Полюби меня, ничего не требуя взамен.

- А вот и твой с работы идет, - проговорила соседка и добавила, - я лучше домой пойду, - и, не закончив разговор, который мы вели перед этим, быстро повернулась и ушла.

«Мой» - это мужчина, с которым я встречалась уже полгода. Он был моим соседом, проживая во второй половине дома в частном секторе. Мы иногда дружили: я могла попросить вскопать мне грядки, починить утюг, наколоть дров.

Планов на будущее мы не строили. У меня было двое детей, я в разводе. У него та же картина, только дети проживали со своей мамой.

«Мой» мог приготовить домашнюю курочку в духовке, захватить бутылочку вина и напроситься на ужин. Как правило, он это делал, когда мои дети уезжали к бабушке на выходные.

Ужин плавно заканчивался «десертом». Вот так мы и жили. До сегодняшнего вечера…

«Мой» молча, не поздоровавшись, прошел мимо и скрылся за калиткой своего двора. Я, помахав на прощание соседке, пошла следом за ним, узнать, почему он такой угрюмый.

- Как дела на работе? – подошла я к соседу и хотела чмокнуть его в щеку, но он отвернулся.

- Что-то случилось? – глядя как сосед, наклонившись над мотоциклом, натирает до блеска зеркало я «просканировала» его настроение. Он был зол.

- Что-то на работе случилось? – снова спросила я и в тот же миг отскочила от неожиданности. Сосед резко выпрямился и выдохнул мне прямо в лицо:

- Ты же знаешь, что я против этого?

- Против чего? – не сразу понимая, о чем речь я переспросила.

- Против той «ведьмы», с которой ты разговаривала! – отпарировал сосед и снова отвернувшись от меня, принялся тереть зеркало. Зеркало скрипело под его злыми усилиями.

- Мне надо было спросить у нее план расположения водопроводной трубы по улице. Ты же знаешь, что я собираюсь прокладывать трубу для подачи воды в дом.

Ты сказал, что не знаешь, как и где проходит труба. Другие соседи тоже таких подробностей не помнят. Кроме нее мне больше никто не смог помочь в этом деле.

Сосед усердно сопел то ли от злости, то ли от усилий, прилагаемых к протиранию мотоцикла.

Чувствуя свою не нужность и абсурдность сложившейся ситуации, я еще какое-то время пыталась оправдываться от своего «проступка».

В конце концов, я решилась поставить вопрос ребром:

- Я тебе еще нужна?

В ответ тишина.

- Я могу уйти? – сделав ударение на последнем слове, я сделала жест рукой в сторону калитки.

- Как хочешь, - ответил сосед, оставив, наконец, в покое мотоцикл.

- Если я сейчас уйду, то на этом ставим точку, - я старалась заглянуть ему в глаза, но он их отвел в сторону.

- Я ухожу!

- Как хочешь…

И я ушла. Человек, который мне будет указывать, с кем мне можно общаться, а с кем нет, завтра захочет взять на себя роль Бога.

Сегодня он запрещает мне поддерживать знакомство с соседкой (даже не соседом из-за ревности, например), а завтра запретит выходить на улицу, а послезавтра – дышать? Не-е-ет! Такого не будет.

Не то, что о любви, даже о взаимном уважении и понимании друг друга здесь речь не шла.

P.S.

Пришел сосед через две недели мириться, да только поздно было. Я уже встретила тогда своего нынешнего мужа.

Подписывайтесь на наш канал, будьте в тренде!

Читайте другие наши интересные статьи!

Компромисс с совестью
Если меня изнасиловал собственный муж?
Женщина полезна как человек, но опасна как враг!
Изменила мужу? Разрушила семью!
Сильные женщины тоже плачут...
Ценой собственной жизни.
В те далекие девяностые...
Мировые крысиные бега продолжаются?

Мы пишем для Вас!