6706 subscribers

Еще раз о Святом Духе

222 full reads
433 story viewsUnique page visitors
222 read the story to the endThat's 51% of the total page views
5 minutes — average reading time
Еще раз о Святом Духе
Еще раз о Святом Духе

Ответ на презабавный комментарий, типичный для оправдания нестыковок и нелепостей в Священном Писании.

Я написал материал о Святом Духе:

– в котором с фактами и аргументами в руках доказывал, что Святой Дух не сходил ни на кого из людей за всю историю человечества до Воскресения Иисуса, а точнее – до дня Пятидесятницы, в который Святой Дух, посланный от Отца Иисусом, сошел в виде огненных языков на одиннадцать из двенадцати апостолов – Иуда уже к тому времени удавился и похоронился.

В ответ я получил два интересных возражения от разных людей, которые счел нужным обсудить с вами, моими читателями, по отдельности, по очереди.

Первый мой оппонент утверждает, что те несообразности сведений в евангелиях, которые никак не могли стать известными авторам евангелий, могли тем не менее стать им известны по внушению Святого Духа:
«не берется в расчет, что был уже День Пятидесятницы, и Дух Святой снизошел на людей. Вместе с ним - и вся благодать. И доступ к языкам и наречиям, и многие чудесные вещи, поскольку Бог творил все это в людях, пожелавших Его принять. Но этот факт, когда граждане получили доступ к закрытой ранее информации, которой нигде не обучались специально, автором проигнорирован. Всю информацию они вполне могли получать от Бога напрямую. И про те события, которых сами не видели ранее лично. Например про искушения Христа в пустыне».

Аргумент этот никак новым не назовешь – собственно, он вторит утверждению церковного учения о Богодухновенности текстов Священного Писания. Однако в самом понимании Богодухновенности церковное учение, мягко говоря, несколько расплывчато. С одной стороны, любые попытки высказать самые робкие сомнения в отношении описанного в евангелии пресекаются грозным окриком со стороны охранителей святыни: даже запятую нельзя переставить в священном тексте, поскольку Богодухновенность – это буквальная надиктованность автору чуть ли не под гипнозом, в состоянии транса, когда его рукой с пером водил сам Святой Дух. С другой стороны, на вопрос, почему же евангелия у авторов получились такие разные, если они надиктованы одним и тем же Духом, получаем ответ, что такое буквальное понимание, как описанное выше, не вполне верно и правильно: Дух не диктует, в транс не вводит, и рукой не водит, поскольку – свобода воли. А просто находит на человека, ищущего и жаждущего получить от Бога личное Откровение в ответ на заданный Богу вопрос – в виде вдохновения, внезапного озарения, счастливой догадки, сопровождающихся неким удостоверением святости озарившего Духа, например, в виде переживания Мира Души – кто испытал его, тот знает, о чем я. А дальше дело за человеком, как и в какие конкретно слова и образы облечь полученное от Духа божественное прозрение. Потому-то и апостолы в евангелиях описывали одни и те же события по-разному. Однако, все равно эти тексты священны-богодухновенны, и в их отношении нельзя сомневаться даже в запятой.

Чтобы разобраться в этом не вполне ясном пункте церковного учения, попробуем представить себе сам процесс написания евангелий его авторами, которых вообразим и представим себе условно идеальными прижизненными святыми.

Допустим, что мы имеем в виду ученика Иисуса и личного свидетеля Его жизни, проповеди, смерти и Воскресения, как это описано, к примеру, в евангелии Иоанна, который считается именно таким свидетелем Иисуса.

Вот решил наш Иоанн – что? Записать свои воспоминания об учителе. Если, допустим, он помолился Богу о вдохновении, и ему Духом открылась вся истинная история жизни Иисуса в виде череды образов, картин, или даже сериала, и он сел и все это записал – это его будут воспоминания или нет? И если да, то после этого как он сможет отделить свои собственные воспоминания от наведенных Духом? А если не сможет – а он не сможет – то получается, что у него возникло явление ложной памяти, которое непременно приведет его к расщеплению личности, и кончится все это «богодухновение» комнатой на одного с ватными стенами в специальном лечебном учреждении. То есть вариант совмещения собственных воспоминаний с Откровением Духа о недостающих событиях отпадает, это приведет пациента к шизофрении однозначно.

