Неудобное интервью. Школьные воспоминания о СССР

Сегодня в школе обсуждали на перемене вчерашнее мероприятие к 9 мая. Повздыхали, что ветеранов то уже и нет, да и тружеников тыла уже почти не осталось. Между делом учителя-пенсионеры вспомнили интересный случай, который произошел в 70-х годах.

Весной в школу приехала новенькая молодая учительница (уже здесь не работает), взамен другой, ушедшей в декрет. К 9 мая ей и ее классу поручили взять интервью у ветерана для районной газеты.

Учительница была не местная, ветеранов не знала. Она взяла списки, посмотрела заслуги и награды и выбрала для интервью самого достойного на ее взгляд ветерана. Со школьниками они отправились к нему домой.

А ветеран этот был не совсем простой. Он один из немногих в нашей местности прошел абсолютно всю войну. Был разведчиком. За годы войны насмотрелся столько ужаса как со стороны немцев, так и со стороны военного руководства нашей армии к нашим же солдатам. Об этом он часто рассказывал, когда выпивал.

От всех этих ужасов он имел психическое расстройство, а поэтому работал обычным сторожем в МТМ.

Однажды в конце 60-х годов его позвали на встречу с пионерами. На этой встрече он начал вспоминать войну не совсем в том ракурсе, в котором ее воспринимали в обществе. По понятным причинам встречу срочно пришлось прервать. Больше его на встречи не приглашали.

Ну а молодая учительница про это, естественно, не знала. Интервью было взято, записано, оформлено и уже готовилось к отправке в районную газету.

На счастье всех, директор школы решил прочитать это интервью. Ну, и прочитал. А завтра статью должна была увести машина. В срочном порядке была отправлена делегация к другому «проверенному» ветерану, который дошел до Берлина. Сделали новую «красивую» статью. Ее и отправили.

Учительницу ругать, естественно, не стали, но предупредили быть более внимательной впредь.

***

А вот еще интересное воспоминание про наших сельских ветеранов.

Когда «9 мая» стали широко отмечать (при Брежневе), все ветераны на празднике делились как бы на три группы. Самые главные это были те, кто непосредственно воевал (причем не пару месяцев), во группе были все те, кто служил в тяжелой артиллерии (считалось, что им досталось меньше всего) и в третью группу входили те, кто воевал всего лишь несколько месяцев или служил, но в боевых действиях не участвовал.

Как говорят очевидцы, в 50-60-х годах между ними даже могли быть и драки, когда, подвыпив, кто-то начинал хвалиться сомнительными подвигами.

Только лишь к концу 70-х – началу 80-х годов они перестали делиться на группы. Мало их осталось.