Наталья Емельянова: «Можно сказать, что я постоянно работаю с людьми, нуждающимися в восстановлении»

Часто мы даже в быту не можем преодолеть чувства страха и неловкости при встречах с так называемыми «особыми» людьми – ментальными инвалидами – вероятно, в том числе и потому, что воспринимаем их, как «особых», принципиально от нас отличных. Это ложное ощущение и провоцирует нас на ту дистанцию, которую мы так хотим соблюдать, даже в целом сохраняя к ним доброжелательное отношение. Что уж говорить о тех, которым предлагают без специальной подготовки проводить с такими людьми какие-либо специальные занятия… Такой страх кажется вполне естественным, пока не встретишь того, кто его не испытывал, и при этом находится в постоянном профессиональном контакте с людьми, имеющими ментальные и физические нарушения развития.

Фото предоставлено автором
Фото предоставлено автором

Похоже, дело в том, что инструктор по пилатесу нижегородского клуба «Единоборства и фитнес» Наталья Емельянова – сама по себе человек очень открытый. В клубе она проводит занятия в том числе и с группой, в которую входят около 20 человек с различными диагнозами, и кажется, ей для этого не пришлось ничего в себе преодолевать – она просто встретила пришедших в клуб и решает профессиональные задачи. Красота, она ведь даже не в глазах смотрящего, а в его сердце. Наталья, конечно, видит самые разные проявления жизни, но на душу ей ложатся в первую очередь светлые моменты, эти моменты для неё определяющие, и это помогает ей в работе с такими непростыми клиентами.

- Как начались Ваши занятия с инвалидами? Чья это была инициатива? 

- Фитнес-клуб, в котором я работаю, «Единоборства и фитнес», уже несколько лет занимается благотворительностью. Через фонд мы помогаем детям, нуждающимся в лечении, жертвуем спортивное оборудование в детские дома. Одна из форм благотворительности – занятия с членами организации «Луч», мы работаем с ними уже около трёх лет. Изначально она была детской, но по мере взросления детей её состав менялся, и сейчас среди её членов есть и взрослые. У ребят самые разные диагнозы – аутизм, умственная отсталость, эпилепсия, органические поражения центральной нервной системы. Ментальные нарушения в этой группе преобладают, но есть и ребята с ДЦП. Руководители «Луча» – очень активные люди, это родители ребят. Они сумели так выстроить работу организации, что каждый день у них расписан по часам. Они занимаются и физкультурой, причём разными направлениями, от пилатеса до плавания, театральным мастерством, живописью, ездят на экскурсии, путешествуют. И получается, что находится достаточно большое количество людей, готовых помогать организации на благотворительной основе. У нас в клубе родители занимаются вместе с детьми, причём ребёнку может быть и 14, и 25.

Фото предоставлено автором
Фото предоставлено автором

- Не было ли страха перед таким делом? Ведь работа с «особыми людьми», тем более, детьми предполагает специальные навыки.

- Страха не было, мне скорее было интересно попробовать себя в этом деле. Я люблю нестандартные ситуации (улыбается – И. Л.). Было, конечно, волнение. Но я почему-то имела позитивный настрой и сразу согласилась, когда мне предложили этим заниматься. Вообще, ещё много лет назад, когда мне довелось побывать в реабилитационном центре для людей с ограниченными возможностями здоровья, у меня возникло желание работать с ними. Возможно, это было довольно романтическое восприятие непростого дела, но мне сразу показалось, что так можно принести реальную пользу кому-то. Вообще, мне интересен в первую очередь именно оздоровительный эффект физической культуры. Мои любимые направления фитнеса можно отнести к реабилитационным. Мне совершенно неинтересно просто помогать людям накачивать мышцы, мне нравится помогать им уменьшать боль в спине и суставах, снимать напряжение, восстанавливать мышечный баланс, улучшать самочувствие. Ведь нет сейчас людей со здоровым опорно-двигательным аппаратом, поэтому, можно сказать, что я постоянно работаю с людьми, нуждающимися в восстановлении. Особенность работы с членами организации «Луч» в том, что многие из них являются именно ментальными инвалидами, у которых есть довольно серьёзные проблемы и в других плоскостях.

- У Вас раньше был опыт общения с тяжёлыми инвалидами? С ментальными? 

