Хронический Алкоголик

This article contains information about products that may be harmful to your health.
8 May
804 full reads
5,1k story viewsUnique page visitors
804 read the story to the endThat's 16% of the total page views
14,5 minutes — average reading time

(18+) В этой статье привожу более-менее подробное описание неких свойств, проявлений, характерных для хронических алкоголиков.

Как показала практика, тема алкоголизма — действительно Бесконечная, как Бездонная.

Точно такая же Бездонная, как гигантская ёмкость с алкоголем, которую алкоголик пытается Испить, но этому «горшочку» нельзя сказать «Горшочек, не вари!».

Фото автора
Фото автора
Фото автора

Когда впервые пробовала записать протокол консультации с клиентом – хроническим («законченным») алкоголиком, то «поймала» себя на том, что «не могу остановиться».

После каждой сессии текст всё расплывался и расплывался, обрастая новыми подробностями, которые как будто обязательно следовало записать максимально подробно, максимально скрупулезно и как будто «нельзя было» оторваться от записи, пока не настанет некая «точка», которая не наставала.

Если по «обычному клиенту» протокол мог состоять из пары слов или пары фраз за сессию, то по «законченному алкоголику» текст после каждой сессии как будто не мог быть ограничен, записанное измерялось несколькими страницами, а сам процесс «писания» можно было лишь не завершить, а прервать, как тот самый ремонт.

Эти контрпереносные ощущения немало меня удивили и по-началу даже заинтриговали. Но тут я «вспомнила» про супервизии.

Разумеется, все мои контрпереносные ощущения затем подтвердились (см.далее). При этом я пришла к выводу, о котором и так знала «в теории»: хронический алкоголизм не лечится исключительно психоанализом.

Хронический («законченный») алкоголизм — это комплексное явление, «сложно сочиненное», возможно, что и «самое комплексное» из известных.

Хроническим алкоголиком должны заниматься и врачи общей практики (которые «про здоровье в целом»), и врачи-специалисты (психиатры, наркологи), и психоаналитики.

То есть проблему алкоголизма невозможно решить «одним методом» – не потому, что какой-то из методов «плохой», а потому, что никакой из методов в данном контексте не является достаточным.

...Если, конечно, таковой клиент вообще придет в работу (что – редкость редкостная).

Благо, если поможет «один специалист», но, на мой взгляд, такой результат – счастливое исключение или совпадение, но не правило.

Любой и каждый метод (если это единственный применяемый метод) для хронического алкоголика – это упрощение, которое можно интерпретировать, как обесценивание (в итоге получаем шанс ре-травматизации, еще даже не начав работу).

Забегая вперед, обозначу некий алгоритм для хронических алкоголиков, которые готовы «уже сдаться на поруки»:

  • сначала и обязательно – полное или максимально возможное медицинское обследование на предмет выявления соматических заболеваний ради понимания, а что, собственно, происходит внутри тела;
  • госпитализация (не амбулаторно, а именно «на пару-тройку недель в стационаре») в наркологическое отделение клиники неврозов (не путать с психиатрической больницей), – ради «первичного разгребания» накопившегося;
  • обращение к личному психоаналитику, – скорее всего на постоянной или длительной основе, ради НеБросания самого себя (ни в какой, даже самой лучшей клинике неврозов, не дадут необходимого объема работы, на это нет ни методов, ни времени).

Да, всё это не только значительно затратно по времени, но и требует значительных финансовых вложений. Но выбор здесь невеликий: или, простите за прямоту, мучительная/ нелепая смерть, или алкоголик таки займется собою по-настоящему.

Другое дело, что одна из целей хронического алкоголика – «убить себя, не приходя в сознание» (а вовсе не Жить), но об этом – далее...

1. ТЕРМИНЫ И ПОНЯТИЯ

Определимся, – кто является «хроническим алкоголиком», и чем таковой отличается от «просто пьяницы»?

Многие специалисты не согласятся, но отличия есть.

Многие специалисты действительно уверены, что «бокал вина во время обеда» – это прямой и обязательный путь к «смерти в придорожной канаве». Не буду здесь разворачивать такой тезис, по этой теме можете посмотреть вот эту статью, например.

Здесь замечу лишь так: если человек считает, что «бокал вина во время обеда» или «рюмочка водки за ужином» является для него проблемой, то это так и есть. И такую проблему надо решать, помогая такому человеку.

Но, как говорят, всё познаётся в сравнении.

Исходя из того, что я наблюдала и наблюдаю в своей практике, реальная и действительно чудовищная проблема – это «утро, начинающееся с бутылки коньяка вместо завтрака» и/или «каждый вечер – по 0,5 крепкого напитка».

