Сведения «особой важности» - проект «Марс Наш» (часть 13)

7 March 2019

читать по порядку - здесь

Наконец генерал сбавил обороты и слова обрели смысл:

- Посмотрите на него! Инструкции ему не травятся! Мешают они ему американцев спасать! А знаешь, кто писал эти инструкции?! Молчать!! Я их писал! Я! А знаешь, почему я?! Да потому что изначально их сочиняли фантазеры из академиков, психологов и прочие кабинетные крысы! Ты себе представить не можешь сколько километров нервов я сжег, пока доказывал – настоящая инструкция пишется только кровью! Знаешь, что такое кровь?! Молчать!! Нет пока на Марсе нашей крови, пока нет, поэтому я взял книгу, не очень толстую, но в которой каждый знак препинания, каждая буква, слово, фраза написаны этой самой кровью. Миллионами жизней переплетена! Догадался о какой книге я говорю?! Нет? Устав!

Тебе не приходило в голову почему именно ты занял пост командира и начальника экспедиции в основном составе!? Нет?! А я сейчас объясню. Я наивно полагал, что боевой летчик лучше других знает цену буквы устава!! Сто пятьдесят шесть боевых вылетов! Кто, как не ты должен знать, что такое дисциплина?! Сколько раз, будучи ведомым, ты бросал командира?!! Молчать!!! Сам знаю, ни разу!

Так почему теперь, когда ты командир, ты ведущий, вдруг позволяешь себе подобные выходки?!...

Семен ни разу не попытался вставить слово в генеральскую отповедь. Просто стоял и осознавал: обида, злость, раздражение все ушло. Остались лишь уши, отяжелевшие от прилившей крови, обжигающие щеки жаром стыда.

Так стыдно Семену было лишь однажды, пятнадцать лет назад.

Семен родился в рабочей семье. Отец – токарь на заводе, мать – формовщица, там же. А он с первых дней осознанного существования начал грезить об авиации.

Клеил подели самолетиков, «жил» в авиамодельном кружке, пока чиновники, а может просто финансовый вопрос, не побороли этот «пережиток» советского прошлого и кружок прекратил свое существование. Читал книги о летчиках и, разумеется, учился.

Последнее давалось нелегко. Родители, не глупые, начитанные люди, но в силу своего средне-специального образования, уже к классу шестому мало чем могли помочь сыну с домашними заданиями. Но он справился и смог поступить в летное училище.

С каждым заваленным зачетом, с каждой бессонной ночью перед пересдачей мечта делала маленький шаг ему навстречу. Со всеми неудачами, трудностями он боролся буквально остервенело, что не осталось незамеченным со стороны преподавательского состава. Наконец выпуск и распределение в истребительный авиаотряд.

А через два года случился тот, переломный для Семена, тренировочный полет. Рутина мирной жизни военного летчика. Выполняли парный полет с довольно простой программой. Последнюю кроме того оттачивали до зубовного скрежета на земле с моделями самолетов в руках.

Через десять минут все пошло не так. У СУ-35 Семена сработала система уведомления об отказе левого двигателя. После доклада о нештатной ситуации Семен получил закономерный приказ – возвращаться.

Ничего сверхординарного не случилось. Отказ двигателя и посадка на одном сотни раз отрабатывались на тренажерах, да и реальных тренировочных «аварийных» посадок за его плечами подходило к десятку.

Ведущий пошел на разворот, а вот машина Семена отказалась слушаться штурвала, продолжив прямолинейный набор высоты. Тут же бортовая электроника просигнализировала о пожаре в злополучном двигателе.

Семена учили хорошо и теперь он действовал на автомате, задействовал систему пожаротушения, включил дублирующий контур управления. Однако истребитель продолжал «бунтовать», и взять его под контроль не удавалось.

- Тридцать седьмой – соколу, возгорание локализовано, утрата управления, - сделал он очередной доклад.

- Тридцать седьмой – катапультироваться! - Семен словно онемел, продолжая бороться со штурвалом. – Тридцать седьмой, подтвердите приказ! Тридцать седьмой, прием…

- Приказ понял, катапультируюсь, - наконец ответил он.

Семен уже взялся левой рукой за рукоятку катапультирования, а правой продолжал тянуть штурвал. Неожиданно последний поддался и Семен рванул его влево, машина мгновенно «свалилась» и начала, хаотично кувыркаясь, падать.

Впоследствии Семен успокаивал себя, что полностью контролировал ситуацию и все точно рассчитал. Лишь спустя год признался сам себе, что это – самообман, в те мгновения жизнь его висела на волоске.

Он вновь справился, с хрустом в костях и треском в лонжеронах от запредельных перегрузок, стабилизировал самолет, дотянул до базы и совершил посадку на одном двигателе.

Дежурная пожарная машина уже обдавала самолет пеной, а он сидел в кабине уставший, мокрый от пота, но очень довольный собой. Неизвестно сколько бы он еще наслаждался триумфом, если бы спасательная команда едва ли не силой не выдернула его из кресла.

К месту посадки подкатил штабной «УАЗ» с командиром отряда, подполковником Чекировым. Семен, отчеканив три строевых шага, попытался сделать доклад, но был грубо перебит командиром:

- Почему не выполнили приказ на катапультирование?

- Мне удалось восстановить контроль над управлением и…

- Лейтенант, отвечайте четко по существу, почему вы не выполнили приказ!

- Я же сел, - Семен искренне не понимал почему командир орет на него.

- Сел, - подполковник поджал губы, помолчал и сказал. – Вот и будешь «сидеть» на земле. От полетов отстранен до особого распоряжения. Свободен.

Продолжение следует.

Читать другие посты автора - здесь

читать по порядку - здесь

Подписывайтесь на канал, комментируйте, делитесь с друзьями в социальных сетях и ставьте лайк (палец вверх)!

Так вы не потеряете канал и поможете другим читателям найти своего автора.