- Не было такого опыта. Я не могу сказать, что они тяжёлые. Конечно, многие из них могут приходить на занятие только с сопровождающими и многие самостоятельно не способны понять, как нужно выполнить элементарное движение – например, просто поднять правую ногу в нужной плоскости. К кому-то нужно подойти, найти эту правую ногу, сделать движение с поддержкой или вообще в пассивном режиме, когда инструктор просто берёт эту ногу и делает всё движение сам за человека. Но кто-то нуждается лишь в более доступном объяснении, понятном именно ему. Я вообще с ними использую совсем другие слова, чем с обычными людьми. Объяснения похожи на объяснения маленьким детям. Но это не проблема.

Фото предоставлено автором
Фото предоставлено автором

- Занятия проходят в групповом формате, но ведь люди очень разные и особенности их, вызванные их заболеваниями, очень разные. Насколько у вас возможен индивидуальный подход? 

- Занятия проходят в групповом формате. Причём у нас есть три направления. Валентина ведёт общую физическую подготовку, Александра – танцевальный класс, и я веду пилатес. Дети – и повзрослевшие, и действительно дети – занимаются вместе с родителями или другими сопровождающими лицами. То есть формат занятия семейный. Родители порой могут помочь своему чаду выполнить упражнение. На самом деле, мне это скорее мешает, чем помогает, но я не препятствую этому, они так привыкли, это их контакт, который я не могу нарушать. Группа, конечно, очень разная по составу, люди с разными заболеваниями плюс здоровые родители, которые тоже хотят заниматься, и нуждаются в помощи при выполнении упражнений. И группа может быть достаточно большой. Это осложняет работу. Но я делаю, всё, что возможно. Разумеется, внимания уделяется больше тем, кто больше нуждается в коррекции. Кому-то я просто говорю доброе слово или словом исправляю ошибку, с кем-то приходится быть рядом практически постоянно.

Например, есть одна девушка, которая на первых порах вообще не отпускала мать из своих рук, она крепко за неё держалась обеими руками, боялась сесть, а тем более лечь, если это было нужно для упражнения. Она могла только стоять, держась за мать. Так продолжалось больше года. Но со временем она стала отпускать мать, начала самостоятельно ложиться на коврик, говорить, вообще начала общаться. Но до сих пор ей требуется время, чтобы настроиться на занятие. Она может пятнадцать минут просто простоять у стены, выкладывая из сумки всякие предметы. Чтобы привлечь её к общей работе мне каждый раз приходиться уделять ей отдельное время, и в целом она не готова выполнять упражнения без остановки, она обязательно вернётся к своей сумке, и мне нужно будет возвращать её в процесс снова и снова. Но я вижу, какие большие шаги вперёд она делает, когда занимается регулярно. Ведь помимо собственно пользы для тела наши занятия выполняет важнейшую функцию – социализирующую. Занимающиеся становятся более контактными и самостоятельными. А это для них огромный прогресс. И как раз в группе эта составляющая раскрывается лучше. Если бы была возможность, я бы проводила занятия и в групповом формате, и в индивидуальном. Тогда прогресс был бы гораздо более значительным. Но это уже скорее задача реабилитационного центра, наш клуб пока готов только к такому формату работы, который существует сегодня.

Фото предоставлено автором
Фото предоставлено автором

- Потребовалось ли тебе получать в процессе работы с инвалидами какие-то специальные знания? Или тебе оказалось достаточно просто адаптировать свои уже имеющиеся профессиональные навыки под клиентов? 

- Я получаю второе высшее образование по направлению адаптивная физическая культура. Кое-что о специфике работы с такими людьми я знаю в теории. А практика, как водится, совсем не то, что теория. Поэтому постигать в большей степени приходится всё эмпирическим путём. Но благодаря рассказам преподавателей университета об их опыте работы с инвалидами я всё равно что-то понимаю быстрее, чем это происходило бы только через собственный опыт.

- Начинающие боятся? Если кто-то боится, что Вы делаете, чтобы этот страх человек преодолел? 