Опустим иное, о котором речь пойдет дальше:

  • «просто пьяница» – тот, кто употребляет алкоголь, но при этом может контролировать его количество (или имеет фантазию о контроле), при этом употребление алкоголя не является препятствием для жизни, осуществления социальных функций (для работы, бытовой деятельности, близких отношений, например); такой пьяница может вполне успешно посещать психоаналитика, поддерживая себя в определенных рамках и до наступления (или нет) неких своих изменений, и при этом он может быть «полноценным членом общества» на протяжении десятков лет;
  • «хронический алкоголик» – тот, кто употребляет алкоголь «вместо еды», не может контролировать количество (или есть фантазия контроля при постоянном увеличении дозы), при этом употребление алкоголя значительно влияет на жизнь, на осуществление социальных функций (например, «после употребления не хожу на работу минимум один день», «часто меняю место работы потому, что из-за прогулов на фоне употребления алкоголя меня увольняют»);
  • «просто пьяница» употребляет алкоголь исключительно для (какого-либо) удовольствия (как «ощущает и осознает удовольствие»), а «хронический алкоголик» давно забыл «для чего и зачем он пьёт» (либо «помнит», но обоснование давно перестало быть реальным, осознанным, например «каждый вечер выпиваю значительную дозу крепкого напитка для того, чтобы заснуть», «а я и не знаю точно – чего это я бухаю постоянно!?»).

2. РОДИТЕЛИ АЛКОГОЛИКА

У каждого первого хронического алкоголика – проблемные родители.

При этом в большей части (наблюдаемых мною) случаев алкоголик не осознает и/или отрицает «проблемность» родителей.

Часто родители являются «неприкасаемыми» ни при каких обстоятельствах, их «нельзя обсуждать».

В абсолютном большинстве случаев приходится достаточно долго ждать хоть какого-то рассказа о родителях, при этом любых провокаций или прямых вопросов о родителях приходится избегать, так как зачастую они вызывают агрессию и/или длительный отказ от разговора о родителях, другое сопротивление вплоть от отказа от анализа («Меня спросили про папку с мамкой! Ужас! Я больше не приду!»).

Либо рассказы о родителях являются крайне скудными, как «родители есть, но их как будто не было и нет» и/или «о родителях можно говорить лишь кратко и в положительном ключе» (как о покойниках – «либо хорошо, либо ничего»).

На самом деле это «отсутствующее присутствие» или «присутствующее отсутствие» родителей обозначает вот это: родителей настолько «много», они настолько управляют личностью алкоголика, алкоголик настолько мощно захвачен родительскими интроектами, что попросту не замечает такого захвата, как никто из нас не замечает ежедневных закатов и восходов солнца.

Закаты и восходы «просто есть», и они настолько привычны, что проходят мимо нашего внимания.

Как человек не замечает укуса впившейся пиявки из-за вещества, которое та впрыскивает, чтобы жертва не заметила внедрения, так и алкоголик не замечает внедрения в себя (чего-то/ кого-то) Чужого. Но, если пиявка насытится и сама отвалится, то «чужой паразит» остаётся внутри алкоголика либо очень надолго, либо навсегда.

Возможно, поэтому алкоголику приходится постоянно впрыскивать в себя «другой яд», чтобы хоть как-то «контролировать» свои мучения, как классическое: «Голова с утра болит? Так это потому, что я вчера принял на грудь, а не потому, что меня разрушают внутренние проблемы. Чтобы ни в коем случае не разбираться со внутренними проблемами, я буду бухать и бухать далее».

Плен родительских интроектов является настолько обыденным, что не может восприниматься, как нечто чужеродное, назначенное, разрушающее, да и вообще – в качестве Другого/ НеСвоего/ Отдельного.

Напомню, что мы становимся взрослыми тогда, когда осознаем, что наши родители — это Другие Взрослые (и никак иначе).

Таким образом, будет корректно сказать, что хронический алкоголик никогда не взрослеет по-настоящему.

Иногда даже одного факта в анамнезе (об истории с родителями) достаточно для вывода о хронической инфантильности (в каком возрасте алкоголик застревает навсегда, можно выяснить в процессе длительной работы).

Даже, если алкоголику изредка удаётся «наехать» на родителей, он мгновенно вваливается в чувства вины и стыда (которые может не осознавать и может отрицать чувства вины и стыда, которые испытывает Сейчас и Здесь), и вновь заливает эти чувства очередной порцией алкоголя.

А нередко обходится даже без «наезда» – простое упоминание родителей, даже в традиционном «положительном ключе», приводит к очередной порции алкоголя.

