Корейские гастарбайтеры

Драть, срать, ссать, ять, черт, мудак, жопа, пи-пи и ка-ка.

Даже беглого взгляда на этот список достаточно, чтобы уяснить его громадные возможности. В моем распоряжении было пять глаголов, обозначавших три различных действия и способных благодаря интонационным добавкам передавать модальность, и четыре существительных. Два существительных могли служить междометиями. Моя новая языковая вселенная включала пять односложных слов, два составных и два детских повтора. Смысловое поле было, конечно, не слишком велико: четыре обозначения естественных отправлений, ссылка на человеческую анатомию, теологическое понятие, парочка универсальных определений, позволяющих охарактеризовать физические, душевные, моральные и сексуальные качества собеседника, как своего, так и противоположного пола, и, конечно, термин для описания интимной близости как таковой. В общем, хватало.
– Драть-срать, – бормотал я, размахивая руками. – Жопа ять пи-пи драть.
– А, понял, – скалился Черпак, демонстрируя единственный зуб. – В лавку собрался, за морской капустой.
Я радостно улыбался в ответ:
– Ка-ка, черт.

Это был отрывок из фантастической книги Гиперион за авторством Дэна Симонса.

Он прекрасно отражает положение многих советских корейцев, в том числе и моё, в Южной Корее. Общие слова приветствия, извинений и благодарности, не знаю, не понимаю, несколько существительных из той сферы, где человек работает и основные глаголы, обычно употребляемые в неправильной форме. Вот и весь небогатый словарный запас. Дальше включай смекалку и комбинируй имеющиеся слова. Вон, герой романа справлялся и девятью словами, а у нас есть в арсенале ещё и английский. Правда, вероятность, что собеседник будет знать его не велика, но некоторые слова возможно и пробьют брешь в стене непонимания.

Ну а что делать, раз жизнь завела к иноземцам. Ты молча впрягаешься и тянешь свою лямку. Вспоминаешь, как в прошлой жизни от души смеялся над Равшаном и Джамшудом, а сейчас стиснув зубы сам примеряешь шкуру гастарбайтера и морально готовишься, что уже над тобой будут смеяться и нервничать.

Ка-ка, черт.

Удивительно, что из всех иностранцев мы, этнические корейцы, не знаем языка. Китайцы, таиландцы, лаосцы и прочие азиаты с юго-востока, узбеки, казахи и даже выходцы с Африки знают язык. А мы нет. Всё потому, что мы получаем специальные визы, как почти свои и как бы подразумевается, что мы знаем корейский, но нет. Вот всем остальным надо сдавать языковой экзамен для получения визы, они и владеют языком.

И знаете, что самое страшное? Южные корейцы на заводах в окружении русскоязычных быстрее осваивают русский, чем мы корейский живя в Корее пятый или шестой год.

Это напоминает умственно неполноценного родственника, которого тётушка попросила устроить к себе в контору. И отказать нельзя, и как с ним быть не знаешь. Но в отличии от нас, любителей поржать над Нашей Рашей, южные корейцы не позволяют себе проявлять своё недовольство. Вот мол понаехали тут, черти, всё загадили. По крайней мере прилюдно. А мы и рады. А мы продолжаем лезть к ним на шею по пути пинаясь и брыкаясь в своих грязных ботинках. Отсталый же, что с него взять?

Жопа мудак, черт срать черт. Ять. Пи-пи ять. Черт!

Кстати, в немецком языке термин «гастарбайтер» (нем. дословно: гость-работник) изначально имел несколько другой смысл. Он был введён в обиход с целью замены существовавшего до этого термина «Фремдарбайтер» (нем. Fremdarbeiter), существовавшего с нацистских времён, и обозначавшего работников, привезённых с целью принудительных работ в Германии. Новый термин не нёс негативной окраски старого термина, и обозначал работников, добровольно приехавших для работы в Германию по приглашению немецкого правительства.

А ведь к нам этот термин подходит даже больше, чем к трудягам из средней Азии в России. Не находите? Ещё меня спросили, ну как там твой корейский язык, наверное, быстро учиться, когда вокруг говорят по-корейски? Аллё, это Корея, здесь вокруг говорят по-русски! Вот прям как в Москве многоголосье из узбекского и таджикского =)