- Начинающие не боятся. Скорее наоборот – они гораздо более открыты, чем люди здоровые. Но есть люди, которые в силу заболевания не контактны. Тогда я начинаю искать к ним индивидуальный подход. Иногда родители предупреждают, что человек не любит что-то, боится каких-то вещей, тогда я уже заранее знаю, как себя вести правильно. На кого-то, например, подавляюще действует громкая музыка, громкий голос при объяснении. Поскольку пилатес – медленный и спокойный класс, мне в этом плане легче. Я включаю музыку очень тихо, приглушаю свет и говорю мягко. Это успокаивает возбуждённую психику, людям комфортно. Но здесь мало просто тихой музыки. Совсем недавно был случай, когда я включила тихую, но очень красивую музыку. Как оказалось, она была слишком красива. Одна девушка восприняла её очень эмоционально и расплакалась от чувств, которые были этой музыкой вызваны. Я сделала вывод, что для этой группы музыкальный фон должен быть ещё и очень нейтральным.

Вообще я никогда не встречала настолько открытых людей (за исключением некоторых с особыми заболеваниями). В свои двадцать с хвостиком они бегут к инструктору как дети в детском саду к воспитателю. Они искренне рады каждой встрече. Очень любят пройтись за руку с инструктором до зала, обняться перед занятием и после него. Болтают даже те, у кого речь серьёзно нарушена. Есть люди, речь которых в принципе невозможно понять. Главное – позитивно реагировать на их слова, пусть и непонятные. Они уже счастливы. И вот эта их совершенно детская открытость настолько просветляет тех, кто рядом с ними, что в этих людей влюбляешься раз и навсегда. Никто из здоровых людей никогда не позволит себе так явно показывать свои чувства. А они позволяют. Кстати, родители находятся с ними на этой же волне. Они тоже очень открыты и приветливы. Да, есть очень замкнутые ребята, но когда с ними знакомишься ближе, они открываются. И те, кто в первое время жался в углу и не мог поднять глаз, спустя время начинают петь тебе песни и показывать игрушки.

Фото предоставлено автором
Фото предоставлено автором

- С кем Вы лучше всего находите контакт? Это зависит от диагноза или от человека? 

- И от диагноза, и от человека. Вообще, каких-то серьёзных проблем с установкой контакта не возникало. Кому-то просто требуется больше времени для этого. Но надо ждать, терпеть и работать. Я в детстве прочитала книгу Тэцуко Куроянаги «Тотто-тян, маленькая девочка у окна», в которой рассказывается об уникальной школе, в которой каждому ребёнку давалась возможность сделать свои слабые стороны сильными. Плохо помню уже её содержание, но помню, как она меня поразила и тронула. Вот хочется, чтобы действительно каждый человек раскрылся. Надо сказать, что в периоды обострения люди не приходят на занятия, так что я не вижу их в самые тяжёлые времена. Уже когда человек возвращается в зал, родители потихоньку рассказывают о том, что было. Конечно, грустно, что так бывает. Всегда хочется, чтобы было только движение вперёд.

- Вы наблюдаете со стороны сообщество родителей инвалидов детства? Какие у Вас впечатления от общения с ними? Многие говорят, что с этими людьми бывает непросто…  

- Родители особых детей – огромные молодцы. Их путь очень непрост. Каждый день они находятся в ситуации, которую не пожелаешь никому. Но они находят в себе силы, чтобы делать жизнь своих детей и свою вместе с ними как можно более яркой и полноценной. Не у каждого здорового человека жизнь настолько разнообразна. Они создали не просто организацию, объединяющую людей с общими проблемами, они создали большую семью. Каждый раз после тренировки они идут в магазин, покупают вкусности и едут вместе на чаепитие. Они отмечают вместе все праздники, знают друг о друге, наверное, всё, они невероятно деятельны и дружны. И когда попадаешь в их общество, сразу становишься как-то светлее и проще. Они с искренней любовью благодарят за занятия, задают много вопросов, поздравляют с праздниками действительно от всей души – никакой формальности в отношениях с ними быть просто не может.

Фото предоставлено автором
Фото предоставлено автором

- А дети благодарят?

- Конечно! Например, в этом году дети нарисовали для меня открытку на День рождения, сделали её из цветной бумаги. Я была очень тронута, я работаю со здоровыми детьми, и дети часто дарят мне свои поделки, но здесь совсем другое. Вот стоит перед тобой взрослый человек и с совершенно искренней любовью протягивает тебе открытку со словами: «Сама делала, всю ночь». Это же просто потрясающе! Я всегда говорю, что это мои самые любимые занимающиеся. Они дают мне гораздо больше, чем я им.

Игорь Лунёв

Понравилось? Поделись с друзьями!