При этом сам алкоголик даже отдаленно не понимает причин – почему ему прямо сейчас захотелось «принять на грудь», и он, если захочет, найдет любую другую причину, кроме «я захотел выпить просто потому, что сейчас вспомнил родителей».

При всём описанном не наблюдала особого значения — кто из родителей является «наиболее проблемным» – мать или отец, или оба родителя. В любом случае, кроме прочего, у алкоголика присутствуют серьезные проблемы в отношениях с «противоположным полом».

При этом, если проблемным является отец, то мужчина-алкоголик будет иметь серьезные препятствия для полноценных и здравых отношений «с женщинами» точно так же, как если бы наиболее проблемной являлась мать.

Таким образом, можно предположить, что родители алкоголика «сами не определились в своей половой идентификации».

Не всегда, но чаще – если у «не алкоголика» относительно и достаточно четко можно различить «вот это – от мамы, это — от папы» (как Мужское и Женское), то у хронического алкоголика «концов (сразу) не найти», так как зачастую отец «без яиц» и/или имеет все признаки «истеричности по женскому типу» (как «неМужчина»), а мать является «обладательницей» мужского полового члена, например.

Да, такие нюансы могут быть выяснены в процессе личного анализа или длительной личной психотерапии, но первичным является сам факт: с родительским Мужским и Женским есть мрачный «половой бардак».

{Был совсем удивительный и вместе с тем характерный (для хронических алкоголиков) случай: формально родительская семья была и остаётся полной, со стороны социума — вполне успешной (как «нормальной»), при этом Мать — классический манипулятор истероидного типа на грани «самодурства», Отец (по косвенным данным и контрпереносным ощущениям) как будто вообще не имеет Мужского, но в отличие от «громкой» Матери, скрытный и тихий (как «в тихом омуте черти водятся»). То есть у клиента было (и есть) как будто Две Матери (а не Мать и Отец). После первой консультации у меня остался один гигантский вопрос: «Как он вообще выжил?»}

Для хронических алкоголиков может быть характерно изрядное подчеркивание свой мужественности, которое не имеет внешних провокаций.

Подчеркивание зачастую случается в неадекватных и странных форматах: Настойчивость подменяется Грубостью, Решимость – Насилием, Уверенность — Требовательностью и «приказным тоном, не предполагающим возражений».

«Домашний тиран» для алкоголика – идеал мужественности, при этом реальной мужественностью «и не пахнет».

...Либо алкоголик частично осознаёт проблемность родителей, как «однажды назначил родителей или кого-то из родителей проблемным, но на этом все разбирательства кончились».

Например, в детстве «еще не алкоголика» случился некий инцидент, когда мать или отец что-то «исполнили»: «Мне было лет шесть, когда мой отец ударил мать, вот с того момента отца для меня больше не существовало» или «Мать забыла забрать меня из детского сада, я плакал, а когда она пришла, то даже не извинилась, с того момента я ей больше не доверял» и подобное.

Дальше самой констатации факта дело не пошло.

Алкоголик «закрывает тему раз и навсегда», ошибочно приняв такую реакцию защиты – единственно верной и главное – достаточной, не осознавая, что этим «раз и навсегда» сам себя загоняет в ловушку длительного разрушения («отравления»/ «токсикоза») изнутри, как если бы он долгие годы чем-то прикрывал мусорный контейнер, пытаясь избавиться от удушливого запаха (вместо того, чтобы освободить и тщательно помыть контейнер).

Вообще привычка «закрывать тему раз и навсегда» весьма характерна для алкоголиков.

Практически ничего вообще они не способны «развить», «пережить» в процессе (во времени).

Любая и каждая проблема (либо то, что назначается проблемой) не может быть разрешённой и разрешимой.

Здесь не столько про «мужик сказал – мужик сделал», сколько про «сказал – отрезал». Любой проблемный процесс просто прерывается.

Прерывание («отрезание») – не что иное, как «попытка убийства» (неудачная при том), сродни страусиному зарыванию головы в песок («если я не вижу проблему, это не только значит, что она не видит меня, но это значит, что и проблемы нет»).

Сюда же относим фантазию и даже некоторую одержимость фантазией об основном и единственном источнике проблем – алкоголе самом по себе.

Алкоголик действительно может верить и верит в так называемую «просушку» и/или в то, что его полный отказ от употребления алкоголя кардинально изменит его жизнь.

То есть он уверен: «Если я брошу пить, то моя жизнь наладится».

Проблема в том, что не наладится, если назначить алкоголь сам по себе основным источником проблем.