Значит, или Откровение от начала до конца, или воспоминания, что-нибудь одно. Таким образом, мы выяснили одну очень важную вещь: авторами богодухновенных текстов об Иисусе реальные свидетели Его жизни быть не могут, а могут они написать о Нем лишь собственные воспоминания без всяких Откровений и прочих чудес. И доверять в существующих евангелиях мы можем только тому, что они могли видеть сами своими глазами. А то, что не могли – значит, или придумано ими – но они же святые, и врать не станут даже ради красного словца; или придумано кем-то другим и вписано в их воспоминания бестрепетной рукой лжецов под их именами. И чтобы не быть голословным, приведу яркий пример такой ложной вставки в евангелие Иоанна: суд Синедриона над Иисусом.

Иоанн мог видеть и описать, как Иисуса арестовали, повели во двор первосвященника, и завели в его дом, где по слухам заседал синедрион; он вместе с Петром провел в этом дворе ночь у костра, был свидетелем отречения Петра и его ухода; после суда на Иисусом мог видеть, как Его повели в преторию, как вышел Пилат, как иудеи требовали смерти Иисуса. Но он не мог ни видеть, ни слышать самого суда и того, что на нем происходило. И никто не мог ему рассказать об этом в подробностях, потому что он, пришлый нищий рыбак из Галилеи, не был «знаком первосвященнику», как это написано в его евангелии Ин.18:16, поскольку этого просто не могло быть. И ни с кем из членов Синедриона, само собой разумеется, тоже знаком не был. А черни властители об этом тайном нечестивом совете ни за что рассказывать бы не стали под страхом смерти: расскажи они такое, как засудили Иисуса на смерть – их бы народ, считавший Его Богом после воскрешения Лазаря, на вилы бы поднял. Так что все это судилище оставалось тайной за семью печатями, и никто так и не узнал о нем, и никто из тех, кто мог бы рассказать Иоанну, не знал – кроме Самого Иисуса. Но и тут не выходит, не вытанцовывается: когда Иисус Воскрес, Иоанн с другими учениками бежал в Галилею, и даже если встречался и общался с Воскресшим, уж точно ему было не до расспросов о том, а что же было там, на суде Синедриона. Да и Воскресшего Иисуса, явившегося ученикам, трудно представить себе рассказывающим им в лицах, что кто там на суде говорил и делал – вот уж действительно есть о чем поговорить Богочеловеку со своими родными и любимыми перед тем, как, Вознесясь на Небо, расстаться с ними навсегда.

Однако, имеется еще одна предположительная возможность заполнения лакун в воспоминаниях – Чудом. Дух мог бы – предположительно – нашептать на ухо автору сведения о том, чего он не знал и знать не мог, не сводя его с ума. Или, наконец, Сам Иисус мог бы явиться В Духе авторам и рассказать им о недостающих фактах, учитывая важность евангелий для мирового христианства. Но тогда – внимание! – авторы евангелий просто обязаны были отметить в своих евангелиях такие случаи откровений им через явления Духа. К примеру, Павел в 1Кор. указывает на то, что говорит он сам, а что через него повелевает верующим Сам Господь. Но это уже вопрос – нет, не святости – но всего лишь личной порядочности авторов евангелий. Если не указали, то выбор из двух: или присвоили себе открытое Господом – и тогда это обман и они обманщики; либо такого Откровения просто не было.

Но ведь Иоанн – в этом лично у меня нет сомнений – был именно таким «идеальным» свидетелем, прижизненным святым без страха и упрека – и врать в своем евангелии не мог. Но и о суде Синедриона в деталях знать не мог. И Откровения об этом тоже получить не мог – я уже объяснил, почему. А если получил в явлении – то непременно упомянул бы об этом, поскольку соврать, присвоив себе полученное от Бога знание, просто не мог. Значит – наврал кто-то не он, другой – тот, кто вписал это вранье в воспоминания Иоанна бестрепетной рукой лжеца. И таких лжецов, и вписанных ими вставок за века набралось множество – столько, сколько раз было переписано евангелие Иоанна от руки каждого лжеца, желавшего вписать в него свою ложь по своему усмотрению. Или по повелению и заказу других лжецов: сановных, властных и богатых – выступавших заказчиками лжи, как и сегодня, от лица Самого Иисуса и Его Церкви. И потому мы имеем в качестве Нового Завета то, что имеем.

Второе возражение меня тоже весьма заинтересовало – но об этом в другой раз, продолжение следует.

Олег ЧЕКРЫГИН