Дом-утопия: Новинский бульвар, 25

15 August 2019

Дом Наркомфина расположен по адресу: Новинский бульвар, 25. Здание построено в 1928-1930 годах по проекту архитекторов Моисея Гинзбурга, Игнатия Милиниса и инженера Сергея Прохорова. Оно предназначалось для работников Народного комиссариата финансов СССР - Наркомфина. Дом состоит из жилых ячеек - компактных двухуровневых квартир. Небольшое личное пространство компенсировалось за счет развитой инфраструктуры. По соседству располагался коммунальный корпус, чуть дальше - хозяйственный, он как раз на фото ниже. В комплексе была механизированная прачечная, одна из первых в Москве. Таким образом, людям предлагалось постепенно перейти от индивидуального жилья к домам-коммунам.


Про сам дом и жилые ячейки я ПИСАЛА ЗДЕСЬ. Посмотрите, это очень интересно. Те самые двухуровневые квартиры, жилые ячейки типа F и K, а также первый советский пентхаус.

Здание было признано аварийным более десяти лет назад. Коммунальный корпус вообще стоял заброшенным. Я лазила туда в 2008 году, вот мои старые фотографии. Говорят, было трудно найти собственников и выкупить у них квартиры. Причем необходимо, чтобы это сделал один застройщик. Но вот, наконец, все вопросы улажены, ремонт согласован, работы идут полным ходом.


В проекте был еще четвертый корпус, в котором предполагались ясли. Однако он не был построен, и ясли въехали в коммунальный корпус, вместо библиотеки. Дальше, как водится, концепция разбились о реальность. Номенклатурная элита оказалась далека от идей коммунального быта. Поначалу жильцы даже пользовались столовой, правда предпочитали забирать блюда домой. Постепенно покупателей становилось меньше и меньше, кухня стала нерентабельной. Коммунальный корпус отдан типографии, позже в нем разместилось конструкторское бюро. Оригинальное остекление утрачено. Изначально окна были во всю стену. Это северная сторона, прямых солнечных лучей нет, но при этом в помещение проникает много света. Полезно для глаз и позволяет экономить на электричестве. После апгрейда нижняя часть была заложена кирпичом, окна остались только наверху. Сейчас, во время реставрации внешний вид коммунального корпуса возвращается к первоначальному варианту. Так как рам осталось в два раза меньше, чем необходимо, изготовили копии. Их установили снаружи, оригинальные - с внутренней стороны. Я вот на глаз так не определю, какие из них какие.


Переход между жилым и коммунальным корпусом расположен на уровне второго этажа. Взглянем вниз на двусветный зал и идем осматривать ячейки. Сейчас удачное время для посещения Дома Наркомфина. Пока в доме жили люди, экскурсии водили там, где можно. В настоящее время, когда проходит реставрация, можно увидеть инженерную начинку здания: оригинальные блоки, их современные аналоги, материалы, коммуникации, перекрытия. Первые группы осмотрели Дом Наркомфина в июле. Тогда я протормозила, и места закончились. Когда открылись даты на август, записалась в первых рядах.

Это мой любимый проект "Москва глазами инженера", экскурсия Дом-утопия, путешествие внутрь Дома Наркомфина нынче хит продаж.

Подпишитесь в соцсетях, чтобы отслеживать интересные предложения:
Facebook - facebook.com/moscoweng
Вконтакте - vk.com/moscoweng
Instagram - @engineer-history.ru



Блок Прохорова. Верней его реставрационный аналог. Пустоты использовались для прокладки канализации и вентиляции. Идея позаимствована у немцев. Блоки для строительства дома Наркомфина изготавливались прямо на месте. По расчетам привозить и монтировать заводские бетонные элементы нерентабельно. Впоследствии это решение станет одним из объектов критики. Дом простоял почти 90 лет и ни разу не ремонтировался, стены из блоков, выполненных кустарным способом, начали разрушаться.


Дом Наркомфина был социальным экспериментом. Не таким жестким, как дом-коммуна, где распорядок дня напоминал конвейер, а просто стимулирующий жителей к переходу на более высокую форму социально-бытового уклада. При этом, Гинзбург высказывался против типовых домов и считал, что это ведет к однообразию жилой застройки. Более правильный метод: разработка стандартных элементов, которые можно было бы комбинировать.

На крыше коммунального корпуса была терраса для летнего кафе. Позже сделали надстройку. Сейчас все вернули к первоначальному виду. На первом этаже, где двусветный зал, предполагается ресторан. Вроде Кофемания.


Собственник здания - компания "Лига прав". Реставрация должна завершиться в декабре 2019 года. Работами руководит архитектор Алексей Гинзбург - внук Моисея Гинзбурга. В течение 30 лет вместе со своим отцом Владимиром Гинзбургом он занимался вопросами восстановления дома.


Зданию вернули первоначальный цвет. Сняв несколько слоев краски, выяснилось, что дом был тепло-молочного оттенка. В некоторых источниках указан бело-красный цвет. Я его видела только желтым.


Окончание строительства дома Наркомфина пришлось на переломный момент. Все профессиональные объединения были расформированы, образован Союз архитекторов СССР, который одобрял проекты и определял облик советской архитектуры. Конструктивизм был признан ошибочной архитектурой и обозначен, как веяние Запада, чуждое советскому человеку. Многие архитекторы тогда перешли в классицизм, я писала об этом в посте про Ажурный дом.

Интересный момент: после войны обнаружилось, что чертежи здания и коммуникаций не сохранились. Однако проект во всех подробностях был найден в архиве Ле Корбюзье.

Прочитала в Википедии, что было построено шесть экспериментальных коммунальных домов переходного типа в Москве, Свердловске (ныне Екатеринбург) и Саратове (не Самаре). Два из них не сохранились, остальные можно посмотреть. Было бы интересно увидеть их своими глазами.

Добавьте мой канал в свою ленту, чтобы не пропустить новые публикации. Я на других площадках: LiveJournal / Facebook / Youtube / Одноклассники / Tripadvisor