Здесь перейдем к следующему пункту…

3. ПОЧЕМУ АЛКОГОЛИК НЕ БРОСИТ ПИТЬ?

Потому, что борьба не с тем и не так, как надо бы…

Сценарий «сказал – отрезал», безусловно, взят из родительской семьи, так было принято в родительской семье.

Быть может, не принято на постоянной основе, но однажды ребенок наблюдал, как «удачно мать/отец решили некую проблему», просто удалив ее симптом или последствия.

Примеров тому можно привести несколько тысяч. Вот лишь некоторые из них…

«В третьем классе был конфликт с учительницей в школе. Родители мгновенно перевели меня в другую школу»…

Родители полностью игнорировали саму ситуацию, не стали разбираться ни в чем вообще, а попросту назначили школу «плохой», переведя ребенка в «хорошую» школу. Кончились ли у ребенка проблемы в школе? Нет. Он просто перестал рассказывать о них родителям, а вот рецепт «сказал – отрезал» («убил последствия, чтобы их не было видно») запомнил.

«У меня умер хомяк, родители срочно купили нового»…

Родители не хотели «травмировать ребенка», лишив его раз и навсегда опыта первого и естественного процесса горевания, а проблема «решилась сама собой» – «Вот тебе новый хомяк». Но нет, не решилась.

Потому, что в дальнейшем «вдруг оказывается», что «новый хомяк» почему-то сам по себе не появляется и, если «убить проблему», то на ее место не приходит Новое/ Другое, а лишь вырастает Старое, но в еще большем объеме.

«У моей матери никогда не было подруг. Однажды она с кем-то поругалась и после этого больше не заводила подруг»…

Мама мощно и технично «отрезала раз и навсегда», лишив себя большой составляющей жизни.

...И многое подобное. Особая пикантность в том, что хронический алкоголик нередко назначает такое поведение и поступки родителей весьма позитивными.

Отцовское «сказал – отрезал» и/или материнское «с глаз долой – из сердца вон» воспринимается алкоголиком, как однозначное подтверждение Силы/ Уверенности/ Воли/ Власти/ Контроля.

Даже, если допустить, что это действительно так (это проявление позитивной Силы), но так было у родителей, и совершенно «не факт», что у ребенка получится так же (хотя бы потому, что когда-то удачное родительское «сказал – отрезал» было случайностью, совпадением обстоятельств, а не чем-то иным или такое «убийство» на самом деле не было удачным).

Получится лишь повторять и повторять это «сказал – отрезал», которое никак не приводит к чуду самопроизвольного появления «нового хомяка».

Ребенок вырастает и оказывается, что его родители больше не могут совершить чудо «мгновенного исчезновения проблемы». При этом ребенок так и остается в этом сценарии: возникла проблема, и кто-то (НЕ Я) мгновенно и просто ее ликвидировал.

Таким образом вся ответственность сначала переносится ребенком на родителя, а затем, в более взрослом возрасте — и на всех остальных.

Каждый, кто когда-либо имел дело с хроническими алкоголиками, прекрасно знает, – насколько фантастически крепко у них развита способность «перевода стрел» (на всё и вся).

Миф об успешности мгновенного и волевого «убийства проблемы» очень плотно врастает в алкоголика.

Миф реализуется так называемыми «просушками», когда алкоголик буквально «закрывается в берлоге» на несколько дней, изолирует себя от мира (см.выше про социальные функции), не ходит на работу, не контактирует с близкими, и один на один сам с собой мучает себя физиологическими проявлениями «ломки».

При этом очевидный вред телу/здоровью отрицается, от медицинской помощи алкоголик может отказаться полностью, воспитывая таким образом в себе Силу Воли (как признака «мужественности», например).

Рассказ о состоявшейся «просушке» сопровождается гордостью за самого себя и преподносится в качестве подвига, как: «Вот видите! Я могу контролировать свой алкоголизм!».

При этом полностью и активно отрицается уже упомянутый вред здоровью, парадоксальность «метода» и логичный образ о ложке меда в бочке дёгтя.

Разумеется, окончание «просушки» празднуется еще более обильными возлияниями («Это просто праздник какой-то!»).

Однажды клиент-алкоголик буквально «завис» на несколько минут после такого диалога:

– Как вам этот процесс («просушки»)?

– Очень-очень тяжело (подробное описание физиологических подробностей)…

– Ок, процесс состоялся. Процесс был тяжелым. Могли бы описать результат этого процесса? Каков результат для вас?

На слове «результат» клиент и «завис». Потому, что «вспомнил» и осознал, что результатом стал «праздник отмечания окончания просушки», а вовсе не победа над собой через мучительное воспитание своей силы воли.

