дома нескучно
Как весело и с пользой пережить самоизоляцию

Худшая теща в Европе. Можно ли избавиться от зятя за сутки?

9 November 2019
Э. Деба-Понсан "Утро у ворот Лувра". Неужели королева-мать не разглядит среди трупов, тот, который она рассчитывает увидеть?
Э. Деба-Понсан "Утро у ворот Лувра". Неужели королева-мать не разглядит среди трупов, тот, который она рассчитывает увидеть?

Екатерина Медичи была матерью трех королей. А еще у нее было три зятя, два из которых так же носили королевскую корону. Не повезло со «второй мамой» всем троим, но последнему особенно…

Маленькая Екатерина, сиротка почти с рождения, выросла в раздираемой войнами Италии. Ей меняли женихов, не озаботились дать хорошее образование, а при осаде Флоренции, вообще взяли в заложницы и обещали повесить на воротах или сдать в городской бордель. Потом девочку в 14 лет выдали замуж, обманув при этом с приданным, что стало объектом насмешек французского двора. Ей «повезло», после смерти старшего брата ее муж Генрих II стал наследником престола, но Екатерина долго не могла забеременеть, и будущий король стал искать утешения в объятиях любовниц. Более того, опытная и стильная Диана де Пуатье была старше короля на 20 лет. Мы с вами, дорогие читатели уже понимаем, что вряд ли после таких испытаний можно было ждать от Екатерины вселенской любви и доброты к ближнему своему. Так оно и вышло.

Муж мужем, а маме ты нужна больше!

После смерти мужа Екатерина с ногами забралась на престол, став регентом Франции при малолетнем и весьма инфантильном сыне. Первого сына сменил на троне второй, третьему мама организовала польский престол (впрочем, злые паны, пытавшиеся добиться от короля хоть каких-то действий по управлению государством быстро его довели, и он сбежал), а потом также возвела на французский трон. Дочки же Екатерины также должны были послужить укреплению династии. Старшенькую, Елизавету, мадам Екатерина выдала за испанского короля, человека возрастного и с плохим характером. После этого, королева-мать решила, что может влиять на испанскую политику. Она требовала от юной, постоянно болевшей Елизаветы стать французской шпионкой при собственном муже, Филиппе II. –«Мамочка, здесь не Флоренция с ее вечными интригами, а я все-таки Королева Испании, а не агент французской разведки» - отвечала ей простодушная Лиза. Мама обижалась, устраивала истерики (правда в письменной форме) и очень может быть, что это-то и свело впечатлительную Елизавету в могилу. Безутешный Филипп повез на кладбище очередную жену.

Тем временем мама устроила счастье второй дочурки, своей любимице Клод. Девочка была хромоногой и горбатой, что не могли до конца даже скрыть парадные портреты, но это не помешало Екатерине пристроить ее в 11 лет за герцога Карла III Лотарингского. «Не король, конечно, но может им стать если что», очевидно подумала флорентийская интриганка. Деваться, впрочем, Карлу было некуда. Он воспитывался при французском дворе, и, в случае отказа рисковал просто не вернуться в родную Лотарингию. Екатерина как раз осваивала новейшие яды под чутким руководством Нострадамуса, известного медика и астролога. «Ну вот женился и чудненько, теперь езжай, правь этой… что у тебя там.. Лотарингия» - примерно в таком духе через некоторое время Екатерина выпроводила жениха, убедившись, что он воспитан в лояльности своим шуринам. «А дочуру я оставлю пока себе, у нас тут интриги, заговоры, я без помощницы никак». Затюканный тещей Карл заверил всех в своей лояльности и уехал, иногда глядя из окон дворца в Нанси в сторону Парижа и жалобно вздыхая (по французскому престолу в первую очередь, а не по хромоногой супруге). Впрочем, в редкие встречи он исправно выполнял супружеский долг и когда его жена умерла в 27 лет у них уже было 9 детей, из которых 7 дожили до зрелого возраста.

Юная Клод Лотарингская. В таком платье, наверное, очень не удобно. Зато красиво, и горб с хромотой скрывает.
Юная Клод Лотарингская. В таком платье, наверное, очень не удобно. Зато красиво, и горб с хромотой скрывает.

Хороший зять – мертвый зять, а уж сватья тем более.

