатами записок официальных лиц и комментарием Т.И. Ефремовой, последней супруги писателя. В статье цитируется письмо Ивана Антоновича секретарю ЦК, курировавшему вопросы культуры:

Журнал «Молодая гвардия» ... подвергается суровой критике (на мой взгляд преувеличенной). В числе ошибок редакции... считают и опубликование моего романа. Некоторые люди усмотрели в романе опорочивание нашего строя. ...Разумеется, «Час Быка» — очень сложный роман, и одной из его главных целей была критика маоизма, который, как известно, использует опыт коммунистического строительства в нашей стране, искажая и выворачивая его в своих целях. И очень плохо для критики, если изображение будущего строя, смоделированного по маоистскому Китаю плюс гангстерскому монополистическому капитализму, она принимает за какое-то изображение нашего строя!

Пожалуй, это самый весомые аргумент, которым мы располагаем сегодня. По поводу изданий: с 1970 по 1988 роман не издавался. Его не включили в трёхтомное собрание сочинений "Молодой гвардии" 1975 года (скачать и удостовериться), но включили в пятитомник 1989 года.

Обыски после смерти

Здесь сенсации не будет. Дело завели вскоре после смерти Ивана Антоновича и провели в его доме тщательный обыск. Формально - из-за странных обстоятельств смерти, на самом деле проверяли его связи с иностранной разведкой. Обстоятельства дела подробно рассказал полковник КГБ в отставке В. Каталиков, который вёл дело Ефремова после его смерти. Он также упоминает об искусственном вакууме, созданном вокруг писателя из-за того, что кому-то не понравились его идеи. О деле также пишет Н.В. Бойко.

Вывод

Читали "Час Быка" свободно, и у большинства читателей не могло возникнуть мысли о запрете, т.к. роман не изымали из всех библиотек. Эта история не делает Ефремова диссидентом или борцом с режимом, но кое-что говорит о неготовности партийного руководства даже к намёкам на критику.

Ещё ссылки: 1) об обысках и эпиграфе к "Часу Быка", 2) о переписке И. А. Ефремова, 3) об обстоятельствах обысков.

Всех, кто хочет спорить, призываю оставаться вежливыми, как того хотел бы сам писатель, и приводить аргументы. Я открыт к разным мнениям, выраженным конструктивно и хочу приблизиться к истине, а не навязать одну точку зрения.

Иллюстрации Галины Бойко и Игоря Шалито для издания 1970 года
Иллюстрации Галины Бойко и Игоря Шалито для издания 1970 года
Иллюстрации Галины Бойко и Игоря Шалито для издания 1970 года