{Граждане алкоголики, если вы желаете «просушиться», делайте это после полного медицинского обследования и при полноценном медицинском сопровождении… Ваше тело, ваши внутренние органы — это не тот волшебный хомячок, который появился после смерти предыдущего хомячка. Оно (изношенное тело и здоровье) так не работает...}

Так или иначе, «просушками» или не ими, но в любом случае хронический алкоголик борется не там и не с тем, с завидным упорством подменяя причины и следствия, сочиняя «авторские методы лечения», отказываясь, зачастую настойчиво и агрессивно, от чьей-либо помощи либо помощь принимается только та, которая удивительно напоминает «воскрешение хомячка».

И здесь мы опять вернемся к инфантильности: алкоголик всё еще, до сих пор вынужден доказывать и доказывать и своим родителям, и самому себе – свою автономность и самостоятельность («закрылся в берлоге от мира»).

Доказывать свою автономность и самостоятельность следует в подростковом возрасте, а не в 30-50 лет. Тем более, что доказывать автономность за счет садо-мазохистического мучения самого себя («просушкой», например) – это более, чем странно (как «назло маме отморожу уши»).

Почему не удалось доказать автономность в подростковом возрасте и как это корректно сделать в возрасте 30-50 лет – это отдельный разговор и процесс для личного психоанализа, а не для «самолечения».

Болезнь на то и болезнь, особенно алкоголизм, – он управляет человеком, он диктует «методы лечения».

В чём различие между самоистязанием алкоголем и самоистязанием «просушкой»? Ни в чем, потому что различий нет. Есть лишь реализуемый миф «сказал – отрезал».

Нет, не утверждаю, что мифология «мужик сказал – мужик сделал, сказал — отрезал» – это основная и единственная причина НеБросания пить. Но точно — история с описанным сценарием наблюдается и каждого первого алкоголика: в родительской семье было принято на постоянной основе или был, как минимум, один, яркий для ребенка, случай «мгновенного решения проблемы».

Второй момент, который обозначила в начале… цитата: «...одна из целей хронического алкоголика – «убить себя, не приходя в сознание».

Так совпало, во время активной работы с клиентами-алкоголиками мы встретились с давним приятелем, с которым не виделись много лет и который, как оказалось, и есть тот самый «законченный алкоголик».

На ловца и зверь бежит. На нём, на этом приятеле, который не являлся моим клиентом, я и «оторвалась» почти по полной программе, позадавав ему прямые вопросы, которые нельзя было задавать клиентам ни в таком количестве, ни в таком качестве, ни в таком контексте.

Во-первых, перерыв в несколько лет общения оказался самым информативным. Я воочию убедилась в реальности ужасов алкоголизма, это было ярко, ведь получилось увидеть его «до» и «после».

У меня было ощущение, если я хоть на секунду «присоединюсь» к этим ужасам, то на одного седого психоаналитика станет больше.

Если «присоединение» даже при приятельском общении анонсировало грустные последствия, то что говорить о влиянии на близких, с которыми хронический алкоголик контактирует каждый день?

Во-вторых, тема «медленного самоубийства» просто «сбивала с ног», хронический алкоголик этим «фонит», как взорвавшийся реактор АЭС. Состоялся примерно такой диалог (значительно сокращаю без изменения сути):

– Ну, хорошо… Вот ты себя медленно уничтожаешь… А что тебе мешает закончить жизнь как бы «по-быстрее» (провокация)?

– Э-э-э, нет. Я еще поживу. Пять лет еще поживу.

На что здесь стоит обратить внимание?

Хронический алкоголик весьма склонен контролировать то, что вообще не подлежит контролю.

Он действительно уверен, что проживет еще ровно пять лет. Ни дня больше или меньше. Ни «еще сколько-то», ни «до пенсии», ни «проживу до ста лет» или «могу умереть хоть сейчас», или хотя бы «как Господь распорядится», а именно — пять лет.

Почему именно пять? До совершеннолетия дочери. Хронический алкоголик уверен, что он «доведет дочь до совершеннолетия».

Характерно следующее: с матерью дочери он давно не живет, алиментов не платит, так как официально не работает, финансовая поддержка дочери – это редкие и весьма символические подачки по праздникам, дочь видит и того реже, сам ей не звонит, но в его сознании главенствует фантазия о «доведении до совершеннолетия».

Все эти вопросы по дочери я у него уточнила, но он как будто даже не понял — о чем и зачем эти уточнения. В его фантазиях он является «полноценным отцом».

