Футбольный мяч раздора

Global Look Press/ZUMAPRESS.com/Mikko Suutarinen/Helsingin Sanom
Global Look Press/ZUMAPRESS.com/Mikko Suutarinen/Helsingin Sanom

Мяч с чипом, подаренный Дональду Трампу, обнажил истинное отношение американцев к Владимиру Путину.

Американцы спохватились. В середине июля президент России Владимир Путин подарил заокеанскому коллеге Дональду Трампу футбольный мяч. Обыкновенный, за $160. Сенатор Линдси Грэм призвал проверить: не содержит ли подарок шпионской техники. Чудак-человек.

Проверили, нашли чип. Подняли шумиху. На поверку оказалось, что чип встроен производителем. Прикладываешь телефон — и получаешь информацию о футболе.

В этой истории абсурдно все — от животного страха Грэма до демонизации образа Путина. Отрицательно покачивая головой, News.ru рассказывает о случаях, когда футбольный мяч в руках политиков оказывался яблоком раздора по-настоящему.

10 июня 1934 года

Италия — Чехословакия — 2:1 (доп.вр.)

Второй чемпионат мира проходил в Италии, которой железной рукой правил дуче Бенито Муссолини. Лидер Национальной фашисткой партии рассматривал футбольное первенство как торжество проповедуемой им идеологии. Но чисто фашистского триумфа не вышло. В полуфинале Германию остановила Чехословакия.

Перед решающим матчем Муссолини заглянул в раздевалку: «Если они будут играть грубо, мы должны играть грубее». За победу в турнире он обещал каждому футболисту сборной Италии «пряник» в виде 20 тысяч лир. Но приберег и «кнут» — репрессии в случае неудачи. Как вспоминал Луиджи Монти: «Слава Богу, нам не довелось на своей шкуре проверить, была ли обещанная тюрьма пустой угрозой».

Итальянцы выиграли в дополнительное время, не без помощи арбитра Ивана Эклинда. Перед стартовым свистком швед на глазах 55 тысяч поднялся в ложу Муссолини. «Я засвидетельствовал свое уважение великому человеку», — вспоминал он много лет спустя. Вратарь Франтишек Планичка и форвард Олдржич Неедлы были иного мнения, поведав о предвзятом судействе. Как бы то ни было, капитан Джампьеро Комби получил Кубок мира из рук Муссолини.

9 июня 1938 года

Германия — Швейцария — 2:4

Четыре года спустя футбольной тропой Муссолини задумал пройти Адольф Гитлер. Фюрера на это воодушевила Олимпиада в Берлине. Но на чемпионате мира во Франции немцы не сумели выйти даже в четвертьфинал. На их пути стала Швейцария, лидер которой — Северино Минелли — в свое время отказался выступать за фашистскую Италию.

Поражение Германии стало главной сенсацией первенства. И ощутимым ударом по фюреру, который к тому времени уже успел вернуть Саар и Рейнскую демилитаризованную зону, а также аннексировать Австрию. Собственно, на турнир и поехала объединенная германо-австрийская команда.

На «Парк де Пренс» против швейцарцев вышли шесть «рейхснемцев» и пять венцев. Но взаимопонимания сборной под флагом со свастикой не хватило. Не разобрались они и в тактической уловке тренера соперников, которая получила название по его фамилии — «задвижка Раппана». «Против 60 миллионов немцев мы обошлись 11 футболистами», — откликнулся на победу «Шпорт». Знали бы они, какой реванш задумал Гитлер…

27 июня 1969 года

Сальвадор — Гондурас — 3:2 (д.в.)

Этот матч спровоцировал вооруженный конфликт, вошедший в учебники истории как «Футбольная война». Естественно, игра с мячом послужила лишь спусковым крючком. Трения между государствами по поводу общей границы и беженцев из Сальвадора возникли давно. К тому же обе страны находились под управлением военных и испытывали экономические трудности.

После поражения Сальвадора в первой игре возникли беспорядки в Тегусигальпе. Ситуация обострилась после поражения Гондураса в Сан-Сальвадоре. Сожжением национальных флагов дело не ограничилось, дойдя до нападений на гражданских и официальных лиц — с обеих сторон.

После поражения в третьем матче, который состоялся на нейтральном поле в Мексике, режим Освальдо Арельяно разорвал дипломатические отношения с Сальвадором. В ответ вооруженные силы Сальвадора перешли в наступление. Война длилась шесть дней и повлекла за собой десятки тысяч жертв, большинство из которых — мирные жители.