А Екатерина, разобравшись со старшенькими принялась устраивать судьбу младшей дочурки, Маргариты, знакомой нам по многим литературным произведениям. Девочкой пытались торговать с самого детства, выбирая, какой жених повыгоднее в плане союза. В итоге, Екатерина остановилась на варианте, который планировался с самого начала – Генрих де Бурбон, наследник крошечного королевства Наварры, имевший по материнской линии права на французский престол. Тем более, засидевшаяся в девках Маргарита (ей было уже 19) увлеклась бурным романом с герцогом де Гизом, блестящим вождем католиков. Более того, последний даже рассчитывал на ее руку. Но усиливать де Гизов Екатерина, хоть и была истовой католичкой, очень не хотела, поэтому приступила к делу. «Доченька, радуйся, ты станешь королевой. Что значит какой? Хоть какой-нибудь, Наварра – тоже королевство. Ой, отстань, как я тебе на карте его найду. Здесь где-то, между нами и Испанией. Или здесь, сама в общем ищи, все, не обсуждается!» - автору прямо представляется диалог в таком духе между мадам Екатериной и любящей дочуркой. Самым главным было уговорит строгую протестантку Жанну, или правильнее королеву Наварры Иоанну III. Мудрая Жанна совсем не доверяла флорентийской интриганке, но и ту Екатерина умаслила. «Голубушка, мы будем замечательными сватьями. Католики и протестанты помирятся, будут жить дружно и кормить единорогов кусочками радуги...». В общем Жанна не то поверила, не то подумала, что переиграет Екатерину и поехала женить сына и наследника. Приехав в Париж она неожиданно умерла от туберкулёза. По крайней мере свидетели говорили, что перед смертью королева кашляла кровью. Что говорил Екатерине придворный химик, смешивая очередной яд для несостоявшейся сватьи, осталось неизвестным.

Юный Генрих Наваррский на портрете неизвестного художника выглядит вполне представительно. И нос у него нормальный, сразу видно аристократа.
Юный Генрих Наваррский на портрете неизвестного художника выглядит вполне представительно. И нос у него нормальный, сразу видно аристократа.

Впрочем, не успел Генрих оплакать маму, как его потащили венчаться, тщательно согласовав обряд, устраивающий и протестантов и католиков. Обряд получился очень веселый, жениха внутрь Собора парижской богоматери не пустили, а вот невеста честно зашла внутрь и дала все нужные обеты. И тут-то выяснилось, что все это незатейливая интрига Екатерины. Выйдя из Собора, она брезгливо осмотрела расслабившихся и радующихся протестантов и подошла к безутешному герцогу де Гизу. «Представляете, что этот мерзкий наваррец сейчас будет делать в спальне с моей нежной девочкой?» - спросила она рыдающего от безутешной любви католического фанатика. Герцог, по мнению многих источников уже успевший проделать с «нежной девочкой» много чего, причем не раз, зарыдал еще громче. «Знаете, а я была неправа, вот думаю сейчас, и как мы могли пойти на союз с этими мерзкими протестантами?» - продолжила Екатерина. Де Гиз перестал рыдать и с надеждой посмотрел на королеву-мать. «В общем действуйте, мой мальчик, я буду Вам хорошей тещей. Сын мой, который король, тоже одобряет». Де Гиз обрадовано побежал собирать людей и поздним вечером в Париже началась резня, которую все мы знаем, как «Варфоломеевскую ночь». Екатерина сидела в своем кабинете и потирала сморщенные лапки… «Ну вот»-, думала интриганка, «с протестантами разобрались… и этот мерзкий Генрих, какой у него отвратительный длинный нос, не видать ему моего борща».

Однако операция дала сбой. Герцог де Гиз, как все многие большие, сильные люди был крайне сентиментален. В разгар кровопролитной резни он неожиданно закричал «Бабушка, бабулечка моя родная!» и сбежал, бросив своих сторонников. Герой многочисленных войн вдруг вспомнил про свою родную бабушку, герцогиню Ренату, пожилую степенную протестантку. Будучи хорошим и любящим внуком он совсем забыл про пылкую Марго и носатого конкурента, помчавшись вывозить старушку из города.

Без него Генриха прикончить не получилось. Может третий зять Екатерины и уступал по всем параметрам де Гизу, однако, когда к ним в Марго в спальню вломились католики-заговорщики, новоиспеченная королева Наварская выперла их взашей.

На работе французского художника Фрагонара юная Маргарита выгоняет из спальни несостоявшихся убийц Генриха Наваррского.
На работе французского художника Фрагонара юная Маргарита выгоняет из спальни несостоявшихся убийц Генриха Наваррского.

«Надо было тоже травить». Тоскливо думала Екатерина Медичи, глядя на разгромленный Париж на утро после Варфоломеевской ночи. «Никогда больше не буду связываться с этими необязательными де Гизами. А как красиво все получалось… утром свадьба, вечером убийство!» К сожалению ее друг Нострадамус был уже мертв и не мог предсказать ей, что Генрих де Бурбон переживет всех ее сыновей, станет королем Франции и до конца жизни будет вспоминать свою тещу с содроганием. Впрочем, это не помешает ему жениться на дальней родственницы Екатерины и получить самое большое приданное в истории Европы.

Автор отдает себе отчет, что обошелся с историей Франции крайне вольно и заранее приносит извинения читателям, которых задела авторская трактовка событий. Вместе с тем, автор искренне надеется, что поднял большинству читателей настроение, ведь судя по количеству текстов в «Дзене» про ужасных тещ и отвратительных свекровей эта тема остается актуальна и спустя 400 с лишним лет! Спасибо за лайки и репосты! Подписывайтесь, расскажу еще много интересного!