Конечно, ведь встретились мы около ресторана, в котором он, собственно, отмечал 13-летие дочери. В окружении своих друзей, с которыми он познакомился около часа назад.

Хронический алкоголик очень символически контактирует с реальностью.

При этом контакт занятно-избирательный: он наизусть знает цены на водку во всех ближайших магазинах, но не знает о том, что не является «полноценным отцом». Он позвонил дочери, чтобы поздравить ее с днем рождения только после того, как я спросила — как часто он ей звонит сам.

И даже здесь хронический алкоголик умудряется перенести ответственность и «оживить хомяка» за чужой счет: за его медленное (как «немгновенное») самоуничтожение ответственность несет не он, а его дочь. Живет-то он «ради дочери» (не ради себя, как следовало бы).

Да, любой отец действительно нужен. Такой, какой он есть. Здесь смысл в том, что такой отец декларирует совершенно не то, что есть в реальности. По факту он так называемый «отсутствующий отец», а в его бреду он «полноценный отец».

Хронический алкоголик вынужден выстраивать и сочинять свою собственную реальность, так как Реальность-то нужна (как некая Опора).

Но он не только не контактирует с реальностью, но и давно забыл — как это делается, разум и восприятие всегда замутнены (то алкоголем, то продуктами его разложения), тут-то как раз и пригождается собственно-сочиненная реальность, в которой он – полноценный отец, прекрасный муж, в которой «все бабы — дуры», а «начальники — идиоты».

Вернемся к желанию жить.

Как ни парадоксально, но выше описанное как раз является признаком желания жить (иначе хронический алкоголик просто однажды «вскрыл бы себе вены»). То есть жить-то хронический алкоголик хочет, только не знает — как это делать.

Почему не знает «как» и как «вспомнить»/ «научиться» жить по-настоящему, – это интимные вопросы для личного психоанализа. Здесь универсальных рецептов нет.

Алкоголик не бросит пить, пока не разберется с… (программа Минимум):

  • мифологией «сказал – отрезал» (любой процесс — это процесс, без монтажных стыков между намерением и результатом);
  • чудесным появлением новых хомячков, осуществленных третьими лицами;
  • неадекватным контролем во всех смыслах и проявлениях;
  • перенесением ответственности за всё и на всех, кроме него самого;
  • причинами агрессии (садизма, мазохизма) в отношении самого себя;
  • причинами агрессии (садизма, мазохизма) в отношении других людей.

Если эту статью читает «законченный алкоголик», то наверняка скажет: «Я не намерен со всем этим разбираться!». Оk, а тогда что вы здесь делаете, и что заставило вас читать статью с таким заголовком?

4. УДОВОЛЬСТВИЕ И ЕДА

Как нам «завещали великие»: удовольствие в нашей жизни — не только средство, но и цель, равно, как не только цель, но и средство.

Вернемся к символическому сравнению «законченного алкоголика» и «просто пьяницы».

Хронический алкоголик, как тот герой старого анекдота про «нового русского», который пришел в магазин, чтобы сдать обратно воздушные шарики, в которых нет технических изъянов, но они «не радуют» (перестали радовать).

Пьяница будет «до последнего» рационализировать, романтизировать ритуал употребления алкоголя. Да, определенные специалисты увидят в этом «нехорошие предпосылки» куда более невеселых процессов.

Но никто не знает — сколько времени продлится эта игра с рационализацией и романтизацией – пару лет или до конца долгой счастливой жизни?

Если первое, то кое-кто прав и выиграл некий спор (возьмите в полки пирожок, ведь вы доказали свою правоту за счет гибели другого человека). Если второе, то тогда — что?

Отметила бы следующее: у пьяницы интеллект на нужном месте, то есть ему есть Чем романтизировать, а вот алкоголику то же самое делать просто Нечем.

Кстати, об интеллекте. Да, в книгах и статьях многократно описаны случаи хронического алкоголизма весьма почтенных граждан с образованием, высоким интеллектом, положением в обществе. Никто не застрахован.

Но в моем опыте разного рода общения я не встречала ни одного (!) хронического алкоголика с высшим образованием, с полноценной собственной семьей, с активной социальной деятельностью.

Могли быть некие, достаточно краткосрочные периоды «беспробудного пьянства», но и при этом никто из переживших такой опыт не может быть назван хроническим алкоголиком (в такой опыт каждый из них, как вошел, так и вышел, пережив его).

Все до единого хронические алкоголики не имеют высшего образования или даже законченного «специального среднего». И что тут первично — не установить, то ли «сначала запил, потому учиться перестал», то ли «и учиться не начинал потому, что планировал стать алкоголиком».