На этом фоне как-то неловко напоминать о выступлении сальвадорцев на чемпионате мира. По итогам турнира в Мексике они заняли последнее место, не забив ни одного гола и проиграв во всех матчах (в том числе и СССР).

21 ноября 1973 года

Чили — СССР — 1:0

Первый стыковой матч между этими сборными в Москве завершился нулевой ничьей. Кто отправится на чемпионат мира в Западную Германию, должно было определиться в Сантьяго. Но за футболистов все решили политики.

За две недели до московского матча в Чили произошел «фашистский переворот», как об этом писали советские газеты. К власти пришел «самозваный министр обороны» — генерал Аугусто Пиначет. Дружественный нам президент Сальвадора Альенде застрелился из автомата Калашникова, который ему подарил Фидель Кастро.

Под давлением сверху Федерация футбола СССР отказалась посылать сборную в Сантьяго: «На стадионе, обагренном кровью патриотов чилийского народа, по моральным соображениям, не могут в настоящее время выступать советские спортсмены».

…А 21 ноября на стадионе «Насьонал» четыре игрока сборной Чили в красно-синей форме за восемь касаний дошли до ворот, которые должен был защищать Евгений Рудаков. Капитан хозяев Франсиско Вальдес с линии ворот вколотил мяч в сетку. И на табло установился окончательный счет: победа — Чили, поражение — футбол.

22 июня 1974 года

ФРГ — ГДР — 0:1

Отобравшись на чемпионат мира 1974 года, сборная Чили попала в одну группу с ФРГ и ГДР. И тут уже латиноамериканцы отошли на второй план. Впервые в истории разделенные «железным занавесом» соотечественники-немцы встретились на футбольном поле.

Со спортивной точки зрения игра не решала ничего. Чилийцы, не сумев обыграть австралийцев, оставались третьими при любом раскладе. Но партийное руководство ГДР подавало предстоящий матч с позиции «холодной войны» — как противостояние «рыцарей социализма» с «отпрысками капитализма».

На стадион «Фолькпаркс» в Гамбурге отправились переодетые сотрудники Штази с флажками ГДР. Их чаяния на 77-й минуте оправдал форвард Юрген Шпарвассер. Забитый гол так и остался единственным. А его майка под 14-м номером и поныне висит в Музее истории ФРГ в Бонне.

Этот гол использовался коммунистической пропагандой до самого падения Берлинской стены в 1989 году. Но турнир все расставил по своим местам. Во втором раунде ГДР ничего не смогла поделать с бразильцами и голландцами. Тогда как ФРГ стала чемпионом мира.

22 июня 1986 года

Аргентина — Англия — 2:1

За четыре года, прошедших с Фолклендского конфликта, память у аргентинцев хуже не стала. Если спросить у них, то острова эти — Мальвинские. Не забыли они той капитуляции и торжества этих англичан. А тут еще повод поквитаться — футбольными средствами — подоспел.

Но сейчас тот четвертьфинал вспоминают, прежде всего, благодаря феноменальной игре Марадоны, автора дубля в ворота Питера Шилтона. И спорят не о принадлежности архипелага в Атлантическом океане, а о том, была ли рука в эпизоде с первым голом. «Если и была, то это рука Бога», — произнес тогда Марадона.

Страны восстановили дипломатические отношения в 1990 году, а вот болельщики до сих пор не могут прийти к согласию. Для одних аргентинец — гений, для других — злодей. Фолклендские острова, говорите? Да бросьте…

21 июня 1998 года

США — Иран — 1:2

Матч двух периферийных — с футбольной точки зрения — стран приковал всеобщее внимание. Масла в огонь старательно подливали газеты: иранские напоминали о «Великом сатане», американские — об «Оси зла». Причина взаимной вражды коренится в 1980 году. После захвата сотрудников посольства в Тегеране США разорвали дипломатические отношения с Ираном.

Писать журналистам больше было не о чем. Во Франции ни США, ни Иран на выход из группы не претендовали. Тем принципиальнее оказалась предстоящая игра. Она осталась за иранцами, которые подарили своей стране несколько выходных. Победу в Матче века на Ближнем Востоке отметили массовыми уличными гуляниями.

А что звездно-полосатые? Им — как слону дробина. Не пользовался у них соккер особой популярностью. Если футбол, то американский. Жаль, но за двадцать лет ситуация в среде тамошних политиков не изменилась. Как бы ни старались Бекхэм с Ибрагимовичем.