Ольга Брюс
52 009 subscribers

Томка пришла открыть глаза на соседку ("Потерянные судьбы")

13k full reads
22k story viewUnique page visitors
13k read the story to the endThat's 62% of the total page views
2,5 minutes — average reading time

Зима
Зима
Зима

Приветствую вас, мои дорогие читатели.

Первая часть

Часть 50

Часть 51

Часть 52

Часть 53

Маша уставилась на незваную гостью, выпучив глаза. В хате повисла тишина.

- Вот уж ко́го не ждали, то́го не ждали… - Мария опомнилась и ехидно улыбнулась. – Какого лешего тебе здеся понадобилося?

Тамара обратила внимание на дочь Грищенко и слегка наклонила голову.

- Выйди ко мне, мне нужно что-то сказать, - Томка не хотела объясняться при чужой дочери.

- Ой ли… - рассмеялась Манька. – А здеся шо, совести не хватает?

- Мам, я пойду курей покормлю, - Нюся поняла, что воспитательнице нужно выговориться без свидетелей.

Выходя на улицу, девушка на ходу прихватила ведро с кормом и направилась к сараю. Любопытство так и распирало. С чего это вдруг эта тётка притащилась рано утром? Что ей надо? Наверное, из-за мальчишки своего пришла или прощения попросить хочет… Да ну, какое там прощение, этого просто не может быть. Скорее пришла мириться, чтобы Нюська и Вовка признали её сына родственничком. Всё ж родня, как-никак.

- Ну, слухаю! – Мария села на табурет, а гостье присесть не предложила. – Родство пришла доказывать али шо?

- Ты ушла очень быстро тогда… с кладбища… - Томка почувствовала, как её кожа запрела от духоты, и расстегнула верхние пуговки телогрейки. – Я поговорить с тобой не успела. Маша…

- Ну-ну, говори, - женщина смотрела на Тамару, как на врага народа.

- Подожди, не перебивай, пожалуйста… - Тома всё-таки сняла телогрейку и перекинула её через левую руку.

Духота от волнения и от печного жара донимала.

Печь
Печь
Печь

– Дай попить, в горле пересохло, - осипшим голосом проговорила воспитательница.

- Ну дык, правду завсегда боязно говорить, - с той же ехидной улыбкой Мария протянула кружку с водой.

Тамарка сделала несколько глотков, откашлялась и вернула кружку.

- Манечка, не могу боле молчать. Виноватая я, во всём виноватая. Шо молчала, шо о любви кричала, и за сына виноватая! - с мольбой в голосе заговорила Тома. – Грызёт меня внутрях, не могу больше!

- Заканчивай свою кричалку, - Мария поднялась с табурета и подошла к гостье поближе. – Шо тебе надобно? Шо ты припёрлася? А? Сынку твоему няньки нужны? А вот хрен тебе с маслом.

Маша будто озверела. Выставила руку вперёд, показав дулю.

- Манечка, прости меня, это я с дуру послушала Стешку! Она каждый день ко мне бегала! Науськивала, а я так любила Ивана… Без памятства! – слёзы брызнули градом. – Не могу молчать! Хочу следующий год начать заново. Жить хочу заново!

- Шо? – Манька шагнула назад и плюхнулась на табурет. – Шо ты гово́ришь? А ента выдра тут каким боком?

- Это ведь она меня настропалила, шоб я сына… Да, я всю жизнь люблю Ивана, и Степанида об ентом знает, да все знают, шо уж там говорить… Ванька тута не при чём… Был у меня один, да сплыл, приезжий… А тут Стешка… Ой, стыдно-то как! Она же мне говорила, шо вы расходиться собираетесь! Я вижу, Иван мальчонку из сада забирает… Ну, думаю, точно… Господи, Маша, прости за брехню, за бабку мою…

Грищенко, слушая слезливую речь Томки, вспомнила, как несколько лет назад она тёмной ночью шла от конюшни с мешком выпотрошенных ондатр и ведром зерна через поле. Как она услышала разговор в кустах. Сообразила – это были Стешка и Порфирий.

- Ах, вон оно шо… - Манька положила одну руку на стол, другой провела по своей шее. – Ох, и гнида же ты, Стешенька, вошь полосатая… Ну, я тебе чичас, стерво́зе белобрысой, задам, почём тро́шка се́мок.

Сорвав фуфайку с гвоздя, Мария побежала к соседке.

Читать продолжение часть 54

Навигация канала здесь

Моя страница в VK

Ссылка на чат для обсуждения повести