Таки склоняюсь ко второму варианту: предпосылки к хроническому алкоголизму были (см., как минимум, выше — о родителях), у такого человека как будто не было выбора, вопрос зависимости изначально был лишь вопросом времени. Это звучит достаточно жестко, но я не нахожу опровержений этому тезису.

Как известно, в определенном формате и контексте, развитый интеллект – это действительно некая компенсация. Так пусть она будет!

При помощи интеллекта пьяница может многое компенсировать, потому что он «книжки читает», склонен к аналитической деятельности, способен в рефлексии и «деланию выводов».

Этого полностью лишен хронический алкоголик: грубо говоря, он и так запил «не от большого ума», а в быстром времени угасают и отдаленные отголоски интеллекта, сгорают в «алкогольных парах».

У каждого первого хронического алкоголика (за редким исключением) в анамнезе обязательно есть «точка невозврата»: что-то произошло в семье тогда, когда ребенку следовало бы начать или продолжить свое активное интеллектуальное развитие:

  • «...в девятом классе моя мать повесилась. Я перестал ходить в школу. Отец никак не реагировал, он очень тяжело переживал, ему было наплевать на меня, я просто продолжил расти сам, один»;
  • «…я хотела поступать в училище, но отец ушел из семьи, мать слегла, а кормить семью надо было, мне пришлось, как старшей, пойти работать, а потом с учебой как-то не сложилось».

Все такие истории очень и крайне тяжелы, и вернемся к примечанию выше (цитата: «он и так запил «не от большого ума»).

Здесь «ум» вот при чем: ребенок остается (по каким либо причинам) не только один на один с самим собой, но и без даже символической поддержки/опоры со стороны, например, в форме систематического обучения чему-либо, поэтому и в дальнейшем интеллект невозможно использовать в качестве компенсации (обучение здесь могло бы стать некоей «отдушиной», «тихим местом», потенциальным и действительным ресурсом для дальнейшего развития).

Винить и обвинять ребенка, у которого «как-то не сложилось с учебой», не за что, так действительно сложилось, но каждый раз досадно – он так и не смог «победить» брошенность кем-то из родителей, в свою очередь бросив самого себя, а там и до бутылочки «рукой подать».

Взывание к разуму хронического алкоголика бесполезны (потому, что разума нет вовсе, или разум «глубоко спит»).

Как вы считаете, уважаемый читатель, что может побудить реального хронического «законченного» алкоголика на спасение самого себя? И возможно ли такое побуждение?

Вернемся к удовольствию.

Хронический алкоголик не испытывает удовольствия от принятия алкоголя.

Он будет корить себя, подробно описывать, как ему тяжело и в процессе употребления, и после него. Он будет жаловаться, как ему «надоело пить».

При этом он подробно расскажет — что он пьет, сколько в граммах, выложит наизусть весь прайс-лист с ценами на алкоголь, проведет сравнительную характеристику ближайших алкомаркетов, обязательно осудит других алкоголиков, часто сделает это крайне презрительно*

*Проецирует, так как не принимает в себе свой алкоголизм, поэтому выгоднее вложить смыслы в Другого, и в этом другом «уничтожать» свой алкоголизм

Никогда хронический алкоголик не расскажет — чем одна пьянка отличается от другой, кроме случаев, когда кто-то с кем-то повздорил, а потом добавит: «А может это было не в тот раз, я не помню точно».

Хронический алкоголик будет рассказывать о чем угодно, только не о своих чувствах, не об удовольствии (хотя бы от «хорошего коньяка», для него «все коньяки — одинаковые»), все его рассказы будут «вокруг бутылки» и не далее.

«Просто пьяница» сначала расскажет в каком ресторане или в каком лесу проходила встреча друзей, какая была еда, перескажет все новости, которыми поделились участники, сдобрит рассказ парой «смешных моментов» и только в последнюю очередь сообщит а что, собственно выпивали и сколько.

Рассказ пьяницы будет о жизни, о себе, о людях, а рассказ алкоголика будет об алкоголе, перемежаемом жалобами на всех подряд (иногда «для проформы» и жалобами на самого себя).

– Помогите мне, я очень устал пить, я больше не хочу пить…

– А что вы хотели бы делать, если не пить?..

– Не знаю.

– Вы хотели бы узнать, что вы хотели бы?

– Знаете, нет. Я сейчас понял, что мне очень страшно узнать, а что я хочу на самом деле...

...Зачем на еда? Чтобы жить, как известно. Мы едим, чтобы жить.

