«Всем интересно знать, как другие занимаются сексом»: Женщина-фотограф — о работе на съемках порно

В 1980-х годах американский фотограф Барбара Нитк работала на съемочных площадках порно в Нью-Йорке. Параллельно с рекламными кадрами она снимала закулисье порноиндустрии. Эти фотографии стали основой книги «Американский экстази». Bird in Flight поговорил с Барбарой о днях, когда порнозвезды были яркими и запоминающимися, а производственные бюджеты

Родилась в Линчберге, США, живет в Нью-Йорке. Выставлялась в США, Великобритании и Финляндии. Публиковалась в New York Times, Dazed, Huffington Post и других. Преподает в нью-йоркской Школе визуальных искусств.

Сайт Amazon

— На протяжении 80-х годов я снимала рекламные кадры для производителей хардкорного порно в Нью-Йорке. Это был конец так называемой золотой эпохи порно, и мне казалось, что этот киномир — просто идеальное место для того, чтобы фотографировать.

Мой бывший муж в 70-х годах спродюсировал порнофильм «Дьявол в мисс Джонс». Когда в 1982-м он задумал делать сиквел, я попросила устроить меня на съемочную площадку фотографом. В то время фотография являлась для меня просто хобби, но мне было интересно посмотреть, как снимают порно.

Постановщиком фильма был популярный в то время порнорежиссер Анри Пачардом. Ему понравилось, как я снимаю, и он стал приглашать меня на все свои картины. С самого начала я поняла, что у меня есть редкая возможность сделать арт-проект, показывающий закулисье мира порно, — рассказать, как выглядят порнозвезды, когда камеры выключены.

Мы снимали на настоящую 35-миллиметровую пленку, использовали кинокамеры, о которых в сегодняшнем порно и не слышали. На площадке всегда находилось около 20 человек. Много внимания уделялось сценарию, актерскому мастерству, освещению, звуку, монтажу — всем аспектам настоящего кинопроизводства.

Мы жаловались на условия работы, но в конечном счете они не особо беспокоили большинство из нас. Мы мечтали о нашей будущей славе, о том, как мы станем известными художниками, режиссерами и продюсерами.

Для некоторых актеров и членов съемочной команды порнография была всего лишь способом рассчитаться с долгами. Для других — ступенькой в карьере (например, режиссера). Некоторые звезды порно сами по себе становились брендами: у них получалось монетизировать свою известность, в то время как другие работали в течение года или двух, а потом бросали.

Для большинства из нас порнография была сродни работе в офисе.

Но каковыми бы ни являлись наши мотивы, для большинства из нас порнография была сродни работе в офисе. Мы трудились по 12-16 часов в день, нам платили мало, а съемочные площадки превращались в пекло из-за киношного света и отсутствия воздуха в помещении. Мы использовали любую возможность, чтобы вздремнуть. Работа на съемке порно так же скучна, как и любая другая работа, — за исключением нескольких моментов в день, когда происходило что-то захватывающее, смешное или сюрреалистичное. Для меня порнография была бесконечным фейерверком тех противоречивых эмоций, которые я постаралась отобразить в моем закулисном проекте.

Моей любимой актрисой была Ванесса дель Рио — огромная звезда в конце 70-х и начале 80-х годов. Я любила ее, потому что она не воспринимала себя слишком серьезно и потому что ей действительно нравилось быть сексуальной женщиной. В какой бы сцене она ни снималась — она блистала, от нее было невозможно оторвать глаз. Не думаю, что такая звезда в порно еще появится.

Я слышала упреки от женщин по поводу моей работы, но гораздо чаще они проявляли интерес и расспрашивали меня о том, как все выглядит. Мне кажется, женщинам проще поговорить о порно с другими женщинами. А вот мужчины, наоборот, неохотно задают вопросы: они боятся меня оскорбить и не хотят показывать, насколько им интересна эта тема.

У меня смешанные чувства по поводу объективации женщин в порнографии. Большинство мужчин падки на женское тело, а многие женщины наслаждаются силой своей внешности. Другие женщины находят это поверхностным и неприятным, они хотят, чтобы их оценили на более глубоком эмоциональном уровне. Но иногда мне кажется, эти женщины не понимают, что мужчины также хотят более глубоких эмоций. Я за то, чтобы в обществе тему порнографии и объективации могли обсуждать более открыто и без обвинений между мужчинами и женщинами.

Чувство стыда грызло меня целый день.

Были девушки, которые искренне наслаждались съемкой. Они доминировали в каждой сцене так, что парни были просто ходячими фаллоимитаторами, реквизитом, подчеркивающим неимоверную красоту девушек. Я восхищалась такими актрисами и любила наблюдать за ними. Другие девушки выглядели безнадежно униженными и потерянными, как раненые сироты, державшие в руках член парня. Я гордилась удачным кадром, но не могла не чувствовать себя виноватой из-за того, что способствую деградации этих девушек. Чувство стыда грызло меня целый день.

Оглядываясь на то время, я думаю, что мне нравилось быть частью порноиндустрии из-за всех этих безумных эмоций, которые я испытывала. После этого обычная жизнь казалась слишком скучной.

Я не так много знаю о том, что происходит в порно сейчас, так как в начале 90-х все производство перенесли в Лос-Анджелес, а я осталась жить в Нью-Йорке. Мне было бы интересно провести пару месяцев на площадке, чтобы посмотреть, как там обстоят дела, и поснимать.

Насколько мне известно, порно сегодня ориентировано на заполнение небольших ниш: потребителю достаточно подумать, что он хотел бы увидеть, — и, скорее всего, об этом уже сняли порно. Много мизогинии и сцен, больше похожих на экстремальную акробатику. При этом запрос на подобное идет со стороны покупателей: производители порно не делают фильмы, которые никто не хочет смотреть.

Производители порно не делают фильмы, которые никто не хочет смотреть.

Думаю, что за все эти годы зрители подустали от поддельных стонов и истеричных оргазмов. Если я правильно помню, тенденция перехода к любительскому порно началась еще в конце 1980-х годов. Это просто заложено в человеческой натуре — желание увидеть натуральный секс, а не фальсификацию. Всем интересно знать, как другие занимаются сексом.