Поскольку у алкоголика есть серьезные проблемы с желанием жить, то и принимать пищу ему не очень-то надо, ему всё равно – что в себя запихивать – хорошо приготовленную пищу или жидкую отраву, а совмещать то и другое — деньги на ветер.

Тут главное, чтобы запиханное в себя как можно быстрее отвлекло от реальности, отправив тело в придуманную им реальность (там, где алкоголик «полноценный отец» и «все бабы – дуры», где воскресают хомячки и «все психологи – дармоеды»).

Алкоголик редко испытывает удовольствие от принятия пищи, он делит пищу на «закуску» и «не годится для закуски».

Хронический алкоголизм — это не только огромные проблемы для самого алкоголика, его близких и иных контактов/отношений, но и реальный Ад, катастрофа, которые полностью разрушают личность, не дают жить никому и завершаются трагически вместе с жизнью самого алкоголика, который так и не смог, не успел «пожить» (как «и не жил»).

Обращайтесь, если что… (любой город; первая консультация проводится бесплатно).

С уважением, Нечаева Е.А.

Послушать mp3 запись этой статьи (читает автор)

Дополнения к статье на основе комментариев/вопросов читателей (вопрос можно задать в комментариях здесь, под статьей)

1. Комментарий из Яндекс-Дзен:

Комментарий к статье на Яндекс-Дзен
Комментарий к статье на Яндекс-Дзен
Комментарий к статье на Яндекс-Дзен

О помощи...

Уточняю ради справедливости: помогает (сам себе) — всегда — сам человек (клиент), а психоаналитик является лишь посредником («переводчиком») между Бессознательным и Осознанным, таков метод и его рамки.

Нужен ли такой «переводчик» хроническому алкоголику, сможет ли он повстречаться со своим Бессознательным «на сухую» — вот в чем вопрос и основа для возможного успешного процесса/результата личного психоанализа алкоголика.

2. Комментарий с моего сайта:

Скрин комментария
Скрин комментария
Скрин комментария
Цитата: «Хорошо написано, мне все понятно и узнаваемое... Пью с 18 лет. Как выпью, в меня кто-то вселяется, другой человек. Я правильно понял, что вселяются родители?))))»

О «другом» человеке...

Тема интроектов и «вселения» (если придерживаемся такой терминологии) действительно имеет место быть, но не стоит понимать буквально, очень много нюансов, начиная с «определения (субъективных) понятий» и прочего.

Только что выяснилось, что я забыла внести в статью важный момент, о котором вы напомнили: практика показывает, что значимым для хронического алкоголика может стать «новость» о том, что Он-Трезвый и Он-Пьяный — это Один и Тот Же Человек (а не двое, не трое... Разных людей).

Осознание «Нет никакого Другого Меня, когда я пьян. Я-Пьяный и Я-Трезвый — это и есть Я!» может стать, если не базовой, то одной из базовых моментов для дальнейшего позитивного развития событий.

Классика жанра:

  • «Когда я пьян, то становлюсь добрым, всех люблю, могу даже подарить кому-то что-то, лезу обниматься, много шучу, улыбаюсь… Прям сам не свой, ведь когда я трезвый, то очень угрюмый, нелюдимый, необщительный...»
  • «Когда я пьян, то превращаюсь в монстра, проявляю агрессию на пустом месте, могу оскорбить, ругаюсь со всеми, даже до драки иногда доходит… А, когда я трезвый, то самый мирный человек на земле...»

В обоих случаях никто/ничто ни в кого не «вселяется», и никакого Другого не существует в реальности.

Алкоголь просто напросто «снимает зажимы», скажем так, позволяя неким внутренним содержаниям проявиться открыто («Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке», при этом «трезвый/пьяный» — это не два разных человека, но один человек).

Соответственно, дело «за малым»: позволить себе и научиться в трезвом состоянии проявлять то, что становится возможным проявлять в состоянии опьянения.

Другое дело, что процесс такого «позволения и научения» может занять длительное время и не может осуществляться самостоятельно (именно хроническим алкоголиком, который уже сам давно устал от соло/самостоятельного лечения).

Сюда же, как минимум, еще один масштабный вопрос — а зачем и для чего алкоголику эта уверенность в его Раздвоенности?

В такой Раздвоенности (точнее ее кажимости) есть у алкоголика какая-то своя выгода.

3. Здесь будет ответ на ваш комментарий. Комментарий можно дать ниже, под статьей.

Внимание! Все ответы на комментарии читателей собраны здесь, а ответы на самые интересные комментарии уже опубликованы и будут опубликованы в этом Яндекс-Дзен (подпишитесь, чтобы не пропустить).

Обращайтесь, если что… (любой город; первая консультация проводится бесплатно).